Плоды проклятого древа - Demonheart

Ничего, так даже лучше. В условиях уличной войны люди даже днем старались без нужды не показываться на улице, а уж после заката и подавно. В отсутствие свидетелей я смогу действовать свободнее.

Инструкции, переданные Таггом, были предельно просты: найти Бакуду, и доставить ее к нему живой или мертвой, в последнем случае ордер на убийство только ждет подписи. Но лучше живой, чтобы избежать детонации заложенных в городе фугасов. Ее подручные, даже рекрутированные недобровольно и являющиеся, строго говоря, мирными гражданами, считаются законными целями – раз обездвиживание приводит к детонации черепных бомб, они мертвы в любом случае.

Низкие плотные облака дополнительно упрощали мне задачу. Будучи невидимым, я спокойно сканировал эфир в поисках нужной сигнатуры. Три телеуправляемых дрона висели на километровой высоте в вершинах равностороннего треугольника, накрывающего большую часть города. Как только я опознаю сигнал, они проведут триангуляцию, после чего Бакуду ждет небольшой сюрприз.

Наконец-то было время немного подумать.

И именно этим мне совершенно не хотелось заниматься.

Стоило мне только вспомнить о своих друзьях, как хотелось немедленно отключить доспех и гавкнуться об землю вниз головой. Перед глазами вставало растерянное, заплаканное лицо Кристал. Предательство – а ничем другим мои поступки назвать было нельзя – потрясло ее настолько, что она даже не отреагировала на прибытие Чистоты. Когда я направил ей в грудь ручку со спрятанным дротиком, она могла распылить меня в кровавую взвесь прежде, чем я успел бы нажать на спуск.

Мне совершенно не интересно, как отреагировали Стражи на моей разоблачение. Я не хочу представлять, как плачет Виста, а Кид Вин запирается в мастерской и вцепляется себе в волосы, потому что его сила, сила совместить несовместимое, оказалась бессильна. Я не хочу видеть, как София в кровь разбивает кулаки об боксерскую грушу, пытаясь утопить потрясение в адреналине, а с лица Стояка слетает маска веселого хохмача, обнажая его истинную сущность мрачного фаталиста. И Эгида мучается бессилием, потому что рад бы, но не может заслонить товарищей грудью. И Рыцарь видит все горе как на ладони, и пытается, но не может найти слова, чтобы подбодрить всех. И даже Страшила, способный отрастить непробиваемые костяные пластины на коже, не может защититься от нагрянувшей беды.

Не нравится смотреть? А ты смотри. Это цена, которую ты уплатил за свою силу.

Ну да… моя сила все еще со мной. Это единственное, что у меня еще осталось. Но даже если правильно ее использовать, заменит ли она все остальное?

Нет, сейчас не о том надо думать. У меня есть задача, и я ее выполню. Выполню прямо сейчас, потому что я засек ДНК-сигнатуру Бакуды, и дроны вычислили ее координаты с точностью до метра.

Я развернулся в воздухе и через несколько секунд завис над точкой, все еще укрытый темнотой, преломляющим полем и облаками. Бакуда находилась где-то внизу, на первом этаже одного из заброшенных зданий. Можно наносить визит, но если чему меня и научил бой со Скитальцами, так это тому, что лезть в драку без разведки – это верный способ отправиться на тот свет. Особенно с учетом способностей Бакуды, в арсенале которой были средства, способные обойти защиты «Сирина».

Адаптивный Волновой Подавитель развернулся у меня за спиной. Со стороны собранные в шесть каскадов панели походили на крылья, но их функцией был отнюдь не полет. Миф о птице Сирин восходит к древнегреческому мифу о сиренах, пением завлекавших моряков на скалы. Когда я работал над «Сирином», то старался дать ему такой голос, который никого не оставит равнодушным.

Крылья изменили конфигурацию, отдельные панели перестраивались и совмещались, чтобы их резонанс создавал волны нужного диапазона и интенсивности. Они одновременно работали на излучение и прием, испускали слабые импульсы высокой проницаемости и распознавали отраженные сигналы. Через несколько секунд у меня была не только полная трехмерная карта нескольких ближайших кварталов, но и расположение всех немногочисленных людей в нем, коммуникаций, бомб Бакуды и ее самой.

В принципе, на этом можно было заканчивать. Один выстрел фотокинетического бластера на полной мощности пробьет стены и перекрытия, и обрушится на чокнутую бомбистку как карающая молния с небес. И хотя Тагг выдал мне индульгенцию, что-то внутри меня протестовало против такого подхода. Остатки совести, наверное, если она у меня вообще когда-то была. Нужно было другое решение.

Еще несколько секунд я потратил на распараллеливание процессов. Детонаторы попроще я смогу отключить, перекрыв приемный диапазон. Не-добровольцев – вырубить, нелетально. Вряд ли Бакуда гений нейрохирургии, так что достать обезвреженные бомбы будет несложно. И последний каскад получит особую роль.

Я в еще раз проверил, все ли подготовлено, и спикировал вниз. На нужной высоте двигатели изменили вектор тяги, и вместо того, чтобы впечататься в землю, доспех проломил кирпичную стену, словно она была из бумаги. Компенсаторы поглотили инерцию, и резкий удар мне не навредил. Одновременно с этим панели АВП вспыхнули от пущенной на них энергии, и пространство вокруг затопил мощный электромагнитный импульс.

Шесть вооруженных людей в комнате. Один распростерт на полу. Над ним склонилась восьмая фигура в противогазе и модифицированной полицейской броне. Забавно. Раньше бы я прикончил всех без колебаний, сейчас же хотел обойтись без лишней крови. Вот уж правда, милосердие – удел сильных. Важно только понимать, что проявленное милосердие не означает, что ты силен. Наоборот, это роскошь, доступная немногим. Слабый же вынужден быть жестоким, иначе оставленный в живых враг просто вернется мстить.

В стороны ударили белые лучи бластеров. Максимальное рассеяние, минимальная возможная мощность. Не убьет на месте, но приложит крепко. Доли секунды, потраченные мною на нейтрализацию миньонов, дали Бакуде возможность отреагировать. Несмотря на устроенную на нее загонную охоту и последующую осаду, она реагировала сверхъестественно быстро для Технаря. Лучи едва успели погаснуть, как в мою сторону уже летел небольшой цилиндр, когда-то бывший консервной банкой.

Сенсоры доспеха показали «зеленый». Эта бомба не останавливала время и не искажала пространство. Принимать такой подарочек на грудь в любом случае рискованно, но если выгорит…

Бомба ударилась о броню. И упала на пол. Каким бы ни был ее эффект, детонатор сжег ЭМИ несколькими мгновениями раньше.

- Три из десяти, и только за хорошую подачу, - ответил я, зависнув в полуметре над полом и демонстративно скрестив на груди руки. – Даю еще одну попытку.

Бакуда швырнула вторую бомбу еще до того, как я договорил