'Фантастика 2025-140'. Компиляция. Книги 1-30 - Алекса Корр

Щека мальчишки дернулась.

А ведь он не считает это похвалой. Скорее наоборот, чувствуется в нем глубоко скрытая обида. И то, как держится, пытаясь распрямить изогнутую спину, как задирает голову, кривит губы, готовый ответить словом на слово. И сдерживается, понимая, что нельзя.

- Принеси… нам чего-нибудь, - попросил Винченцо.

И барон нахмурился.

- Слуги есть.

- Матушку проведай.

- То есть, уже заразы можно не бояться?

- Поздно уже бояться.

- Ты меня выставляешь?

- Вроде того.

- Между прочим, я тут хозяин! – он скрестил руки. – И… и вообще, это я тебе про него сказал!

Прозвучало донельзя обиженно.

- Пусть остается, - голос у горбуна оказался на диво сильным. – Если речь и вправду пойдет о башне, то он имеет право знать. Как законный наследник.

Голос чуть дрогнул.

- Присаживайся, - Винченцо указал на кресло. Слабость чуть отступила, но он не обманывался. Он сейчас слабее котенка. – Как твое имя?

- Господину магу и вправду интересно?

Двигался он боком, сильно припадая на левую ногу. Скрюченную иссохшую руку мальчишка прижимал к груди, норовя скрыть под висящею курткой, которая была прилично больше.

С чужого плеча?

Или нарочно сделали такую? Короткую и широкую.

- Не особо, - признался Винченцо. – Но мне надо как-то к тебе обращаться.

- Все зовут меня Горбуном.

- Потому что ты и есть горбун? Что? Если бы не матушка, его бы вообще подушкой придушили, - вот Джер ни сомнений, ни терзаний не испытывал. – Так вообще с уродцами часто делают. А эта… ну, вторая жена отца, когда увидела, кого выродила, велела вынести. И кормилицу не позвала.

- А твоя матушка, стало быть, позвала?

- Ну…

Не от доброты душевной. Калек и вправду не жалеют. И для многих смерть во младенчестве - благо. А баронесса скорее желала уязвить соперницу. Что может столь же сильно уязвить женщину, как уродец, вышедший из её чрева?

Разве что вовсе иссохшее чрево, родить детей не способное?

Но эти мысли Винченцо оставил при себе.

- Она за ним приглядывала. И… и маг даже сказал, что может помочь. Выправить. И что это все – от проклятья, которое она получила когда-то. Или от отравы? Но она потом других родила, здоровых. А он вот остался.

Молчаливым укором. Маленьким постыдным секретом, о котором знали все, но предпочитали делать вид, что не знают.

Тоже знакомо.

- Хорошо.

Губы Горбуна дернулись. Он явно ничего хорошего не видел.

- Стало быть, ты в библиотеке обретаешь?

- Я… умею читать и писать.

- Отрадно слышать.

- Лучше меня! – вставил Джер.

- А вот тут гордиться нечем.

- Матушка тоже так говорила. Но я ж не виноват! Я с мечом тренировался, у меня руки грубые. А у него вон, пальцы паучьи.

И вправду паучьи.

- Позволишь? – Винченцо протянул руку и Горбун явно напрягся, но протянул свою, здоровую. Тонкие кости. Очень тонкие. И что-то подобное он уже видел.

- Это и вправду проклятье, - Винченцо всматривался в тело. Пусть он и не целитель, но кое-что тоже умеет. Кости птичьи.

Слишком легкие.

Хрупкие.

И ломались уже. Еще в утробе. Или скорее после рождения, если срослись вот так. А потом все усугубилось. Вряд ли кто стремился поправить ребенку спину. Жив? И довольно.

Это не жалость. Констатация.

- В другое время я бы сказал, что моя сестра может помочь.

- Выпрямить спину? – это Горбун произнес с насмешкой. Явно ему уже обещали чудо. Но он слишком многое видел, чтобы взять и поверить.

- Нет, твою спину уже не выпрямить. Позвонки срослись, и ребра деформированы. Мышцы тоже, хотя с ними как раз можно поработать. Но осторожно. Кости у тебя чересчур хрупкие. Это вот и стоит слегка поправить. Еще унять боли. Спина ведь болит?

Он чуть склонил голову.

Болит, стало быть.

- Я дам тебе мазь. Станет легче. Снимет спазм.

- И что господин маг хочет взамен?

- Рассказ. О том, что ты знаешь. Башня. Все, что связано с нею. И с регалиями. С прошлой чумой…

- Это не чума была, - поправил Горбун, забирая руку. – Это водянка. Просто устойчивая весьма.

- Пускай. Еще мне нужны будут бумаги.

- С разрешения господина барона…

Барон запыхтел и надулся от собственной важности, но кивнул, стало быть, дозволяя.

- В библиотеке хранится множество документов, - горбун спрятал и здоровую руку под одежды. – Иные весьма старые, многие я прочесть не сумел, хотя знаю пять языков.

Надо же.

- Откуда? – не выдержал Джер.

- Актилак. Раб, который хранил библиотеку. Он преставился пару лет тому. Помнишь его?

Джер нахмурился и покачал головой.

- Не удивительно. Он редко покидал библиотеку, а ты не слишком часто в нее заглядывал. Впрочем, не только ты, но и наш отец. И до него, я, полагаю. Актилак рассказывал, что попал в рабство еще будучи весьма юным. Он происходил из знатного рода. Там, на востоке. И хотел стать целителем. Для того и отправился в путешествие. Собирался достичь города Лидраха, в котором жил известный лекарь. Думал попроситься в ученики. Но… не вышло.

Случается.

Если подумать, то и сам Винченцо весьма о многом мечтал. Когда был молодым и наивным.

- Он предлагал еще нашему деду выкуп, но… умный раб сам по себе ценность. А выкуп… де Варрены были богаты тогда. Актилак многое рассказывал. И о книгах в том числе. А поскольку больше со мной никто не говорил…

Джер отвернулся.

- Я был весьма благодарным слушателем. Актилак утверждал, что библиотека собрана воистину великолепная. Что во многих городах подобной нет.

- А то.

- Но пребывает она в запустении. Защитные амулеты еще при его жизни иссякли. А наш отец не счел нужным тратиться на подобную ерунду. Не говоря уже о том, чтобы переписывать или восстанавливать поврежденные книги. Новые тоже не покупал.

Частое явление.

- Он был воином! – возмутился Джер. – Зачем воину книги?

- Там есть «Искусство боя на мечах» за авторством благородного Саладдана. Или «Путь воина», где повествуется о величайших воинах востока и их деяниях.

- Да?

- Есть трактаты о разведении лошадей. О создании оружия. О том, каким оно бывает. О землях разных… мир на самом деле огромен и удивителен. Есть даже воспоминания купца, которому случилось бывать не просто на землях мешеков, но