Лекции по общей психологии - Лев Ительсон

Протекающие в «голове» на первом этапе процессы, благодаря которым возникает приблизительное представление о характере и способах решения, называют интуицией.

Что же такое интуиция?

Исследование истории науки, техники, искусства, а также психологические эксперименты показывают, что ни эмпирические, ни теоретические, ни формальное мышление сами по себе не могут обеспечить озарения, не могут осуществить скачка через «барьер» сложившихся значений, понятий, операций, способов мышления и деятельности к новым, до того неведомым. Они не могут этого сделать по самой своей природе, так как протекают в форме сложившихся значений и понятий, в рамках имеющихся структур и способов деятельности мышления.

Отсюда видно, что интуиция представляет особый способ отражения реальности и переработки информации, отличающийся от всех известных нам уже видов познания и мышления. Вернее будет сказать так: исследование творческого мышления показало, что в нем участвуют какие-то неизвестные нам процессы отражения реальности и переработки информации о ней, отличающиеся от образного, эмпирического, теоретического и формального мышления. Для отличения и обозначения этих особых процессов и придумали особое слово «интуиция».

А что стоит за этим словом?

К сожалению, пока психология почти ничего не может ответить на этот вопрос. Можно только указать некоторые отличительные черты этого способа отражения реальности и выдвинуть некоторые гипотезы о его сущности.

Прежде всего можно отметить, что процессы, из которых складывается здесь переработка информации, т.е. интуитивное мышление, протекают в основном бессознательно («решение возникает неведомо откуда»). Впрочем, мы видели, что это характерно и для других видов мышления.

Далее, можно указать ряд принципиальных отличий интуитивного познания от знакового.

Знаковое отражение расчленяет и выстраивает в цепочку отдельные стороны, свойства и связи действительности, закрепляя их в особых категориях, понятиях и операторах.

Например, на уровне значений мы примерно так отображаем вещь: «мячик — красный, круглый, упругий, большой, прыгает». Фактически все эти свойства есть у мячика одновременно, и таким мы его видим. Но словесное мышление может отобразить вещь, какой мы видим, только «через рассказ», разложив ее свойства во времени, последовательно переходя от одного свойства к другому. То же относится, как мы видели, и ко всем остальным ступеням знакового мышления.

Нетрудно заметить, что приобретая новые знания об объективных свойствах и отношениях вещей, мы кое-что теряем при переходе от образного уровня к знаковому уровню отражения. Образное отражение похоже на объект в том смысле, что воспроизводит одновременно «параллельно» все сочетание его чувственных свойств. Оно как бы имитирует объект, конструирует аналогичную ему модель из ощущений. Знаковое отражение не похоже на объект. Оно расчленяет отдельные общие стороны объектов, т.е. является дискретным. Воспроизводит оно объект последовательно с помощью операций идеального связывания цепочки соответствующих знаков.

Если рассматривать отражение объекта как его психическую модель, все сказанное можно сформулировать следующим образом. На уровне образного отражения психика воспроизводит реальность через имитацию, а на уровне знакового — через операции. Образные модели реальности имеют непрерывный аналоговый характер, а знаковые — дискретный операциональный характер. Образные развертываются в пространстве, а знаковые — во времени.

Но и это не все различия. Маркс сказал, что на свете нет ничего неподвижного, кроме абстракции движения. И здесь сформулировано еще одно важное отличие знакового отражения от образного. Мы непосредственно видим движение и изменение свойств вещей, мы переживаем его как непрерывные связные изменения их образов. Например, мы видим, как переходят друг в друга цвета спектра. Для знакового отражения это невозможно. Изменение оно может описать, только раздробив его на отдельные «куски», через цепочку отдельных слов, терминов, операторов, т.е. дискретно. (Например, красный — светло-красный — оранжевый — желтый и т.д.)

Каждое значение и понятие фиксируют один какой-то момент, одну какую-то сторону вещей, их связей и т.д. С этой точки зрения, значения и понятия похожи на ряд моментальных снимков. Чтобы получше рассмотреть отдельные свойства вещей, они абстрагируются не только от их связей, но и от их изменений.

К чему мы проводили эти сопоставления? А к тому, что интуиция часто выглядит так, как будто она возвращает человека к живому целостному отражению реальности, но не поверхностно-чувственному, а наполненному всем богатством знаний, полученных на ступенях эмпирического, теоретического и формального ее исследования. Так, например, все, даже самые абстрактные науки, стремятся выразить свои конечные результаты в целостных образных моделях. Физик Л. Пономарев так пишет об этом: «При углублении и уточнении системы научных знаний мы вынуждены все дальше и дальше отходить от непосредственных чувственных восприятий и от понятий, которые возникли на их основе. Такой процесс абстракции необходим, но не следует-огорчаться по этому поводу, коль скоро наш разум способен понять даже то, чего мы не в состоянии представить.

Но даже эту «абстрактную реальность» человек всегда пытается представить наглядно, т.е. свести ее к небольшому числу проверенных образов. Такое стремление заложено в человеке очень глубоко, и поэтому у физиков постепенно развилась своя, причудливая система образов, которая почти наверное ничему реальному в природе не соответствует, о которой нельзя рассказать словами, но которая тем не менее помогает им отыскивать связи между явлениями в моменты наивысшего напряжения мысли.»

Эту же черту интуиции отмечали многие выдающиеся философы и ученые. Так, например, Декарт определял интуицию как своеобразное «интеллектуальное видение». Спиноза считал, что при помощи интуиции интеллект непосредственно видит всеобщие и необходимые свойства и связи вещей, а не выводит их через формальные рассуждения и умозаключения.

Настойчиво подчеркивал особенности и роль интуиции в научном творчестве А. Эйнштейн. «Для меня не подлежит сомнению, — писал он, — что наше мышление протекает, в основном минуя символы (слова) и к тому же бессознательно». Именно интуитивные процессы составляют, по его мнению, основу открытий общих базисных законов физики: «К этим законам ведет не логический путь, а только основанная на проникновении в суть интуиция».

Те же черты интуиции обнаруживали в своих исследованиях психологи. Так, например, Дж. Бруннер выявил, что основная тенденция интуитивного мышления — восприятие всей проблемы и проблемной ситуации в целом. Другая ее черта, отмечаемая Бруннером, нами уже указывалась: ответ возникает как бы сам по себе. Не сознаются ни пути, которые к нему привели, ни даже знания, на которых он основывается.

Итак, мы имеем, с одной стороны, целостное отражение определенной ситуации, объекта, системы отношений, впитавшее в себя и объединившее все знания, опыт, наблюдения, понятия человека об этих ситуациях, объектах, системах отношений. По-видимому, его можно представить как синтез итогов всех уровней познания объекта в одной единой системе мозговых связей.

Что такой процесс действительно может происходить в мозге, установил выдающийся русский физиолог А. А. Ухтомский. Он показал, что в тех случаях, когда в центральной нервной системе создается господствующий устойчивый мощный очаг возбуждений, этот очаг приобретает способность привлекать к себе любые нервные импульсы, приходящие в центральную систему. Иными словами, образуются связи господствующего очага со всеми нервными центрами и сетями, которые так или иначе активизируются за время существования этого очага. Такой очаг возбуждений Ухтомский назвал доминантой.

Нетрудно увидеть, что доминанта может представлять физиологическую основу синтеза в единой системе нервных связей всех итогов отражения определенных объектов. Для этого нужно, чтобы данная проблема создавала мощный очаг устойчивого возбуждения в мозге в течение достаточно длительного времени. Все факты, знания, понятия, опыт — все, что за это время будет отражаться в мозгу и возбуждать те или иные его центры, будет стягиваться к доминанте, «впитываться» ею, включаться в систему связей с ней.

Отсюда становится понятна роль этапов подготовки и созревания в творчестве и важность для него вдохновенного стремления к цели. Этим же может объясняться бессознательный характер интуитивных процессов — ведь формирование доминанты протекает на уровне и по законам физиологических процессов.

Образовавшееся в мозге целостное всестороннее отображение проблемной ситуации, ее объектов и их отношений некоторые психологи предлагают именовать мозговой информационной динамической моделью (В. Пушкин, А. Фельдбаум). В отличие от опыта, теории и структуры, эта модель носит аналоговый характер, и тем подобна восприятиям или представлениям. Она составляет как бы целостный образ исследуемых объектов или системы отношений и функционирует по тем же законам, как эти объекты или системы.