Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

Меня постоянно прикрывали воины или Рамир, ну и самой пару раз удалось отбить удары врагов. А потом увидела, как муж не устоял на ногах и рухнул на землю. Над ним занесли меч, чтобы проткнуть. В страхе я завизжала, как ненормальная, и позволила дыму вырваться наружу. Рядом с мужем никого не осталось. Я уничтожила всех: и врагов, и воинов, которые защищали меня, но главное не позволила убить милорда.

Покрутила головой и выдохнула облегченно, заметив, что Рамир цел и невредим.

— Прикрой нас! — крикнула я ему. Рамир кивнул и возвел стену из воды вокруг меня и Актазара. Я склонилась над мужем. Его глаза были затянуты пеленой, стонал от боли, а у меня сердце замерло в груди. Достала нож и трясущимися руками разрезала его военную форму, роняя слезы. Всхлипывала, вытирая глаза ладонью. Посмотрела на укус змеи и зажала ладонями рот, чтобы удержать крик отчаяния. У мужа половина грудной клетки почернела, яд распространялся по телу, напротив укусов красовался глубокий порез от меча. Рана сильно кровоточила.

Сбросила с себя шлем, отшвырнув его в сторону. Вцепилась руками в свои всклоченные волосы, лихорадочно пытаясь придумать способ помочь мужу.

— Актазар! Ну как же так? — шептала я в отчаянии дрожащим от слез голосом. Снова попыталась остановить кровотечение.

— Прости, — прохрипел он, прикрывая глаза. Я завыла, хлопая его по щекам, чтобы не отключался.

— Не смей умирать, кретин! — рявкнула я, глотая слезы. Из-за слез все было как в тумане. — Пожалуйста! Не оставляй меня! — умоляла, зажимая рот рукой.

Актазар потерял сознание, ритм его сердца замедлился. Я прижалась к нему, сосредоточилась и телепортировалась в ту часть поля, где видела вспышки голубого огня. Конечно, это была неудачная идея, потому что, как назло, попали в самый эпицентр битвы. Оглядевшись, позволила дыму разойтись в стороны на полметра, чтобы никто не смог подойти, и глазами пыталась отыскать сестру.

— Рамина! Рамина! — кричала я, надеясь, что она услышит меня в этом хаосе. Зажала уши руками и застонала. Невыносимо слушать стоны умирающих, звон мечей, ржание коней, свист от стрел. Задышала прерывисто, мир словно замер для меня, стояла, наблюдая за хаосом, и уже ничего не чувствовала. В голове пульсировала только одна мысль: «Если Актазар не выживет, я тоже уйду из жизни!».

Удерживать дым долго не могла, итак потратила много сил, поэтому не удержалась и села на окровавленную землю рядом с мужем. Гладила его по лицу и рыдала, умоляя не бросать меня.

— Сапфира! Сапфира! — вдруг услышала я крик Феникса и обернулась. Удивилась, что он тоже был здесь. Он не собирался нам помогать, но все же пришел. Пришлось призвать свой дым обратно, чтобы брат смог подойти. Он подскочил ко мне и прижал к себе, а потом взглянул на Актазара и покачал головой.

— А как же ваша связь? — нахмурился Феникс.

— Почему-то исчезла, — всхлипывала я, прижимаясь к брату. — Помоги! Нам нужен целитель.

— Я перенесу вас в свой лагерь, у меня там есть целитель! Где Рамина? — спросил Феникс, тяжело дыша. Только сейчас заметила, что он сам весь испачкан кровью и грязью, а в плече торчит обломок стрелы. Мне стало жаль его и всех вокруг, и снова слезы собрались в глазах.

— Держись и ни о чем не думай. Перенесу вас и вернусь за Раминой, — дрожащим голосом проговорил Феникс и быстро осмотрелся по сторонам. Пока его воины сдерживали врагов и не подпускали к нам, он воспользовался моментом и перенес меня и Актазара к границе со своим королевством. Мы оказались в шатре с женщиной-целительницей. Она отошла от раненного, стирая рукой со лба пот, а потом посмотрела на Актазара и вздохнула. Приложила руки к ране и остановила кровотечение. Посмотрела на яд и покачала головой.

— Не знаю, хватит ли мне сил, — обреченно проговорила женщина.

— Умоляю! Спасите его, — с отчаянием прохрипела я, и целительница приложила руки к Актазару. Ладони ее засветились, и чернота постепенно ушла из тела правителя. Женщина чуть покачнулась и осела на стул. Обхватила голову руками и тяжело дышала. Было понятно, что она истратила все свои силы.

— Спасибо! — всхлипывая, поблагодарила я ее и стала лихорадочно покрывать поцелуями лицо мужа. Прижалась ухом к его груди, слушая слабое сердцебиение. Не знала, сколько уйдет времени на восстановление, но очень надеялась, что Актазар быстро встанет на ноги.

В шатер влетел Феникс, у него на руках висела Рамина бледная и в крови, без признаков жизни. Я зажала рот ладонями и завыла.

— Срочно! Приказываю тебе спасти ее… — задыхаясь, протараторил Феникс. У самого из спины торчало три стрелы, которые я не сразу заметила. Слезы потекли ручьем по моим щекам. Феникс зарычал, сделал рывок и уложил сестру на стол, после рухнув на пол без сознания.

— Феникс! — отчаянно крикнула я и бросилась к нему. Меня душили рыдания. Не знала, к кому бежать. Брат и сестра были при смерти, а я ничем не могла помочь. Лихорадка в моем теле усилилась и я закричала от безысходности, от душевной боли, разрывающей меня. Не хотела терять родных.

Целительница пыхтела и стонала, пока водила руками над Раминой, а потом упала замертво, так как отдала всю свою энергию. Я отошла от брата и проверила пульс сестры, сердце билось и я выдохнула с облегчением. Вернулась к брату. Дыхание его сделалось прерывистым, он приоткрыл глаза и шепотом спросил:

— Рамина?

— Ее успели спасти, вот только целительница умерла. Феникс, как мне помочь тебе? — задыхаясь от слез, прошептала я. Стянула с него шлем и погладила по голове, зарываясь пальцами в волосы.

— Проследи, чтобы второе королевство унаследовал мой сын! Чтобы никто не отобрал у него право на престол, — прохрипел Феникс. Я закусила губу и лихорадочно закивала. Было страшно за брата. У него изо рта сочилась алая кровь, и он ею захлебывался. Сжал мою руку до боли, посмотрел затуманенными глазами и сбивчиво прошептал:

— Прости меня… за все… я передам… привет…от тебя родителям… и дьяволу…

Это были его последние слова, тело обмякло, а глаза стали стеклянными. Я затрясла его, судорожно сжала пальцы, сминая его волосы, и зарыдала в голос.

— Нет! Феникс! Нет! Умоляю! Не умирай!

Но он меня уже не слышал, его душа покинула мир Пандоры. Я прикусила кулак до боли, не могла сделать вдох, грудную клетку сдавило так, что сама чуть не умерла. Прижалась к брату, обняла и завыла. Я не успела сказать ему, что давно простила, что всегда любила и не держала зла, не поблагодарила за то,