Драма Мориарти: "Воля кукловода..." (СИ) - Флос Валери

— Дряхлое недоразумение. — тут же словил бешеный взгляд Мориарти, которого он уже порядком довел до белого каления своими комментариями. Вот из всех эльфов в авангарде, именно с третьим лонком отношения не то чтобы не склеивались, а вообще не состыковывались! Неприязнью между ними несло за мили. Поэтому, не желая оставлять последнее слово за Олэоном, Мор токсично поддакнул:

— Верно. Полнейшее недоразумение! Идет позади и морозит похлеще здешних ледников. Даже тебя, ледышка, переплюнул!

Второй лонк зло стиснул зубы, а дальше как рыкнул: — Тц-ц. А ну живо захлопнули свои хлебальники! — уже тише. Себе под нос: — Гадство, как же тошно с вами… *Кхр-р*

Внезапно лиловоглазый эльф остановился, утонув в снегу по колено. Вгляделся вдаль склона, где среди белого пейзажа показалась обсидиановая рука старшего, призывающая остановиться. Говорить что-то по типу «скройся» не пришлось. Все и так были научены недавними событиями стычек. Отчего герои синхронно опустились на колени и нагнулись к земле лицом, маскируясь подобно зайцам в лесу.

Тишина напрягала. Лед жёг кожу сотнями колющих игл. Но они терпели. Пока не была дана команда «вольно». Спустя пару минут, вернулся Зевран. Он был напряжен и выглядел сильно недовольным. Подойдя, хмуро сообщил:

— Дальше будьте предельно осторожны. На пути много мелких отрядов. Мельтешат так часто, словно недалеко стоит один из их главных полевых лагерей.

— Храм близок. — подметил Чон-Е, отряхивая одежды. Зев кивнул.

— В пятистах аршинах идет крутой горный обрыв. Там частота монстров усиливается. Предполагаю, что они охраняют вход в одно из долинных колец. Нужно добраться туда и все выяснить.

— Парадные ворота? — подал голос Мориарти. — А мы можем отыскать запасные? Как известно никто не роет нор с одним выходом.

— Можем. — ухмыльнулся наставник своей самой стебающейся улыбочкой. Указал пальцем точно в центр груди молодого господина. Тот сразу почуял не ладное… — Вот ты этим и займешься, пока мы принимаем их радушное гостеприимство!

Затылок юноши похолодел. Он испуганно охнул и переспросил: — Скажи, что мне послышалось. Ты же не предлагаешь мне самолично отправиться исследовать утесы, когда вокруг бродят сотни стеклянных тварей?

— Конечно не предлагаю идти в одиночку. — фыркнули рядом. Далее заглянули за спину человека и заявили: — Вон рыжий тебе поможет! Живой и здоровый.

— Цинсо!? Мой лонк, ваша шутка совсем вышла не смешной. — возмутился парень, протестуя. Однако в травяных глазах толикой озорства вообще не пахло. Мужчина, склонив голову набок, молча ожидал, когда же его приказ дойдет до одного нерадивого идиота, что пытался выехать на своей глупости. Поняв это, Ал так и не успокоившись решил попробовать последний способ. Озабоченно согнул спину в поклоне и умоляюще воскликнул: — Прошу, измените ваше решение, молодой лонк! Нам не безопасно покидать вас!

– *Хлобысть!* Дерзость! — его тут же приструнили тяжелым подзатыльником. «Ох!» Едва устояв на ногах от удара, Мор горестно уставился на невозмутимого второго дроу, едва сдерживая слезы горечи, мол «И ты туда же, Бай!?» Не замечая его состояния, последний жестко отчеканил: — Приказы старших не поддаются пересмотру. Исполняй, что велели, пацан!

— Именно. — без эмоционально бросил Зевран. Двумя пальцами поправил на лице маску и закончил: — Нет времени выступать. Слушай сюда: двигайтесь тихо до утеса да аккуратно обходите отряды. Без необходимости в бой не вступайте. Если не можете победить врага — бегите. Но не в нашу сторону. Если ничего не найдете, ступайте за нами, думаю к тому времени, мы расчистим дорогу.

— Я… есть, мой лонк. — удрученно выдохнул Алларос, смирившись с неизбежным. Посмотрел на лисьего духа, что уже возвратился и доложил о расположении лошадей третьему дроу. Мальчишка, поймав его взгляд, приободряющее кивнул. Вот только на душе кошки продолжали скрести свою нагнетающую мелодию.

— Полагайтесь в первую очередь на себя. Как ни как, а у нас разные цели. И будет очень печально, если из-за какого-то нелепого случая, кой следует за тобой по пятам, мелкий, наша дорогостоящая разведка сорвется.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Э…

— Тогда будет лучше, если ты просто исчезнешь из-под нашего взора, ради собственного благополучия. В любом другом случае, мы тебе поможем это сделать своими методами. И они…

— Мне не понравятся. Все, хватит! Я понял. — отмахнулся от их занудства Алларос. Прикусив губу, отвернулся в сторону мрачных гор. Постоял в раздумьях, но его мысли были далеки от любования местных красот. Вдруг он услышал позади себя хруст сугробов. Озабоченно бросил взгляд через плечо. Веки его распахнулись, а дыхание замерло.

— Постойте! — бездумно воскликнул он и, забыв об осторожности, побежал вперед.

Мгновенье, и Мор с ходу налетел прямо на двух обернувшихся на крики эльфов, что шли подле друг друга!

– *Хлоп!* Ты… Что ты твори…! — возмутились дроу одновременно, ощутив на себе лишний груз. Мориарти пропустил их ругань мимо ушей. Крепко обхватил шеи оторопевших спутников, едва не сбросив с их голов широкие капюшоны. Прижался к ним, как к родным, ласково потерся, ибо страшился того, что может произойти дальше. Мокрые глаза лихорадочно заморгали, смахивая слезы. Пальцы крепко сжали мужские спины. Дрожа не то от холода, не то от страха, Ал слегка приоткрыл рот. Вдохнул чарующий запах пионов и ландышей, запоминая, и затем, дрожа, чуть слышно пролепетал:

— Лонки… Прошу, берегите себя! И чтобы не случилось, знайте, что я… люб… то есть, вы самые близкие для меня эльфы на этом свете! Буду молить богов, чтобы вновь с вами встретиться…

Его речь была едва разборчивой от воя пронизывающего кости ветра. Но ее услышали. Окаменев от удивления, старшие лонки не знали, что и сказать. Ответные слова просто разом застряли в горле. Неужели, этот человек не только их не боится, но и, несмотря на садизм и иное мировоззрение, считает близкими союзниками? Он глуп или безумен? «Чтобы не случилось…» хм, он что прощается? На мгновение, им показалось, будто где-то навис злой рок. Что-то надвигалось. И это все чувствовали. В мыслях каждого возникли образы, словно они расстанутся, если не навсегда, то, по крайней мере, на долгий срок. Подобное никому не понравилось. Что не скажи, а молодые дроу немного привязались к этой несносной игрушке и хотели, как и раньше узнать, чем же закончится ее история? Какие еще сюрпризы она может им преподнести?

Игнорируя презрительные фырканья Олэона, старшие эльфы нерешительно обняли талию Аллароса. Однако простояли так не долго. Растущее в душах беспокойство заставило каждого укрепить объятья. Когтистые пальцы братьев невольно сплелись между собой на спине молодого господина. Подтянули к себе ближе, так чтобы тела соприкоснулись. Стоило им образовать гармоничный треугольник, как все в момент вздрогнули, почувствовав появившиеся из неоткуда согревающие импульсы, что ощутимыми покалываниями прошлись от центра груди до кончиков когтей.

Это было чем-то необычным. Но приятным. Тепло дарило умиротворение, кое было чуждо героям, живущим на одних рисках. Все разгоряченно выдохнули, окунувшись в это мимолетное видение: «Я знаю, что вы никому не верите. Мы не доверяем миру. Но я… Но мы… Попробую, попробуем… это изменить. И тогда вы узнаете, благодаря тебе узнаем, что белый свет может быть совсем другим…»

Занятые друг другом, они не заметили того, как где-то на одном из ментальных уровней бытия между ними мелькнула едва видимая золотая лента, увитая черными нитями. И смысл ее был ясен только глазам божественного духа, что лицезрел столь редкую картину. Покачав головой, Цинсо удрученно подумал: «Обречены на страдания… Как жаль.» После, подойдя к молодому господину, лис осторожно оторвал его от лонков и, придерживая за локоть, увел прочь. Их фигуры проводили две пары глаз, горящие смешанными чувствами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вскоре, белый склон опустел. Остался лишь ветер, на чью память запомнился этот момент.

***

Снега. Скалистые ледники. Воет среди вершин буран, так и не дошедший до долины. Скоро наступят сумерки. Огненно-красное солнце, что на закате закрывает своей массой пол небосвода, нещадно слепило спешащих укрыться за выступающими ухабами двух невысоких напарников. Натянув по сильнее капюшон, один из них на доли секар остановился, бросил настороженный взгляд вправо от себя, в сторону открытой равнины, что посреди горных хребтов казалась огромным озерным катком. Не заметив никакого движения, герой облегченно выдохнул и скользнул за очередной камень.