Оружейники: Aftermath: Зверь из Бездны. Из глубин. Беглец/Бродяга - Александр Павлович Быченин

обзорной площадки, и производила какие-то загадочные манипуляции с большим сенсорным дисплеем, занимавшим всю крышку кофра. В основном отделении же громоздилось что-то сложное и откровенно неудобоваримое в виде мешанины печатных плат, кристаллов, пучков проводов и каких-то металлических клякс. Во внутренности местной оставшейся от Предтеч машинерии я лично не лазил, но неоднократно натыкался на фотографии и схемы в здешней Ноосфере, поэтому ошибиться не мог. Что и подтвердил коротким сообщением Зевс, перехвативший через нанов изображение с сетчатки моих глаз. А занятные у Франки дружки. Мало кто способен из ныне живущих на грубый, но все же синтез человеческих и алиеновских технологий. Как правило, либо то, либо другое. Исключение составляли специализированные компы, специально созданные в качестве своеобразных переходников от инопланетной вычислительной техники к нашей.

– Хочешь, стульчик принесу? – поинтересовался я вместо ответа, не забыв, само собой, подобраться поближе к кофру. Тем более что именно этого от меня и ждали.

– Позже, – отмахнулась Франсин, не отрываясь от монитора. – Возьми вот этот терминал и иди на прогулочную палубу.

– Правую? Левую? – Сделав вид, что внутренности кофра меня совсем не интересуют, но внутренне возликовав, я сцапал указанный планшетник, очень удачно лежавший впритык к Франкиной приблуде, и как бы невзначай оперся на ее, приблуды то есть, крышку. – Фиговый монитор. Углы обзора никакие.

– Мне достаточно! – отрезала Франсин. – Иди давай, работа стоит. Мне еще эту штуку не меньше часа калибровать, а ты тормозишь.

– Ну так правую или левую?

– Пожалуй, правую, – решила доктор Моро. – До нее хоть немного, но подальше. И вообще, на самый край встань. Как не вовремя Майк смылся! Сейчас бы на «Метеоре» датчик увезли за километр, и нет проблемы. Если позволишь так выразиться.

– Могу лодку накачать.

– Обойдемся.

– Или просто отплыть метров на сто.

– Тогда уж на двести, – задумалась Франсин.

– Эй, я пошутил!

– А я нет! Терминал водонепроницаемый, так что давай, инициатор, отдувайся. Если позволишь так выразиться.

– Дай хоть рюкзак возьму, а то плыть неудобно.

– Только быстро.

Вот и ладушки. В воду, конечно, лезть не очень хочется, зато Зевсу подфартило. И это точно, потому что соответствующее подтверждение я уже получил. Ну а терминал я уже на автомате «засеял» нанами.

А дальше было совсем просто – как и обещал, вооружившись рюкзаком и избавившись от излишков одежды, то бишь стянув майку и оставшись в одних шортах, сиганул за борт и размашистыми саженками поплыл прочь от катамарана. Даже удовольствие получил, если начистоту – и сонная одурь окончательно прошла, и освежился, и размялся хорошенько. А еще никто не мешал общаться с Зевсом в звуковом диапазоне – терминал хоть и был оборудован микрофоном, но мембранная ткань прекрасно поглощала звуки. Так что перед Франсин не запалился. А потолковать было о чем – папенькин придворный искин подробно разъяснил всю последовательность действий нашей начальницы, а еще в мельчайших деталях зафиксировал процесс калибровки. То есть, по факту, мы получили куда больше, чем даже рассчитывали – теперь Зевс мог перехватывать сигналы с минимальными затратами мощностей, да и точность фиксации возросла многократно. Единственное, из генерируемых звуков так и не удалось извлечь никакой информации. Но ее, походу, и не было – калибровка она и есть калибровка. Вот как милейшая доктор Моро перейдет непосредственно к делу, тогда и будем ждать результат.

А ждать пришлось, что характерно, очень долго – основные события развернулись к вечеру, когда Сол уже порядочно сместился к горизонту.

* * *

Объект: Колония Терра-Нова

Пункт дислокации: бывшая территория Корпорации STG, акватория Эль-Мар-Азурро

22 октября 2168 года, вечер

День прошел откровенно нудно, причем до такой степени, что я с изрядным облегчением наблюдал за светилом, клонящимся к закату – темнота обещала избавление от мучений. За всю по факту прошедшую рабочую неделю еще ни разу такого не было – мы постоянно куда-то перемещались, наблюдали за шепчущими китами, дурачились, записывая ролики… да в конце концов, хотя бы с клевретами собачились! А тут, виданное ли дело, оба торчали в кубрике и ни до кого не докапывались. Скорее всего, Франка строго-настрого запретила, поскольку и сама была занята – оторвалась от своего кофра разве что на небольшой перекус – и молодую коллегу, то бишь Тинку, припрягла. Я как бы тоже был задействован в процессе, но именно что «как бы», поскольку вынужден был сам себя развлекать. Мои услуги понадобились утром, когда Франка заставила искупаться (ладно хоть на нашем катамаране есть удобные ниши в промежутке между корпусами, в которые можно без труда забраться прямо из воды, и из которых потом по узким и тесным лазам переместиться в один из двух – по числу корпусов – грузовых трюмов), да вскоре после полудня, когда мне пришлось выполнять обязанности походного кока. С готовкой справился быстро, разогрев кучу полуфабрикатов и нарезав поднос бутербродов, из которых большую часть сам же и уничтожил, а вот кофе пришлось варить чуть ли не с периодичностью в час, очень уж быстро парочка дам-ученых кофейники опустошала. Но я не возражал – хоть какое-то разнообразие. Про клевретов я и не вспоминал, те хоть и были гостями, жили в режиме самообеспечения. А поскольку кофейников у нас было два, то и пересечения интересов не наблюдалось.

От нечего делать я даже попытался пялиться на монитор Франкиной приблуды у нее из-за плеча, ожидаемо ничего не понял и не менее ожидаемо был послан раздраженной докторшей. Что-то у нее не ладилось, но отступать она категорически не желала. Так что я счел за благо оставить ее в покое, а на глаза Тинке сам старался лишний раз не лезть, чтобы не выслушивать очередное нудение. Наука требует жертв, но не с моей стороны, поскольку я от оной науки никакой пользы лично для себя не предвидел. Тинке же надо. Вот и пусть ее. А я лучше на верхней палубе позагораю… что тоже надоедало очень быстро, равно как и бесполезное обшаривание акватории взглядом. Уже через час это занятие настолько приелось, что превратилось в тяжкую обязанность по той простой причине, что мы так и крутились в той самой лагуне. Ладно хоть вообще на месте не стояли, а медленно дрейфовали, изредка подрабатывая рулями и водометами, чтобы слишком не удаляться от шепчущего кита. Что характерно, спящего – полупрозрачную аморфную массу гоняло от отмели к отмели местными течениями. Вывод из этого всего следовал