Свет счастья - Радмил Мукминов

Так круто снова изменилась жизнь повзрослевшей Галии. Трое детей теперь полностью зависели от неё. Грустить и раскисать совершенно не было времени. Надо было во что бы то ни стало вырастить детей здоровыми. «Сохрани детей» — слова мужа стали лозунгом её жизни, навязчивой идеей. Чего только не приходилось делать, чтобы раздобыть еды. Она первая в деревне догадалась разрывать норы сусликов, чтобы добыть зерно. Стала ходить в соседнюю русскую деревню и наниматься в помощницы по хозяйству. Ни от какой работы не отказывалась Галия. Присматривала за чужими детьми, пропалывала огороды, носила воду с колодца для полива и прочих хозяйственных нужд, чистила сараи. А ночами дома вязала носки и варежки, которые обменивала на продукты. Уходила с раннего утра на работу в колхозе, которую никто не отменял. После спешила на подработку к русским женщинам в соседнюю деревню, а возвращалась уже поздно вечером. Но было препятствие по пути на работу — идти в ту деревню приходилось через густой и тёмный лес. В лесу том водились волки и это было страшно. Однажды ей довелось встретиться с волками почти «лицом к лицу». Два волка сидели у тропинки, по которой она обычно пролагала свой путь. Галия заметила их первая. Сняв с головы платок, она резко и громко закричала «Ура!» — первое что пришло в голову и побежала прямо на волков. Волки бросились прочь. Так не изучавшая зоопсихологии, вообще не знавшая о поведении диких животных, Галия интуитивно поступила правильно. Ведь если б она попыталась скрыться от них, вполне вероятно, что они б напали и загрызли её. Да и вернуться в деревню с пустыми руками она не могла, дети бы остались голодными. Лес пугал её. Но и преподносил дары. Иногда она находила полянки с лесными ягодами. Однажды идя по лесу, Галия услышала нечто похожее на плач ребёнка. Конечно же она бросилась на этот звук. То был зайчонок, попавший в чьи-то силки. Он был уже на последнем издыхании. Галия распутала его и перегрызла ему горло своими зубами, в этот день её дети получили бульон с мясом.

Детей она видела по большей части спящими, но душа её была спокойна — у неё получается сберечь их, как просил её их отец. Дети росли самостоятельными. Девятилетняя Суфия была авторитетом для младших: шестилетнего Ильяса и трёхлетней Амины. У всех были свои обязанности по хозяйству. Суфия кормила и выпускала на поляну гусей, не без помощи младшей Аминочки, конечно. Ильяс повсюду ходил со своим молоточком, в его обязанности входило следить за исправностью забора, дома и сарайчика. Сарай стоял пустой, корова пропала на втором году войны. Не пришла с пастбища. Возможно, она попалась в зубы волкам или кому пострашнее — по деревне ходили слухи, что в лесу прячутся беглые дезертиры с фронта. Но, тем не менее, сарай стоял добротный и регулярно чинился. Будто не теряя надежды на то, что житель здесь всё же появится. Уборкой в доме занимались без напоминаний все вместе. Даже маленькая Амина ходила с сестрой и братом к колодцу за водой, у неё было своё маленькое ведёрко. А кроме того, она очень любила, когда её хвалят старшие. Их матери некогда было хвалить или ругать их. Главное живы и здоровы — это была её главная цель.

По окончании войны стали возвращаться в деревню мужчины. Были среди них безногие, одноглазые, оглохшие… Но всё же это были мужчины, женщины вздохнули спокойно. Стали обновляться покосившиеся заборы, подгнившие крылечки. Жить стало чуточку веселее. Галие иногда приходилось просить о помощи по хозяйству соседских мужчин. Что стало вызывать недовольства их жён. Так как Галия считалась красавицей, одевалась опрятно и была приятна в общении, это стало поводом для ревности. Как говорится в великом произведении «Горе от ума» — Ах, злые языки страшнее пистолета. По деревне поползли слухи, что Галия недолго пробудет одна, уведёт из семьи чьего-нибудь мужа. Это очень огорчало порядочную женщину. Но и из этой ситуации она нашла выход. Она стала приглашать к себе с ночёвкой одиноких старушек. Как известно, старушки в деревне пользовались авторитетом и их слово было непоколебимо. Старушки пересказывали друг другу как славно они побывали в гостях у Галиюши, как она обходительно поила их чаем. И, понятное дело, никаких посторонних мужчин в это время не было в том добропорядочном доме. Так сообразительная Галия обеспечивала себе сохранение своего доброго имени. К тому же на некоторое время дети оставались под присмотром, а главное учились мудрости у старшего поколения.

Послевоенное время принесло душевное спокойствие. Но всё же Галия надеялась на возвращение своего Мунира. Горько ей было видеть, с какими горящими глазами Ильяс рассказывал о возвращении отцов своих друзей. Как Амина мечтала о том, что папа снова будет подкидывать её так высоко, к самому небу — это всё, что она помнила о нём. Рано повзрослевшая Суфия не затрагивала эту тему, видя какие эмоции эти разговоры вызывают у матери. И никто никогда не узнал, насколько сильно она тосковала по отцу. Галия интересовалась в сельсовете о новостях про ушедших на фронт. В конце концов, Мунир был признан без вести пропавшим. Но не погибшим ведь, что давало повод надеяться. А время шло… Периодически к Галие захаживали сваты с предложением выйти замуж. Но всем она отвечала отказом, даже не удосуживаясь узнать от кого были эти самые сваты. Много лет спустя я спросила у неё, почему же она так и не вышла замуж. Ведь она была так молода и красива. Ответ её был коротким и мудрым — никто не заменит её детям их отца, пусть помнят своего как могут. А она уже была счастлива и любима настолько, что уже никто не сможет ей этого повторить. А на меньшее она не согласна. Теперь она намерена жить счастливой своими воспоминаниями.

Когда-нибудь у меня будет лампа в виде лотоса, пусть даже немного другая. И моя внучка прибежит перед сном в мою комнату понежиться в приглушённом свете этого ночника. И я буду рассказывать ей сказки и перебирать её волосики, поглаживая её по голове.