Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Ближе к полуночи они вдруг обнаружили, что едут вдоль русла какой-то речки. Увидев водную гладь, блеснувшую в свете фар, Кармен обрадовалась и даже захлопала в ладоши.

– Это Линевка, мы уже почти у Зубилино! – ликующе объявила она. – Ура! Значит, скоро будем дома. Ой, как же я устала!

Димка с сомнением поинтересовался:

– Катя, ты уверена? Это точно Линевка, а не что-то другое? На речке же не написано, как она называется!

– Если увидим мост, то я сразу определю – она это или нет, – с беззаботностью в голосе пояснила Кармен.

Минут через десять езды они вдруг и в самом деле увидели железобетонный мост, перекинутый через речку. Справа, из лесной чащобы к нему тянулась асфальтированная дорога.

– Ну, что я говорила?! – Катя задорно рассмеялась. – Сейчас сворачиваем влево и километров через пять будем в Зубилино.

Отчего-то испытывая какие-то подсознательные сомнения, ощущая непонятную, смутную тревогу, Ветлугин вырулил на вполне приличный асфальт и прибавил газу. Машина, шурша по дороге резиной колес, промчалась по мосту, наращивая скорость, и снова покатила по коридору из вековых сосен. Они проехали ожидаемые пять километров, однако райцентр Зубилино впереди так и не появился. Кармен, удивленная этим обстоятельством, выжидающе замерла, напряженно глядя на сплошную стену старого леса, летящую навстречу машине.

Вскоре дорога изогнулась влево. Димка старался придерживаться умеренной скорости.

Озирая нескончаемый частокол вековых корабельных сосен, он как бы про себя отметил:

– Странная дорога. Ни знаков, ни разметки, ни ям на асфальте. Как будто по ней никто не ездит. Кстати, заметь: мы опять движемся параллельно руслу речки, причем в обратную сторону. Ладно, хрен с ним, все равно делать больше нечего. Куда-нибудь да выберемся.

Еще километров через пять или семь он увидел впереди какие-то странные руины, замелькавшие в свете фар, и поспешил нажать на тормоз. Машина сбавила ход и медленно подкатила к открытым настежь воротам какого-то непонятного объекта, окруженного железобетонной стеной, к которым и вело это таинственное шоссе.

Глядя через проем ворот на остатки каких-то полуразрушенных построек, Димка озабоченно констатировал:

– Вон куда мы заехали! Когда-то мне рассказывали про заброшенную ракетную базу в Верхнебыльском заповеднике. Вот это она, похоже, и есть. В общем, мы с тобой черт знает куда ушли от дороги на Белоивановку. Надо было ехать на запад, а мы ушли в северном направлении. Ну и дела! Блин! Место-то какое тоскливое! Так что, поедем обратно?

– Ой, Дима, а что это за шум? – выглянув в приоткрытое окно, встревоженно спросила Кармен.

Ветлугин заглушил мотор и тоже опустил стекло. Он тут же услышал гул человеческих голосов, приглушенный расстоянием и древесными кронами, доносящийся откуда-то издалека.

Монотонный хор повторял одно и то же:

– Гу! Гу! Гу! Гу! Гу! Гу!..

В этот угрюмый, угнетающий душу лейтмотив временами вплетался пронзительный вой, переходящий в визг, режущий ухо:

– И-и-и-и-и-и-и!.. И-и-и-и-и-и-и!..

Это, образно говоря, пение, сопровождали звуки, издаваемые какими-то непонятными инструментами, то ли дудками, то ли рожками, чем-то очень страшные, напоминающие хрип и стон умирающего.

Немного послушав все это, Димка наморщил лоб и озабоченно проронил:

– Что за чушь такая? Думается мне, кто-то в этом лесу затевает что-то очень нехорошее. Надо бы пойти и разведать.

К немалому удивлению Димки, Кармен не только не стала его отговаривать от этой весьма рискованной затеи, но и сама вызвалась пойти вместе с ним. Он предложил ей остаться в машине, которую стоило бы развернуть в обратную сторону и оставить с заведенным двигателем, чтобы в случае чего девушка могла вовремя скрыться. В ответ Катя лишь пренебрежительно фыркнула.

– Пойми! – Дмитрий попытался убедить ее еще раз. – Если там вдруг окажутся какие-нибудь шизики наподобие сатанистов или дьяволопоклонников, то сам я гарантированно сумею от них отбиться и уйти. А вот с тобой это будет намного сложнее.

Но Кармен была категорична. Они идут вместе или немедленно вдвоем уезжают.

– У меня есть кроссовки. Я их сейчас надену – в них убегать будет легче. Штаны спортивные натяну. Какие проблемы? Убежим! – хлопнув его по плечу, бодро заявила она.

– Ладно, – со вздохом согласился Ветлугин. – Пошли вместе. Только машину надо спрятать где-нибудь в кустах, чтобы ее никто не нашел, пока нас тут не будет.

Выбравшись из кустов на дорогу, они крадучись зашагали в ту сторону, где звучал странный хор. Еще при подъезде к объекту Димка успел заметить грунтовую дорогу, уходящую вбок и теряющуюся в лесу.

Он достал сотовый телефон, включил крохотный фонарик, склонился к дороге и полушепотом сказал:

– Недавно в ту сторону проехало около десятка машин. Видишь, сколько тут следов? Похоже, народу там собралось до хрена и больше.

Всматриваясь в кромешную темень безлунной ночи и вслушиваясь в шорохи ночного леса, заглушаемые звуками таинственной мессы, держась за руки, они быстро зашагали по дороге. Карман Ветлугина оттягивал нож с выкидным лезвием, найденный в бардачке машины. Оружие, конечно, не ахти какое, но на случай форс-мажора и оно было некоторым подспорьем.

Глава 8

После погони, завершившейся не самым удачным образом, Гуров и Крячко возвращались в областное УВД и подводили итоги этого сумасшедшего дня. Позитивный баланс – две спасенные жизни. Отрицательный – четыре трупа при нуле задержанных. А они ведь так мечтали взять в оборот хотя бы одного главаря секты, который, вполне вероятно, не был запрограммирован на самоуничтожение и мог дать конкретную, нужную информацию. Та же Мури, разбившаяся и сгоревшая в «Дэу» вместе со своими единоверцами, которых, учитывая некоторые обстоятельства, логичнее было бы назвать подельниками, наверняка могла бы приоткрыть завесу тайн, окутывающих секту.

Прибыв в управление, они уже на пороге получили приглашение зайти к Чудрину. Генерал-майор нервно курил и расхаживал взад-вперед по кабинету.

– Ну и что там у вас, коллеги? – утопив сигарету в переполненной пепельнице, спросил он и рухнул в кресло.

Лаконичное повествование Гурова о событиях этого дня повергло генерала в крайнюю задумчивость.

Наконец он почесал лоб, вопросительно посмотрел на москвичей и уточнил:

– Выходит, надо понимать так, что эти сектанты заведомо сориентированы на самоуничтожение? Да-а-а… Секта, я вижу, жестокая. Они не щадят ни своих, ни посторонних.

– Безусловно, эта шайка-лейка гораздо агрессивнее любой другой, ей подобной, – Лев Иванович утвердительно кивнул. – Их методики подавления психики людей намного жестче, нежели у всяких там масонов-мормонов, сайентистов-адвентистов и прочих. Собственно говоря, именно на этом и держится их конспирация. Всякий, кто хоть что-то знает о секте и может раскрыть ее секреты, сходит с ума или умирает. Смешно сказать, мы до сих пор даже не знаем ее названия.

В кабинете повисла тягостная тишина.

Чудрин достал уже невесть какую по счету сигарету и снова заговорил:

– По поводу кончины Рокушова получено однозначное лабораторное заключение. Смерть наступила от паралича миокарда вследствие действия неизвестного препарата, введенного ему в руку подкожно. Сейчас наши сотрудники проверяют весь персонал реанимационного отделения, куда его доставили.

– Значит, его добили свои же, – Святослав невесело усмехнулся. – Интересно, что же они не открыли охоту на нас?

Генерал достал из ящика стола какой-то еженедельник и протянул его Льву.

– Не знаю, они это или нет, – пыхая сигаретой, сообщил он. – Но сегодня в одной областной газете из разряда желтой прессы вышел материал о вас, Лев Иванович, в общем-то, довольно скандальный. Речь идет о каком-то случае в цирке, где вы якобы ни за что застрелили тигра. Да и здесь у нас ваша деятельность, по словам автора, уже привела к гибели человека. Им тут же был сделан такой вот вывод: дескать, видно, совсем плохи дела у средневолжской полиции, если она зовет на подмогу людей, единственное удовольствие которых состоит в том, чтобы убить ни в чем не повинное животное или человека.