Песня Свон - Роберт Мак-Каммон

- Ближе, лейтенант! - приказал Маклин. - Нужно занять место в первом ряду!

О, Боже! - подумал Лаури. Под мышками у него вспотело. Одно дело атаковать компанию фермеров, вооруженных мотыгами и лопатами, и совсем другое - штурмовать кирпичную крепость, где у этих гадов была тяжелая артиллерия!

Но Американская Верность продолжала вести огонь, в то время как АСВ катила вперед свои грузовики и фургоны.

Маклин знал, что все его офицеры на своих местах и ведут свои батальоны. Роланд Кронингер был где-то справа, в своем собственном командном "джипе", подгоняя на битву две сотни человек и более пятидесяти бронированных машин. Капитаны Карр, Уилсон, Сэттерли, лейтенанты Тэтчер, Бэннинг и Бьюфорд - все его доверенные офицеры были на своих местах и все они были нацелены на победу.

Маклин пришел к выводу, что прорыв сквозь оборону Спасителя был просто вопросом дисциплины и управления. Неважно, сколько погибнет солдат АСВ или сколько взорвется и сгорит машин - это проверка его дисциплины и управления. И он поклялся скорее драться до последнего солдата, чем позволит Спасителю победить его.

Он знал, что его ум несколько повредился, когда треснула эта штука и он, взяв фонарь, взглянул на себя в зеркало, но сейчас он был в полном порядке.

Потому что когда прошло его безумие, полковник Маклин понял, что теперь у него было лицо Солдата-Тени. Они были теперь едины. Это было чудо, которое указало Маклину, что Бог на стороне Армии Совершенных Воинов.

Он усмехнулся и зарычал в усилитель голосом зверя.

- Продолжать наступление! Дисциплина и управление!

Заговорил другой голос. Глухое "бум!", и Маклин увидел вспышку оранжевого света у забаррикадированного въезда на площадку. Последовал высокий пронзительный звук, который, казалось, прокатился над головой Маклина. Примерно в семидесяти ярдах позади него взрывом подбросило куски бетона и искореженного металла от разбитого уже раньше фургона.

- Вперед! - скомандовал Маклин. - У Американской Верности могут быть танки, подумал он, но ни черта они не знают о траектории полета снаряда. Еще один снаряд просвистел в воздухе, взорвавшись в лагере, позади. А затем последовала волна огня по массированной обороне Американской Верности, пули стали высекать искры из бетона и рикошетом отлетать от бронированных машин. Некоторые солдаты упали, Маклин закричал: - В атаку! В атаку! Не прекращать огонь!

Приказ был подхвачен другими офицерами, и почти сразу же начали бормотать и трещать пулеметы, пистолеты и автоматы, нацеленные на заграждения в полосе вражеской защиты. Передовые машины АСВ устремились вперед, набирая скорость, чтобы ворваться на площадку. Третий танковый снаряд разорвался на площадке для парковки, отбросив плюмаж из дыма и булыжников и заставив вздрогнуть землю. Потом некоторые из тяжелых машин Верности стали стрелять вперед, моторы их завыли, грузовики и бронированные машины обеих армий бросились друг на друга, и началась ужасная какофония визжащих шин, ломающегося металла и разрывающих уши взрывов.

- В атаку! Убить их всех! - продолжал кричать Маклин на приближающихся солдат, пока Джад Лаури маневрировал колесами машины вперед и назад, стараясь не наехать на трупы и обломки. Глаза Лаури готовы были выскочить из орбит, бусинки холодного пота покрывали лицо. Пуля скользнула по ветровому стеклу, и Лаури почувствовал ее движение как щелчок камертона.

По площадке зигзагом прошла пулеметная очередь, и полдюжины солдат АСВ закружились как танцоры в безумной пляске. Маклин отбросил усилитель, выхватил из кобуры на поясе свой "Кольт" калибра 11.43 мм и стал стрелять в солдат Верности, пока они дрались на защитной полосе в водовороте тел, буксующих машин, взрывов и горящих обломков. Столкнулись столько автомобилей и грузовиков, громоздящихся друг на друга, что площадка напомнила последствия какого-то крупного крушения.

Два грузовика столкнулись прямо перед "джипом", Лаури ударил по тормозам и одновременно закрутил рулевое колесо, отчего "джип" отбросило и занесло в сторону. При этом под его колеса попало двое, и Лаури не знал, были ли это солдаты АСВ или солдаты Верности. Все перемешалось и сошло с ума, воздух был полон искр и ослепляющего дыма, поверх всех криков и визга Лаури слышал смех Маклина, когда полковник палил наугад.

В свете фар "джипа" вдруг возник человек с пистолетом, и Лаури сбил его. Пули, летевшие сбоку, попадали в "джип", слева взорвалась машина АСВ, и из нее кувырком вышвырнуло в воздух водителя, все еще сжимающего горящее рулевое колесо.

Между тормозящими и сталкивающимися машинами была стиснута пехота, ведущая яростную рукопашную схватку. Лаури свернул в сторону, чтобы уклониться от горящего грузовика. Он услышал пронзительный свист приближающегося снаряда, и у него внутри все сжалось. С криком: "Выбираемся отсюда!" он яростно закрутил рулевое колесо направо и надавил рукой до упора. Джип рванулся вперед, наехав на двух солдат, сцепившихся на бетоне. Трассирующая пуля сильно ударила в бок "джипа", и Лаури услышал, что он сам захныкал.

- Лейтенант! - закричал Маклин. - Поверните "джип" обратно.

И это было все, что он успел сказать, потому что земля вдруг содрогнулась, появилась ослепительная белая вспышка примерно в десяти футах перед "джипом". Машина вздрогнула и попятилась на задних колесах, как испуганная лошадь. Маклин услышал приглушенный вскрик Лаури - а потом Маклин сам подпрыгнул, спасая свою жизнь, когда ударная волна от взрыва ударила в него и почти сорвала форму с тела. Он ударился плечом о бетон, услышал визг шин, треск "джипа", когда он врезался в другую машину.

Следующее, что он осознал, когда был уже на ногах, что форма и куртка на нем превратились в лохмотьях, а сам Маклин смотрел сверху на Джада Лаури. Тот раскинулся на спине среди обломков Джипа, тело его дергалось в судорогах, как будто он старался выползти на безопасное место. Голова Джада Лаури превратилась в бесформенную кровавую массу, выбитые зубы клацали как кастаньеты.

В левой руке Маклин держал пистолет. Правая рука-протез с ладонью с гвоздями все еще была крепко привязана к запястью. По правой руке ручьем текла кровь, капая с пальцев черной перчатки на бетон. Он понял, что ободрал руку от плеча до локтя, и не совсем благополучно. Вокруг него в вихре кружились солдаты, стреляя и дерясь, и пулей выбило кусок камня примерно в четырех дюймах от его правого ботинка. Он огляделся, стараясь определить, как вернуться в лагерь АСВ; без транспорта он оказался таким же беспомощным, как последний пехотинец. Вокруг было столько визга, крика и огня, что Маклин не мог думать. Он увидел, как кто-то толкает солдата АСВ на землю, несколько раз пытаясь заколоть его мясницким ножом, и Маклин нажал на спусковой курок своего кольта калибра 11.43, выстрелив прямо в череп тому и выбив ему мозги.