Интервью с Александрой Марининой - Александра Маринина

А.Ц. Да, цифра действительно впечатляющая. Тем более, что с тех пор население Москвы выросло, и надо думать, выросло и количество этих людей.

А.М. Конечно, просто количество этих людей в процентном отношении совершенно стабильная штука, поскольку это болезнь, патология.

А.Ц. Сейчас, когда Вы занимаетесь в основном литературой, Вы поддерживаете связь с коллегами, имеете доступ к информации?

А.М. У меня ведь доступа и раньше не было. Мне не нужна эта информация. Для того, чтобы написать такую книгу, как я хочу, достаточно просто 15 лет изучать преступность и совершенно не нужно конкретное уголовное дело. Но, в принципе, у меня есть муж, коллега, который не ушел на пенсию, полковник милиции, и если мне нужно что-то узнать и что-то уточнить, я всегда могу попросить его.

А.Ц. В Ваших книгах очень детально и тщательно описан рабочий день Вашей миролюбивой героини Анастасии. Скажите, а Вы похожи на нее? Вы действительно знаете несколько языков?

А.М. Нет, я знаю только один язык, но во многих вещах, конечно, я на нее похожа.

А.Ц. Вы так же, как она, планируете свой рабочий день, выставляете себе норму, сколько нужно написать, как она, когда переводила Макбейна?

А.М. Ну, когда я переводила, у меня точно была норма, потому что у меня был срок выполнения задания. Это были служебные задания или задания издательства, когда я переводила учебник по криминологии. Там у меня просто был четкий срок. Когда переводила - да, когда пишу - конечно, нет никакой нормы, как пишется, так и пишется.

А.Ц. Вы переводили учебник по криминологии и занимались этой наукой. А техническое оснащение наших органов правопорядка соответствует требованиям времени? Я имею в виду компьютеры, программное обеспечение, компьютерные сети МВД, возможности сопоставления случаев, которые произошли в разных регионах страны, объединение баз данных, которые имеются в каждом отделении, в единую сеть, чтобы по определенному почерку можно было бы проследить, скажем, маршрут гастролера по стране? Скажите, это хотя бы в зачаточном виде у нас есть?

А.М. В зачаточном есть. Но именно в зачаточном, потому что процесс компьютеризации милиции начат у нас недавно, все-таки это тоже требует денег. У нас есть совершенно феерические отделения, куда приходишь и видишь сплошные компьютеры, сеть, информацию. Но нужно же еще иметь людей, которые умеют все это делать. Этих людей надо учить, надо готовить. А что толку, если мы посадим обыкновенного сыщика за компьютер, дадим ему всю базу данных - он не будет знать, что с этим делать. Аналитика - это такая же наука. Это определенным образом организованное мышление, этому надо научить. Когда научим, тогда финансовый вопрос будет стоять не так остро.

А.Ц. А какое преступление совершили бы Вы сами, если бы пришлось, какое было бы ближе Вам?

А.М. Мне? Трудно сказать, мне все-таки кажется, что мне хватило бы изворотливости ума решить свою проблему непреступным способом. Я могу себе представить, что на меня или на моего любимого мужа нападает бандит. И если в этот момент у меня под руками окажется пистолет, я совершенно не уверена, что смогу им воспользоваться. Но если смогу, я, конечно, убью. Нет вопросов! Если на меня или на мужа, или на ребенка чужого будут нападать и я смогу воспользоваться пистолетом, я, конечно, убью.

А.Ц. В Ваших книгах часто вскрывается кухня производства массовой литературы, детективной и бульварной, Параскевич, Бризак, супружеская пара в "Стилисте" - до какой степени все эти схемы производства литературы написаны с натуры?

А.М. Не знаю. С натуры, из конкретного примера не взято ничего. Кроме одной единственной сцены в "Стилисте", когда идет достаточно крутое объяснение между руководством издательства и авторессой, вышедшей из подчинения. Вот эта сцена списана с натуры, она была на самом деле. Все остальное - конструирование вполне возможной ситуации, исходя из всего того, что я знаю об авторском труде и его отношениях с издательством.

А.Ц. Хронология событий в эпопее про Каменскую развивается так, что книжное время угрожает вскоре догнать календарь. Что будет дальше - действие перенесется в будущее или откроются неизвестные страницы жизни героини?

А.М. Из прежних лет не появится ничего, потому что все, что происходит в моих книгах, происходит тогда, когда книга эта пишется. В будущее тоже, как Вы понимаете, ничего не перенесется. Последняя книга, которая вышла, "Призрак музыки", написана этим летом, дело тоже происходит летом. Та книга, которую я пишу сейчас, начата осенью. Соответственно, действие там тоже происходит в октябре-ноябре, может быть, до декабря дотянет.

А.Ц. Чья была инициатива создавать Ваш сайт в Интернете, и что Вам этот сайт дает, вступаете ли Вы в переписку с Вашими посетителями?

А.М. Это была инициатива моего литературного агента, Натана Яковлевича Заблоцкиса, и надо сказать, что результаты меня совершенно ошеломили. Что такое Интернет, я знала, но не на собственном опыте. Во-первых, я узнала, что здесь тоже существуют хулиганы. Хулиганы, идиоты и просто дураки. Которым совершенно все равно, на чью страницу влезть. Они лично человека не знают, они лично к нему ничего не испытывают, они его книги не читали, им нужно обязательно влезть и сказать, "Всем привет!" или "Все говно". Для меня это было открытие, открытие довольно важное, потому что натолкнуло меня на сюжет книги, которую я, может быть, в будущем напишу. Во-вторых, выяснилось, что есть писатели, есть читатели, а есть люди, которые ни те, ни другие. То есть раньше я всегда думала, что есть писатель, есть читатель, а третьего не дано. Есть люди, которые, скажем так, читать не умеют. То есть они буковки складывают, но вывод делают совершенно не соответствующий тому, что написано. Более того, люди с какой-то больной фантазией. Ко мне на форум приходят сообщения от людей с претензией. "У Вас плохие книги, потому что Вы их пишете за две недели". С чего он это взял? Где он это прочитал? Почему он решил, что я пишу по книжке за две недели, что за бред? А вообще Интернет меня сильно порадовал, я узнала о себе много интересного. Оказывается, МВД меня придумало, специально, чтобы создать дымовую завесу, чтобы напугать общество валом преступности, чтобы оправдать некие меры по отношению к преступникам. Мне в подчинение дали отдел в 30 человек, это вот мои литературные негры, скорее всего, пишет автор, безработные литераторы, которые для того, чтобы прокормить семью, готовы на все. А я, как погоняло с кнутом, над ними, и все это своим именем подписываю. Теперь я про себя это знаю.

А.Ц. А Вы вступали в переписку с кем-нибудь из посетителей Вашего сайта, письма которых приятно было читать?

А.М. Да, конечно. Такие письма были. Но поскольку сайт существует еще совсем недавно, то сегодня с утра я отвечала на те письма, которые пришли, так что, может быть, завяжется переписка.

А.Ц. Вы любите свой дом? Вы сами проектировали и планировали его? Делали ремонт?

А.М. Я свой дом очень люблю. Планировала и проектировала его, конечно, не я, я начисто лишена пространственного воображения. Делал это профессиональный дизайнер. Но делал он это с учетом моих вкусов и вкусов моего мужа. Я люблю свой дом и крайне не люблю из него выходить и выхожу раз в неделю, не чаще.

А.Ц. То есть если бы Вы были сыщиком, Вы были бы кем-то вроде Ниро Вульфа, исключая фигуру, конечно?

А.М. Ох, нет, я думаю, что с фигурой было бы то же самое!

А.Ц. У Вас муж работает в милиции. Не страшно?

А.МАРИНИНА. Сейчас уже нет. Потому что он перестал уже быть сыщиком-практиком, много лет работал сыщиком, сейчас преподает, доцент в академии МВД, повышает квалификацию других. А раньше - конечно.

А.Ц. Бывали проблемы?

А.М. Ну, он же не рассказывает... Но я понимаю, у меня первый муж был сыщиком, отец был сыщиком, дед тоже.

А.Ц. А можно о них немножечко подробнее?

А.М. Деда своего я не застала, но его сыщицкая практика приходилась на 20-е, 30-е годы. Отец был специалистом по кражам из помещений, то есть квартирные, музейные. Когда-то он познакомился с режиссером Юлианом Паничем на почве того, что у Панича из комнаты администратора Дома Искусств украли дубленку. Когда он работал в Питере, он был сыщиком по делу о краже дуэльных пистолетов Пушкина. Потом был переведен в Москву в ГУВД, в отдел борьбы с кражами.

А.Ц. А дело с дуэльными пистолетами закончилось благополучно?

А.М. Да, да. Они были найдены!