Белые искры снега - Анна Джейн

Я прикоснулась ладонью к его щеке, склонив голову и глядя на Ярослава глазами, полными невыплаканных слез. Счастье, щемящее грудь, и горечь переполняли меня.

– Настя, – неуверенно произнес Яр, наверное, не понимая меня, однако выглядел он потрясенным. Я провела большим пальцем по его губам. Мне казалось, что мы знакомы тысячу лет.

– Я опять забуду это, – прошептала я, откуда-то точно зная, что абсолютно права. – А я не хочу это забывать. Я боюсь больше тебя не найти.

– Я найду тебя сам, – пообещал Яр, сдвинув брови к переносице. Лицо его стало взрослее, мужественнее, и опять я видела перед собой не ребенка, а взрослого воина. – Поняла меня? Если что-то случится, я найду. Ты…. – Ярослав схватил меня за руку, глядя так, словно в первый раз увидел. Однако продолжить не успел. В наш хрупкий мир ворвался оглушительный вскрик, полный невероятного, почти мультяшного удивления.

В комнату приковыляла ведьма – в истинном своем обличие, отвратительном и пугающем, но нам уже было все равно. Мы знали, что спасены, и не боялись. Теперь боялась она.

– Не может быть, – бормотала она, таращась черными провалами глаз на нас, и тут же прикрыла лицо. Свет, ласково светящий для нас, ослеплял ее. – Не может быть! Да что же за артефакт такой у тебя, девка, что даже без силы слова был сильнее моих?! Как же так?!

Ее глаза впились в мое запястье из-под тени приподнятой в защитном жесте руки.

– Что же за чудный артефакт у тебя, девка? – прошептала она в бессильной ярости, с которой, однако, было смешаны и безграничное восхищение, и зависть, и удивление – такие чувства бывают у сумасшедшего коллекционера, узревшего невероятно ценный экземпляр в чужих руках.

Ведьма попыталась подбежать к нам, сделала пару шагов, больше похожих на прыжки, заставив забеспокоившегося Яра загородить меня собой, но свет остановил ее, и Юлиана замерла. Уродливая, с перекошенным от злости лицом, испуганная, шипящая злые слова, она не казалась больше леденящим кровь порождением зла. Я смотрела на нее и вдруг подумала, что когда-то, когда она была человеком, должно быть, она была красивой яркой женщиной. И эта женщина, полупрозрачная, – с гордым породистым лицом, яркими смелыми синими глазами, собранными в небрежный пучок черными вьющимися волосами, спортивной фигурой и в форме цвета хаки, стояла за спиной Юлианы, усмехаясь и небрежно держа в руке двустволку. Рядом сидела большая собака с умными глазами, овчарка в ошейнике и, задрав голову, смотрела на хозяйку.

Такой, видимо, ведьма была раньше – браслет показал ее истинный облик. Полупрозрачная женщина, от которой веяло уверенностью и твердым характером, увидела меня и подмигнула, гладя свободной рукой собаку, а после растворилась в воздухе. И от этого стало совсем грустно.

– Что у тебя на руке, девка?! – закричала та Юлиана, которая находилась передо мной. Она все так же закрывалась от света, но постоянно таращилась жадными черными глазами на браслет. Она напоминала обезображенного мотылька, кружащего над лампой. – Что же это такое, что же за артефакт дали тебе? – забормотала она хрипло и стала вдруг принюхиваться.

– Большая сила, какая же большая сила, – хрипела ведьма. – На девке один из потерянных артефактов, огромной силы… Огромной… Огромной.

– Настя, пора уходить отсюда, – сказал знакомый голос – я обернулась и увидела за окном Дашу. Она каким-то образом оказалась там, на улице, за стеклом и грустно смотрела на меня несколько секунд, а после исчезла, ясно дав мне понять, что уходить мы должны так, как и хотели – через окна. Яр ее так и не увидел.

– Девка, дай прикоснуться к артефакту? – жалобно попросила хозяйка жуткого дома, все же еще на пару шагов приблизившаяся к нам.

– Открывай окно, – попросила я Ярослава, и тот тотчас с легкостью распахнул его.

– Что же это за браслет? Что это за артефакт, девка? Старый, сильный, часть тройки, – говорила она, то и дело облизывая лиловым языком алые губы. Она пыталась считать артефакт. – Привязанный к этим местам. Магия яви. Тройка… тройка… тройка… Ты не маг по рождению и не маг по способностям… А он подчиняется тебе…

– Вы же были не такой, – сказала я зачем-то и грустно взглянула на Юлиану. – Вы были сильной и…

– Заткнись, наглая девка, – перебила ведьма. – Не говори о том, чего не ведаешь.

– И смелой, – закончила я. Ярослав с удивлением взглянул на меня.

Юлиана меленько засмеялась.

– Откуда тебе, девка, знать, какой я была. Я и сама не помню. – Она вдруг замерла, пальцы ее задвигались в воздухе, как паучьи лапки. – Ты видела… Ты видела… Как ты могла видеть?… Что же за артефакт дал тебе эту возможность, что же… – Она вдруг торжествующе воскликнула неожиданно нормальным голосом, и опять образ женщины с собакой мелькнул рядом с ней: – Браслет легендарной Славянской тройки! Утерянный в веках! Дай же посмотреть, просто посмотреть, только взглянуть… – вновь забормотала она.

Но я уже не слышала ее. Мы с Ярославом стояли на подоконнике распахнутого в зимнюю реальность окна, держась за руки. Холод пока еще осторожно касался нашей кожи.

– На счет три? – спросил он. Он смотрел на меня с нежной улыбкой, которую я вскоре забуду. Глазами, полными счастья, о которых я вскоре не вспомню. Касался теплой рукой, которая вскоре вновь станет чужой.

– На счет три, – согласилась я. – У вас была хорошая собака, – обернувшись, сказала я. – Овчарки – умные. Мне они всегда нравились.

И мы прыгнули из окна, прямо в сияющий под луной и звездами декабрьский снег, в который провалились и полетели дальше, оказавшись в сверкающем безвременном пространстве, среди зеркальных облаков, дыхания ветра и белой убаюкивающей тишины.

Я больше не была в том месте, но знала, что Юлиана скорчилась на полу, рыдая и дрожа всем телом, а полупрозрачная гордая красивая женщина рядом с ней гладила собаку.

Чуть позднее в этом доме появились люди, много людей – молчаливых, серьезных, и все, как один, обладающих магической силой. Сначала прибыли люди из Патруля, затем – из лиги Орла, организации, следящей за магическим порядком. Они пришли наказать Юлиану за преступления. Запрещенные магические артефакты и заклинания, колдовство, направленное на лишение человека воли, и последующий отбор энергии для поддержания жизни в самой ведьме, покушение на саму жизнь людей, и прочие несоблюдения Общего устава грозили ей огромным наказанием, и даже спешно прибывшие люди общества «Черная Роза», к которому некогда принадлежала Юлиана, ничего не могли поделать.