Производственный роман ради спасения планет - Любовь Чернега

же не проблема взять их разработки, доработать, а потом сделать свой продукт. Так появился уникальный в своем роде прогнозатор погоды. Аппарат «Метеокоша» использовался как на Земле, так и на орбитальных станциях.

Когда предприятие заключило контракт на орбитальную систему проекта «Наморе», то кошак без раздумья тоже был включен в этот проект. Это был не просто датчик температуры, но датчик, заглядывающий в будущее. Система могла плавно подготовиться, переключая режимы.

И, похоже, именно из-за этого кошары теперь идет сбой. По всему выходило, что это первая ошибка у «Метеокоши».

Алексею Николаевичу очень бы хотелось обсудить это с Ксенией Давидовной, но она была в отпуске. Впрочем, от закипевшей головы старшего научного сотрудника будет мало толку. Алексей Николаевич решил поспать.

Спать хотелось дома, заодно и своего кошака покормить. Он не доверял автоматической кормушке. Его Бизон научился как-то ее взламывать. Ветеринар сказал, что Бизону грозит ожирение, и пришлось отказаться от технического прогресса.

Бизон был недоволен долгим отсутствием хозяина, он требовал к себе внимания и ласки. Обо сне можно было забыть. В конце концов хозяин решил все же воспользоваться техническим прогрессом и заказал коту игрушку.

Коврик с шариками должен был отвлечь активного кота. Но Бизон сразу раскусил этот коврик. Причем в двух местах. Ему быстро надоело катать шарик по выделенной траектории, и он притащил его хозяину. Все-таки коты научных сотрудников тоже высокоинтеллектуальные.

Алексей Николаевич нехотя сполз с кровати, ругая по пути своего кота и производителя этой бесполезной игрушки.

Вскоре он распечатал на 3Д принтере более разветвленный путь, и присоединил его к оригинальному.

Уже через 10 минут Алексей Николаевич довольно наблюдал, как Бизон катает шарик по другой траектории.

Постепенно улыбка начала сползать с его лица, а черепная коробка забиваться новыми рабочими идеями. Это нужно было проверить. Хотя проверить он мог только свою систему…

Ксения Давидовна наслаждалась ночным пляжем. Этого отпуска она ждала давно. Представляла нежные волны, звездное небо, тишину… Но наслаждаться приходилось насильно. Нигде в рекламной брошюре, которая повлияла на ее выбор места отдыха, не было написано, что пляж галечный, даже на видеообзоре этого не было видно. Нигде не указывалось, что именно в этот период там какие-то шумные морские гуляния начинаются. И пожаловаться некому. Вот бы был Алексей Николаевич, она бы с ним обсудила, как правильно нужно делать рекламные брошюры.

В общем, волны были колючими, ходить по гальке было неприятно, а в голове постоянно проигрывались эти молодежные хиты, которые для ее 37 лет были немного дикими. Разве что с небом было все хорошо.

Но тут раздался звонок. Увидев, кто ее домогается посреди ночи, Ксения Давидовна заволновалась. Сердечко заколотилось усиленней. Но тут же разочарованно замерло. Вряд ли Алексей Николаевич неожиданно пропитался к ней нежными чувствами. Но не могли же возникнуть проблемы на работе? Какие проблемы могут быть в их надежной компании?

Сердечко снова разогналось, а на лице женщины выступил легкий румянец.

– Алло, – театрально зевнув, нежно проговорила она.

– Может ли орбита поменять курс? – без лишних предисловий выпалил Алексей Николаевич.

Сердце Ксении Давидовны снова замерло. Она переваривала информацию, пытаясь найти в словах коллеги какие-то намеки на флирт.

– Какая орбита? – так ничего и не поняв, поинтересовалась она.

– А, ты же не в курсе, – тяжело вздохнул Алексей Николаевич и в двух словах объяснил ситуацию.

– Козел, – прошептала Ксения Давидовна.

Очередное доказательство бесчувственности коллеги.

– Точно! – осенило Алексея Николаевича. – А если это не в нашей системе проблема, а в орбите? Этот козел что-то напутал, а теперь спихнет на нас.

Хотя козлом Ксения Давидовна считала в первую очередь Алексея Николаевича, но подозрение в неквалифицированности неуважаемых партнеров по проекту у нее давно были.

– Я уже лечу! – подскочила женщина, стряхнула впившуюся в зад гальку, и полетела.

Сначала в отель полетела, но по пути уже заказывала билет на ближайший рейс. Допустить, чтобы их уважаемой компании подпортили репутацию, она не могла.

Уже через час они вместе с Алексеем Николаевичем изучали всю доступную информацию от партнеров по программированию орбиты. Они были уверены, что найдут там ошибку, которая привела к смещению этой самой орбиты. Но, к своему разочарованию, ошибок там не было. Код был безупречный.

– А все так логично было, – разочарованно вздохнул Алексей Николаевич.

– Ага, спихнуть на партнеров хотели, – за спиной уже стоял Аристотель Вадимович с чашкой кофе.

– Как вариант, – понурил нос Алексей Николаевич.

– Хорошая была попытка, но работаем дальше, – строго сказал шеф, и удалился, оставив за собой шлейф отвратительного запаха корицы.

– Знает, что ненавижу корицу, и специально берет кофе с корицей, – прошипел старший научный сотрудник.

– Точно! Специально! – выкрикнула Ксения Давидовна, подскочила, и побежала догонять начальника.

– Неожиданно, – Алексей Николаевич обмяк в кресле, наблюдая за удаляющимся задом коллеги.

И почему он раньше не замечал ее приятных округлостей? Наверное, потому что считал ее бесчувственной. А она – вот она какая женщина! Отомстить за него собирается. И все из-за какой-то корицы.

Алексей Николаевич уже представлял себе, как небрежно потирает свой нос и говорит: «Не стоит, но спасибо!». И представлял, как Ксения Давидовна вдыхает полной грудью воздух и гордо отвечает: «Не за что». Можно было бы к этому добавить «милый», но это уже из разряда слишком буйных фантазий.

Но коллега разочаровала его. Они вернулись с Аристотелем Вадимовичем, в руках у которого все еще была чашка с коричным кофе. Алексей Николаевич вжал голову в плечи. А вдруг шеф разозлился из-за замечания Ксении Давидовны? И сейчас, со словами: «Не нравится корица, значит?», выльет ему это кофе на голову.

Однако шеф поставил чашку на стол и внимательно посмотрел на своего подчиненного.

– А вы что об этом думаете? – спросил он.

Алексей Николаевич посмотрел сначала на чашку, потом на Ксению Давидовну, потом задумался. Коллега, видя его нерешительность, взяла слово.

– Я не знаю зачем, но очевидно, что раз все системы работают нормально, то проблема в самой орбите, – тыкала пальцем в монитор Ксения Давидовна. – Планета движется так, как она и должна двигаться – по заданной орбите. И вот к этой орбите большой вопрос. Почему она проложена не так, как должна была?

Алексей Николаевич прозрел. Разочаровался сразу в двух вещах – в Ксении Давидовне, оказавшейся не такой уж и чувствительной, и в партнерах, которые под видом общего проекта решали свои задачи.

Старший научный сотрудник на то был и старший, чтобы смотреть в будущее, идти на шаг впереди своего проекта, и видеть больше, чем другие. Не зря он моделировал траекторию и последствия смещения орбиты.

Теперь можно было