Кодекс Охотника. Книга XIV - Юрий Винокуров

Одна центурия Волгомира могла бы без труда захватил весь этот мир, даже особо не напрягаясь. Мне нужны были подобные люди. Я с грустью вспоминал, глядя на своих гвардейцев, что сколько бы печатей я не ставил, без душ они никогда и близко не приблизятся к нашему могуществу.

Я улыбнулся. Как гласила местная поговорка: и хочется, и колется. Мне очень хочется понять, как это сделано, но я боюсь нанести непоправимый ущерб этому человеку, у которого только-только возникла надежда. Что ж, в прошлом мире я получил достаточно навыков, чтобы изучить и, возможно, повторить это. Другой вопрос, что навык мне никогда не был нужен. Магистры справлялись с пополнением Легионов. А делать самостоятельно это я не мог. А теперь у меня есть перед глазами то, что можно повторить. Может быть…

Напоследок, я потянулся в Колодец Душ Волгомира. Ожидаемо, он был, практически, пустым. Вот только в углу, забытая и заброшенная, находилась маленькая, и с виду абсолютно безобидная тварюшка, с громким именем Миротворец. Я знал, что ратников наполняли душами. Исходя из их будущей специализации. Это не было тайной.

Я, как Душелов, часто сражался рядом с ними, и просто машинально по привычке сканировал их души, и видел, что там было.

Физикам подсаживали души на скорость, силу и защиту. Стрелкам доставались души с упором на внимательность и острое зрение. У магов выбор был, вообще, большой. В зависимости от стихии он мог получить огненную саламандру, либо водяного духа.

А вот Миротворец — это была своего рода связующая душа. Как ни старались Магистры, Колодец Душ ратников имел определённый и конечный размер, в отличие от нас, Душеловов, у которых наш Океан Душ не зря так назывался — он был фактически бездонным.

Колодец Душ можно было представить, как банку, в которую кладут души, размером с яблоко. И в какой-то момент всё, яблок больше положить нельзя, однако между ними ещё есть куча пространства, которое можно использовать. Так вот, Миротворец был «водой», что заполнял все пространство между яблоками, связывал их, и усиливал.

Даже я не знал, где водятся эти твари, только слышал, что их специально выращивают в Первой Крепости. Раздавали их редко, за большие заслуги, и выдающимся бойцам. Лично я слышал только о Легатах, достойных такой чести. За что была оказана такая почесть Центуриону? Надо будет узнать. Но опять же, как случилось так, что при переходе осталась одна, но самая ценная душа? Я покачал головой. Кажется, Кодекс любит меня и у меня появится потенциальный Легат. Вот только… из кого ему набрать легион?

Когда я вышел из комнаты, конечно, перед ней топтался Потапов, который смотрел на меня со смесью жгучего любопытства и удивления.

— Потом расскажу, — коротко кивнул я.

— Ну, Са-а-аня… — протянул гордый командир гордого Рода Галактионовых.

— Я сказал — позже.

И Волк заткнулся, он точно знал, когда не стоит нарушать границы.

— Я в Центр, возьму Москаленко, — сказал я.

— А что с Волгомиром? — кивнул он.

— А ничего, просто неделю его не беспокойте.

— А есть, пить? — удивился Волк.

— Он справится, — улыбнулся я, и похлопал Волка по плечу. — Просто не беспокойте.

И пошёл наружу, где уже стоял и улыбался около «Буревестника», вызванный Волком, Дима. В голове крутился просто какой-то грёбаный ураган. Когда я запрыгнул внутрь и мы тронулись, я пытался структурировать всё в голове, но получалось не очень.

Судя по всему, в ближайшее время монголы на штурм не пойдут. Им просто нечем штурмовать.

Вот здесь у меня идут работы по обустройству… крепости. На этих мыслях я улыбнулся. С появлением ратника не все так безнадёжно, как я думал вначале.

Китай, моя новоявленная мамашка, Распутин и Вербицкий — эти могут проявиться, где угодно.

Мне нужны деньги, много денег.

Мне нужно разрешение на авиацию.

Мне нужны новые рецепты для артефакторов.

Мне нужны люди, которые смогут управлять не сраными китайскими шагоходами.

Мне нужно…

Я не выдержал и засмеялся. Эта шутка про мой «отдых» с каждым днём становится всё смешнее и смешнее. Если меня не прикончит кто-то из местных Одарённых, меня точно прикончат эти хозяйственные дела.

Мне нужны грамотные управленцы и, кажется, пришло время их переманивать, перекупать или подкупать. Наступил тот момент, когда я один не справлюсь с этой волокитой. Да и Аня, какой бы умничкой не была, тоже не железная.

Мы приземлились около госпиталя, и я уже без удивления увидел курящего на улице Андросова.

— Капец, Андрюха! — вышел я из машины. — Ну, сколько можно⁈

— Нервы, друг мой, нервы, — торопливо докурил сигарету Андросов, затушил её, и ловко бросил бычок в пепельницу. — Я ответственный за жизни людей, если ты не в курсе.

Он посмотрел на меня с вызовом. Я не выдержал, рассмеялся и хлопнул его по плечу.

— Ещё как в курсе! И охрененно тебе благодарен! Я не знаю, чтобы делал без тебя, — я убрал с лица улыбку. — Вот тут серьёзно и без сарказма. Ты действительно чудесный человек, и мне сильно помог.

— Да ладно тебе, — смутился Андросов.

— Прохладно, — хмыкнул я. — Один из лучших Лекарей Империи оказывает мне такую услугу, и вытаскивает с того света моих ребят. Скажи честно, если бы тебя здесь не было, сколько бы парней бы не выкарабкалось?

— Ну, без ложной скромности скажу, что половину точно местные костоломы бы не вылечили, — самодовольно улыбнулся Андрей.

— Вот-вот, — сказал я. — Поэтому к чёрту скромность. У тебя как сейчас дела, полегче?

— Ну да, всех тяжёлых стабилизировал, а лёгкие идут на поправку, — он посмотрел на меня с подозрением. — А что, ты хочешь ещё кого-то сюда отправить? Снова какую-то зарубу затеял? И снова без меня? Я, честно говоря, рассчитывал на карьеру Истребителя. Если бы я хотел стать Лекарем, то остался бы в столице. Там условия получше будут.

— И что бы ты делал в столице? Лечил геморрой у благородных князей и делал подтяжки их не менее благородным супругам?

— Очень смешно, — сказал Андросов.

— Всё будет, друг мой, всё будет. Мне нужно, чтобы ты приехал ко мне на днях.

— Зачем это? — снова посмотрел на меня Андросов, ожидая подвоха.

— Ты же хочешь стать великим Истребителем?

— Хочу! — сказал он.

— Так я тебе помогу. Захвати с собой, пожалуйста, мой подарок. Мне нужно кое-что проверить. Кажется, пришла пора восстанавливать Орден Паладинов.

— Чего? — вылупился на меня Андросов.

— Орден Паладинов. Была такая сказка, что я читал в детстве. Это святые воины, которые одним взглядом развоплощали Армии мёртвых.

— Да? — заинтересовался Андросов. — А кто автор, как называется?

— Ой, не помню, давно это было, — засмеялся я, хлопая друга по плечу.

Конечно же, не было такой книги. А вот Орден Паладинов был. Я немножко приукрасил, развоплощали они мертвых воинов, конечно, не только взглядом, а, как правило, с помощью меча и какой-то матери… кажется, божьей, но это не точно. Но вот парни были реально звери. Жалко, что все полегли. Однако, после крестового похода, который они начали вопреки, переругавшись с руководством нашего Ордена, Неназываемый несколько сот лет даже не показывался ни на одной планете нашей реальности. Эти чёртовы святоши, похоже, нашли тропинку прямо к нему в логово. Вот только потому, что никто из паладинов не вернулся, а Неназываемый и его слуги снова проявились, мы решили, что все эти фанатики там полегли. Наверняка, чрезвычайно героически, но если бы они послушались нас, то всё могло бы быть совсем по-другому.

Этого, конечно, я Андросову сказать не мог, а вот поработать с ним и с его артефактом вполне могу. Если всё получится так, как я задумал, то конкретно против нежити — я не побоюсь такого слова — Андрей выступит даже лучше, чем я. Ну, такой план, да.

— Привет, пропажа! — послышался женский голос сбоку.

К нам шла, мило улыбаясь, княжна Андросова. В элегантном пальто, кожаных сапожках на высоком каблуке, она выглядела, как настоящая аристократка. Сложно было, глядя на эту прекрасную девушку со стороны, сказать, что она является одной из очень немногочисленного числа Истребителей первого класса.

— На, держи, брательник, — передала она Андросову пакет.

— А что там? — мой острый нюх уловил вкусный запах.

— Как обычно, ризотто притащила братику.

— Ого, у меня два вопроса. Какого хрена тебе сестра таскает ризотто, а мне нет? А второй — где Светка?

Оба — брат и сестра рассмеялись.