'Фантастика 2025-63'. Компиляция. Книги 1-27 - Александр Майерс

— Графиня Светлана Некрасова. Вдова, — многозначительно добавляет она и протягивает мне руку для поцелуя.

Я вынужден соблюсти этикет и коснуться губами тыльной стороны её ладони. От кожи графини пахнет приторно-сладкими духами. Фу, зачем выливать на себя парфюм в таком количестве? Такое ощущение, будто я сунул голову в бочку с духами.

— Рада знакомству, барон, — говорит Некрасова.

— Взаимно, ваше сиятельство.

— Давайте оставим этих охотников за сплетнями. Вы будете так любезны проводить меня внутрь?

— Сожалею, я бы хотел ответить ещё на несколько вопросов. Прошу простить, графиня, приятного вечера, — я отвешиваю лёгкий поклон и поворачиваюсь обратно к журналистам.

Возможно, это было немного грубо, однако Некрасова сама повела себя довольно нагло. Оторвала меня от общения с людьми и почему-то решила, что я обязан её проводить, да еще и перед телекамерами.

Ещё несколько минут я общаюсь с журналистами. Мимо проходят ещё несколько гостей, и к ним тоже пристают с различными вопросами, однако большая часть микрофонов и объективов по-прежнему направлены на меня. Ну, ещё бы. Я такую шумиху поднял в последнее время.

Когда вопросы начинают повторяться, я прощаюсь с репортёрами и направляюсь, наконец, ко входу во внутренний двор Зимнего дворца. Императорские гвардейцы, одетые в парадные мундиры, открывают мне ворота, а затем рядом со мной оказывается слуга, который с первого взгляда производит впечатление крайне воспитанного человека.

— Добро пожаловать, господин. Позвольте ваше приглашение, — поклонившись, просит он.

Я снова достаю билет и протягиваю ему. Мужчина неожиданно создаёт заклинание, которое заставляет печать на бумаге вспыхнуть. Хм, может быть, он и слуга, но определённо из дворянского рода. Простолюдины не владеют такой магией.

— Благодарю, Андрей Алексеевич. Позвольте рассказать вам, где и как будет проходить мероприятие, — возвращая приглашение, говорит слуга.

— Слушаю вас.

— Прямо перед вами находится Большой двор. Вы можете прогуляться по нему и насладиться общением с другими гостями. Официанты разносят напитки и закуски, пожалуйста, угощайтесь. В назначенное время всех гостей пригласят в Гербовый зал, где пройдёт официальная часть, включая фуршет, танцы и торжественную речь императора. Напоминаю, что считается неуместным покидать событие до ухода его императорского величества и тем более до его появления. Даже в случае уважительной причины это может быть расценено как оскорбление владыки.

— Спасибо за разъяснения, — киваю я.

— Это ещё не всё, ваше благородие. Как мне известно, вы впервые на подобном мероприятии. Не сочтите за грубость, но я вынужден сообщить вам, что на императорском балу запрещены конфликты между гостями, а любое применение магии считается попыткой покушения на императорскую семью, — говорит слуга, и в этот момент он совсем не выглядит, как услужливый лакей. Такое чувство, что на самом деле он сотрудник службы безопасности императора и просто вырядился в ливрею слуги.

— Хорошо. Буду иметь в виду, — отвечаю я, снимая астральный доспех, который по привычке нацепил, когда вышел из автомобиля.

Хрен его знает, насколько мощные охранные артефакты здесь стоят. Вполне вероятно, что даже мои необычные для этого мира силы они смогут распознать.

— Больше не смею задерживать вас, господин барон. Приятного вечера, — ещё раз поклонившись, мужчина теряет ко мне всякий интерес.

Иду вглубь двора, по дороге зацепив бокал шампанского с подноса, проходящего мимо официанта. Делаю глоток — надо же, какой изумительный напиток. Впрочем, чего ещё ожидать от мероприятия подобного уровня? Здесь всё должно быть по высшему разряду.

Уже темнеет, но в зале повсюду горят фонари, красиво подсвечивая детали интерьера и ландшафта. Наряженные гости гуляют по двору, общаются, выпивают и закусывают.

Я вижу, что многие обращают на меня внимание, и моих ушей то и дело достигают обрывки фраз вроде «Это же он! Барон Зверев!» или «Неужели тот самый? А он и правда красавец!».

Не тороплюсь завязывать знакомства, предпочитая сначала немного осмотреться. Всё-таки в высшем обществе я новенький, надо хотя бы немного разобраться, кто есть кто. Однако моего общения, как выясняется, жаждут не одни журналисты.

Гости подходят ко мне один за другим, спеша представиться и перекинуться хотя бы парой слов. Спустя пару десятков таких знакомств я перестаю запоминать имена и титулы. Даже не пытаюсь, честно говоря.

Когда общаюсь с очередной дочерью какого-то графа, обращаю внимание на пожилого мужчину с крючковатым носом и чёрными зализанными назад волосами. В отличие от большинства, он смотрит на меня недружелюбно. Можно даже сказать, что с ненавистью. Спокойно смотрю в ответ, и мужчина отворачивается.

— Вы не знаете, кто это? — спрашиваю я, прерывая невинное щебетание собеседницы.

— Кто именно? — уточняет она.

— Тот мужчина с крючковатым носом, — киваю я в его сторону.

— Ах, как вы можете не знать? Это же князь Чернов!

— Правда? Мы с ним ещё ни разу не встречались лично. Прошу простить, сударыня, я должен с ним познакомиться, — мимоходом кланяюсь даме и решительно направляюсь к Чернову.

Тот замечает, что я иду к нему, и явно напрягается. Поворачивается ко мне и расправляет плечи, будто к драке готовится. Усмехаюсь про себя. Подойдя вплотную, резко выбрасываю руку:

— Добрый вечер, князь! Вот мы и встретились.

— Добрый вечер, барон, — он нехотя отвечает на рукопожатие, которое длится едва ли дольше секунды.

— Прелестный бал, не так ли? Я ещё ни разу не был на подобном мероприятии, — я начинаю издалека.

— Не сомневаюсь. Честно признаться, странно видеть вас здесь, — сухо отвечает Чернов.

— Почему? Я такой же дворянин, как и вы. К тому же, у меня есть кое-какие заслуги в ордене Стражей и не только. Уж вы-то точно знаете, что я недавно одержал громкую победу в войне.

— Не такую громкую, как вам кажется, Андрей.

— Алексеевич, — добавляю я.

— Что?

— Андрей Алексеевич. Мы не так близко знакомы, чтобы обращаться друг к другу по имени без отчества. Не так ли, Роман Витальевич? — глядя собеседнику в глаза, спрашиваю я.

Он не отвечает, сверля меня взглядом в ответ. Мужчина, с которым он говорил до этого, бормочет:

— Простите, я должен найти супругу, — и моментально испаряется.

Мы с Черновым остаёмся вдвоём, продолжая давить друг на друга взглядом. Князь первым прерывает молчание:

— Я вынужден признать, что и правда впечатлён вашими успехами, Андрей… Алексеевич. Однако вам должно быть известно, что падение после резкого взлёта бывает особенно болезненным.

— Мне это известно, но разве