Таймыр. Трилогия - Вадим Денисов

— Ну ладно, я, значит, умело все ломаю, а ты снимай. Не отрывайся, головой не мотай, прямо через объектив туда смотри. С первой секунды, — излишне менторски напомнил изготовившийся к взлому Сержант.

Лапин вскинул камеру, шагнул назад и дал другу отмашку:

— Set… Ready… Go!

Крык! Громко заскрипела, а потом треснула пересохшая доска. Фомка со звоном упала на пол. Изнасилованная дверь нехотя приоткрылась, предоставив взломщикам в пользование проход в небольшую каморку с металлическими полками и парой железных электрощитов вдоль стены. Когда-то «новые» щиты так и не были подключены — кабеля обрезаны почти вровень с кожухом. Камера обошла встроенным светодиодным фонарем слева направо — ничего примечательного.

— Левый отодвигаем, — Сержант медлить не собирался.

— Подожди, камеру на стеллаж поставлю и свет закреплю… — прокряхтел Лапин.

За щитом крылась стылая ниша, закрытая основательной жестяной крышкой на четырех прикипевших от времени болтах.

— От трахома! Недаром мы нормальные гаечные ключи взяли — даже как-то обрадовался проблеме Сержант, — а ты говорил «и мультитула хватит»… А у меня умище.

Он с нетерпеливым пыхтением, переходящим в шипение эфы, смотрел на возню напарника, с раздражающей аккуратностью вскрывавшего отсеки баула с инструментарием. Это, братцы, нами у немцев их исконная страсть к порядку и аккуратности воспринимается, как забавное, но завидное свойство. Обнаружившись внезапно у русских соседей по лестничной клетке, это же свойство начинает здорово раздражать, уверяю вас.

…План подземелья представлял собой пачку из четырех сложенных листов тонкого картона, наверное, это часть какой-то упаковки. Листы чернильных чертежей были бережливо переложены полупрозрачной, слегка хрустящей бумагой желтоватого цвета.

— Пищевая какая-то обертка, что ли? — предположил Майер, осторожно пробуя чуть скользкую фактуру на ощупь.

— Это когда-то назвалось «калька». Применялась для светового копирования чертежей, — пояснил Лапин, — положил ее на просвет и обводи карандашиком… Анахронизм, преддверие эры сканеров-принтеров.

На месте они рассматривать ничего не стали. Это ведь особый кайф — разглядеть найденное всё дома, неторопливо и вдумчиво. Сержант бережно упаковал драгоценную закладку в заранее приготовленный герметичный контейнер (предполагали ведь и худшее, вдруг документы начнут рассыпаться прямо на глазах), уложил в рюкзачок. Баул со всем инструментарием они решили оставить на месте, зачем его таскать лишний раз? Ведь скоро надо будет возвращаться, а во второй раз тащить придется многое, вплоть до оружия и еды-питья.

Казалось бы, чего еще после этого желать изыскателям? Этот план сам по себе представлял колоссальную ценность и сулил много интересного. Но он отнюдь не являлся единственной поисковой целью. Второй набор документов был друзьям не менее интересен — рисованная от руки карта на куске ватманской бумаги, описи, зарисовки и докладная записка начальнику лагкомандировки.

Неровный почерк, фиолетовый химический карандаш, такой надо было облизывать перед каждым третьим написанным словом… Ничего особенного, на первый взгляд. Сходил человек в плановый полевой маршрут, образцы собрал, потом отчет написал, камеральная работа, обычное дело. Вот только суть написанного была чертовски необычна! Необычно было, судя по тексту и рисункам и то увиденное, то случайно найденное этим человеком.

И вот ради этого можно было начинать игру и жечь дорогие свечи по-серьезному.

Плотный дождь всё не стихал, прогноз опять соврал.

Обтянутый кожей портсигар представительски щелкнул, предъявил ароматное содержимое хозяину и закрылся до вечернего пополнения запасов. Все, на сегодня «рабочий» лимит выкурен, более ни одной сигареты. Гадство, опять до срока всю норму дунул! Ерунда какая-то, а не самодисциплина. Мука от ожидания в течение последующих четырех долгих часов еще более тяжких мук — безникотиновых — отразилась в серых глазах владельца.

Андрей Донцов тяжело вздохнул, шагнул к вешалке и положил шершавый портсигар в карман серого плаща. Потом привычно глянул в зеркало (еще вмещаюсь), нет ли щетины, даже рукой провел по щекам. Затем подошел к слегка тонированному окну кабинета, поглядел на ливень. Из окна третьего этажа открывался роскошный по местным меркам вид на город и долину реки Норилки. Скопления домов, похожих на обломанные серые скалы, обрывались резко, как стена крепости. Над ними, словно дым вулканов, клубились выбросы так и не закрытого полностью Никелевого завода и ТЭЦ. Вдали виднелись Ламские горы и гора Сундук — часть Путоран, плато Сыверма, как, не пойми почему, назвал эти отроги Миддендорф, а может кто-то еще до него. Со стороны горы Шмидтихи на Норильск одна за другой надвигались грозовые тучи, и пыльные улицы заполярного города нежились под душем чередующихся ливневых волн. Шелест автомобильных шин, глиссирующих по мутным уличным ручьям, сливался в несмолкающее шипение.

Он недолго изучал прочерченный полосами дождя пейзаж, еще раз вздохнул и вернулся к столу. И к разговору.

— Так что, все-таки стартуете? — и, не дожидаясь очевидного ответа, продолжил, заново устраивая большое тело в большом кожаном кресле. — Молодцы! Я бы тоже рванул, да вот дела… Иностранцев-то уже видели?

— Не-а, — беззаботно ответил Лапин, отхлебывая чай прямо через плавающий в широкой кружке лимон. — Какая нам разница? Я же представляю, как там все будет… Они отдельно, мы с Майером сами по себе, крутые сталкеры. Палатка сбоку, свои радиалочки, сон в перерывах. Сержант с ружьем бегать будет.

«И ведь будет бегать, гад, именно бегать, — грустно подумалось огрузневшему за последние годы Донцову, — это мы с Квестом растолстели и утратили последние мозоли на руках. Кабинетные люди». Он украдкой посмотрел на живот, выпирающий из-под дорогого ремня, разозлился и ответил с неожиданной желчью:

— Ну да, ну да. Проводники-консультанты… Типа, у вас никакой задней цели нет. Так я тебе и поверил, — подтверждения своих слов Донцов ждать не стал и спросил еще: — А сам Квест что там делать собирается? Любимое блюдо «баклуши с водкой»?

— С виски, — поправил его Игорь, немного огорчённый такой примитивной постановкой вопроса. Но последние предположения подтвердил: — А как же… Общаться с VIP-клиентами у костра в полный рост, насколько я понимаю. Да и то наездами. Прилетел, проведал, успокоил подопечных, выяснил, чего вкусного забросить, кого вывезти на волю, если что. Сейчас он куда-то на север полетел, потом в Хатангу заскочит, договариваться насчет сервиса будущих групп.

— А это… — Донцов чуть помолчал, словно решая, спрашивать дальше или нет, — Квест вам много денег отваливает? Или я того, зря поинтересовался?

Игорь Лапин пожал плечами и озвучил цифру. Донцов значительно присвистнул.

— Да… Тогда вы все правильно сделали. И отдохнете, и заработаете, вполне адекватные бабки. Могу только представить, сколько же наш Димон на этой экспедиции скосит прямо и набок. Слушай, а может и мне на пенсии внешнеэкономической деятельностью в сфере туризма заняться? И в кайф, и в кошелек.

— У тебя не получится, — спокойно возразил Игорь, выбирая из хрустальной вазочки самую вкусную конфетку, — ты не бизнесмен. У тебя взгляд ментовской, клиент под ним мерзнуть будет. И тебе только кажется, что это тихое занятное и денежное хобби для пенсионера. А это бизнес, споткнёшься, Андрей. Ты вспомни, какой в этом деле опыт у Квеста.

Все так и есть. Опыт не пропьешь.

Первую платную экспедицию владелец фирмы «Искатели приключений» Димка Квест привез в Путораны еще несколько лет назад — те чудаки лениво, но комфортно искали снежного человека. Ничего они, естественно, к осени не нашли, но отдохнули знатно, достаточно престижно, и деньги организатору тура заплатили немалые; в полном восторге уехали креативить рекламу коллегам по клубу. Два года назад он таскал еле живых от угощения итальянцев по путоранским озерам — возжелали наблюдать местную «лохнесску». В тот раз искатели даже засняли на камеру «что-то продолговатое», и никто не мог сказать определенно, действительно ли повезло естествоиспытателям или это жук-организатор расстарался с помощью ассистентов в кустах. Сам Квест категорически отметал все попытки приписать ему возможную фальсификацию ценных научных результатов. «Проще что-нибудь настоящее им показать, чем заниматься моделированием». Вообще-то… соблазн был велик, одно время Квес позже признался Сержанту, даже хотел было за отдельную плату продать искателям снежного человека действительно стоящие и перспективные в этом плане маршруты, сопровождаемые стоящими же фактами, но потом передумал, за что был хвален друзьями. Ревность местных, знаете ли. Хорошие тайны и самим пригодятся.