Всадник (СИ) - Вадим Яновский

На лице лесовика отразилась мука.

— Нет, не спрашивай, — глаза лесовика забегали — он сказал, что если я не сделаю, что приказано, он отправит меня туда, Где Ничего Нет.

— Положим, это и я могу. — спокойно произнес молодой человек, рассматривая свои руки.

Лесовик пожевал губами.

— Вот напасть, где вас столько взялось на мою голову, — старик помолчал — Я все равно не знаю кто он. Знаю только, что ему нужны были эти казаки. Я должен был их держать, пока за ними не приедут.

— Сколько времени они здесь?

— Почти сутки уже — осклабился старик.

— Зачем они понадобились твоему приятелю?

— Не знаю. — старик сопел и зыркал по сторонам.

Ясно, что толку от лесовика никакого больше не будет. Ничего он больше не знает. Осталась единственная возможность что-то выяснить у пленников. Дело, конечно, нехорошее.

— Ладно, — молодой человек обвел взглядом спящую компанию, — если до рассвета никто не явится, они уедут со мной. У тебя тоже есть время. Искать тебя все равно никто не будет. Не велика птица. Уходи прямо сейчас. За тобой след будет, я его приберу.

Молодой человек сделал левой рукой мягкое движение в сторону лесовика, тот сразу же вскочил на ноги.

— Как тебя зовут, человече? — спросил лесовик.

— Стах. — ответил молодой человек — Уходи быстрее.

Лесовик ловко проскользнул мимо путника, выскочил за дверь и проворно засеменил, не разбирая дороги прочь. Молодой человек постоял в дверях, глядя в след старику-лесовику, глубоко вдохнул, произнес несколько мелодичных слов, сопровождая их взмахом руки. Потом еще раз пристально посмотрел на быстро тающий в ночи, видимый только ему тонкий, искрящийся зеленый шлейф, который оставлял за собой убегающий лесовик. Убедившись, что след пропал, Стах вернулся в корчму.

Глава 2

Прабабка Стаха, Маля, была ведающей. Попросту говоря ведьмой. В молодости она была красавицей из красавиц. Предки Мали пришли сюда откуда-то с юга. За давностью никто уже не помнит откуда. Но южная кровь Мали угадывалась в гордой осанке, прямом, смелом взгляде темно-карих глаз, тонких чертах лица. Когда Мале перевалило за сотню, правда, никто точно не знал, на сколько именно, она решила, что пора кому-то передавать свои знания и умения. Она окинула свежим взглядом свою единокровную родню. Стала внимательно присматриваться к правнучкам. Пыталась найти искру таланта, но тщетно. Никто не унаследовал дара своих предков.

На мужскую же половину, то есть правнуков, Маля не обращала никакого внимания. Те счастливы были целыми днями рубить деревянными сабельками бурьян и ни о чем, кроме военной доли не мечтали. Если бы не случай, Маля так и не нашла бы, кому передать свои знания.

Стаху тогда исполнилось двенадцать. С соседнего селения привезли молодую девку, которую поразила неизвестная хворь. Бедняжка сгорала просто на глазах. Маля быстро разобралась с картиной нарушения энергетики и принялась восстанавливать. Работа эта всегда отнимает много сил, а ведающая была уже в летах, даже в пот ее бросило от напряжения. Но дело было непростое, и нужно было во чтобы-то ни стало закончить его одним разом. От напряжения в глазах целительницы уже поплыли огненные круги. Внезапно она ощутила присутствие тоненького трепещущего ручейка чьей-то еще энергии, который сливается с ее потоком и питает его. Наконец закончив, она оглянулась и увидела, что рядом стоит Стах, и таращит глаза на свою прабабку.

— Ты? — только и смогла проговорить ведунья.

Это был тот самый редкий случай, когда дар передался по мужской линии. С этого момента жизнь Стаха круто изменилась. Даже отец ничего не смог поделать. Карьера военного для Стаха была окончательно закрыта, хотя Чернокрай и строил планы по приобщению сыновей к ратному делу.

Алмаз — воплощение силы и твердости. Но необработанному камню до красоты еще ой как далеко. Еще нет ни блеска, ни чудной игры света. Только огранка, соединение природных качеств с жестко выверенной структурой, диктуемой законами геометрии способна обуздать дикую силу и раскрыть красоту камня, заставить его сиять.

И талант человеческий, это только возможность стать бриллиантом. Если некому будет его огранить, воспитать, дать волю владеть природным даром во благо, останется человек в несчастье, осознавая свою природную силу, но немощь владеть ею. Редкому самородку удается довести свой талант до бриллиантового блеска. А если и случается, то путь этот мучителен и долог. Чем тверже, сильнее камень, тем тверже должен быть резец огранщика, чем сильнее дарование, тем тверже должен быть воспитатель.

Стах был твёрже всех виденных Малей талантов. И она крепко взялась за дело, не давая ученику послаблений, и не переставая удивляться, какой красоты бриллиант начинает сиять в ее руках. Для Стаха же, занятия означали конец безмятежного детства. До первой росы будила его Маля, и они отправлялась на поиск целебных трав. Стах узнавал, что некоторые надо собирать непременно до схода солнца, а другие — по первой росе, третьи — по закату солнца. Осенью настала пора сбора особых ягод, кореньев и грибов. А по весне уходили они на много дней кряду в места, где стояли когда-то языческие святилища. Жили там на сухарях и воде. Здесь Стах учился видеть и чувствовать живой огонь, самый ценный свой природный дар.

Глава 3

Первым делом молодой человек оглядел спящих. Один средних лет, кряжистый мужчина, трое помоложе. Ничего особенного. Тот, что постарше, вероятно сотник или кошевой. Остальные, скорее всего, простые казаки. Спят, как сурки. Нет, дорогие, пора просыпаться. Стах отодвинул лежащее возле казаков оружие подальше, чтобы спросонья не стали палить куда попало. Провел рукой над головами спящих. Люди проснулись, медленно приходя в себя. Головы болят, конечно. Ага, руки шарят вокруг в поисках сабель. Пора.

— Спокойно, все уже кончилось, — произнес молодой человек как можно более ровным голосом.

Не тут то было, обе лавки отлетели в сторону, казаки метнулись к оружию. Оно лежало в куче, поэтому в едином порыве к пистолям, казаки столкнулись. Координации движений, естественно, у них еще не было никакой. Двое оказались на полу, но, дотянувшись до пистолей, проворно развернулись в поисках цели.

— Не надо в меня стрелять. Во-первых, это будет неблагодарно с вашей стороны, а во-вторых, может сначала припомните, что с вами случилось?

Прогремел выстрел. За мгновение до этого, Стах неуловимым глазу движением сдвинулся чуть вправо, пропуская пулю.

Корчма наполнилась пороховым дымом. А на лицах живописной группы, ощетинившейся пистолями в сторону Стаха, отразились изумление и работа мысли. Значит, приходят в себя.