"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ) - Агишев Руслан

— Ваше величество, граф Тусконский по вашему приказанию прибыл!

Прибывший вельможа являл собой совершеннейшую противоположность королю, что особенно проявлялось в их одеждах. Первый — это разодетый как павлин, в неимоверно дорогой и редкий шелк и кружева; второй — напротив, одетый в практичную серую и крепкую ткань, которую бы счел бы зазорной пускать на одежду даже купчина средней руки. Пальцы графа украшали перстни с громадными драгоценными камнями, сами по себе представлявшими большую ценность; у короля же красовался всего лишь один одно фамильное кольцо.

Однако, при всей их внешней несхожести было одно, что их объединяло — черты лица явно намекали на их родство. У обоих были одинаковые породистые прямые носы, довольно тонкие губы, чуть вытянутый овал лица…

— Оставь эти церемонии, кузен! — искренне улыбнулся Роланд, едва дверь кабинета была плотно закрыта. — Я же говорил, когда мы наедине все остается точно таким же, как и двадцать лет назад.

— Извини, брат, — «павлин» рассмеялся и крепко обнял короля. — Во всем виновата эта чертовски выматывающая суета последних лет…каждый божий день приемы, вечером рауты, ночами… если хватает сил частные визиты… И как ты понимаешь, я как наследник престола и двоюродный брат короля, не должен уронить свое достоинство! — в этот момент он хитро подмигнул Роланду и оба сразу же с чувством рассмеялись. — Ха-ха-ха-ха!

Все еще смеясь кузен направился к столу, на котором расположился макет земель королевства.

— И знаешь, мой королевский брат, — вельможа уже не смеялся, а говорил серьезно. — Я адски устал играть свою роль…, — он остановился возле макета и стал разглядывать окрестности королевства. — Я помню твою просьбу, брат, но я пуст! Совершенно пуст! Иногда утром… Хотя каким к черту утром? Последние несколько месяцев я ни разу не просыпался раньше обеда… Иногда мне кажется, что внутри меня уже больше ничего нет! Каждый день одно и тоже! Надо напяливать на себя эти тряпки! Боже, с какой бы радостью я сжег бы их в камине и одел бы что-то нормальное, — в этот момент он, словно только что увидел во что одет король, впился в его камзол. — В такое…

И с тяжелым вздохом граф буквально упал в кресло.

— Я знаю, Фалин, — король совершенно искренне сочувствовал кузену, которого сам же и облек на эту «муку». — Извини меня…, — тот прикрыв лицо руками, с силой растирал свои глаза, словно пытался проснуться. — Я виноват перед тобой! Я знаю, что моя просьба медленно тебя губит. — он подошел к сидевшему в кресле графу и крепко сжал рукой его плечо. — Брат, подойди сюда.

Тот открыл глаза и тяжело поднялся. Через мгновение они оба уже стояли у макета и внимательно разглядывали его.

— Ты же помнишь тот осенний день,… когда я в день коронации заговорил с тобой — своим братом и другом детства, о будущем Ольстера? — граф невесело кивнул — его он вспоминал почти каждый день последние десять лет. — Я попросил тебя стать моей полной противоположностью… Моим антиподом во всем! Как ты тогда смеялся…, — они, словно по команде улыбнулись этим общим для них воспоминаниям. — Даже матушка, сохрани Господи ее душу, забежала в почивальню, чтобы узнать что случилось, — они переглянулись. — Я прекрасно помню твое лицо… У тебя было просто дикое изумление! Как же так, заорал ты? Какие к черту враги? Какая ненависть между нами? Помнишь, что тогда я тебе сказал?

Граф на мгновение прикрыл глаза и серьезно повторил те десятилетней давности фразы.

— У нашего Ольстера нет будущего. Вчера от него откусил кусочек Шамор, сегодня — империю Регула, завтра — еще кто-то… Я король нищего и слабого королевства, король без будущего и меня никто не принимает всерьез. Однако, все измениться, если я попытаюсь хоть что-то изменить, — Фален воспроизводил ту речь почти слово в слово. — Брат мой, ты должен мне помочь! Я попрошу тебя, для всех стать моим противником… противником по всем — во взглядах, во вкусах. Я аскетичен и скуп, ты, напротив, сибарит и транжира! Я ненавижу светскую жизнь, ты же завсегдатай балов и раутов! Я поддерживаю военную кость, ты, в свою очередь, ненавидишь военное дело и открыто благоволишь торговому сословию… Я недолюбливаю наших соседей обидчиков, ты же считаешь, что нужно похоронить давние обиды и начать все с «чистого листа»…, — граф улыбнулся. — Видишь?! Я все помню.

— Вижу, брат, — король совершенно не скрывал, что доволен. — Вижу, что не ошибся в тебе! — он внимательно посмотрел ему в глаза. — Фален, скоро все закончиться. Мучиться тебе осталось не больше полугода. Думаю, пришла пора «раскрыть перед тобой все карты»…, — он махнул рукой брату, подзывая его подойти к окну, выходящему во внутренний двор резиденции-крепости. — Посмотри туда!

Во внутреннем плацу шла самая обыкновенная для глаз любого наблюдателя тренировка королевских гвардейцев. Примерно полусотня тяжеловооруженных здоровенных мужиков, разбившись на пары, отрабатывали приемы парного боя. Слышались раздраженные вопли, тяжелое дыхание, резкий звон металла.

— Как они тебе? — с некоторой долей самодовольства спросил король.

Фален, не смотря на жизнь повесы и ловеласа, очень активно интересовался оружием и все, что его сопровождало «по жизни». Поэтому мог оценить увиденное.

— Неплохая выучка у твоих гвардейцев, — совершенно искренне начал он. — С такими не страшно идти на врага… Вижу полный доспех… Он ведь тяжелый, зараза! Как только они с таким двигаются? — он вглядывался в броню, мелькающие клинки. — Что-то еще? — он мельком бросил взгляд на продолжавшего улыбаться брата. — Так… Подожди-ка… Это же туруанская сталь! (так называемая туруанская сталь считалась на континенте лучшей после гномьей и производили ее только в местечке Туруан на юге Лаврентийского баронства, за что и получила собственно такое название). Доспех, клинки, щиты из нее?

На лице графа удивление было написано настолько гигантскими буквами, что король буквально заржал. Ему было прекрасно понятно удивление брата… Изделия из туруанской стали были дороги для массового оснащения армии и покупали их, как правило, за свой счет состоятельные гвардейцы или дворяне. Рядовой же состав такого оружия мог не увидеть годами.

— Удивлю тебя еще сильнее, кузен, — король еще продолжал сеяться. — Я тайно переманил две семьи кузнецов из Туруана. Мои люди устроили им пожар, а их самих и их семьи переправили сюда… Сейчас в туруанскую сталь я «одел» шесть полков своих гвардейцев. У них по два комплекта: один обычный, а второй — настоящий…, — Фален тихо присвистнул. — Но это еще не все. Уже четвертый год на моих коронных землях идет массовое разведение апшеронских битюгов…да-да тех самых… для «железной» кавалерии. Еще пару месяцев и Ольстер сможет выставить почти пять тысяч всадников, полностью одетых в туруанскую сталь. Ты понимаешь что это значит?

Тот медленно кивнул. Все было «ясно как день». Роланд решил поквитаться со своими соседями за давние обиды — с Шамором за отобранную провинцию Колень с плодородными пашнями, с султанатом Регула за небольшой горный массив с серебряной шахтой. Словом, молодой ле, вырастив клыки и когти, решил взять то, что его по праву…

— Да…, — тихо проговорил король и без всякого сомнения кровожадная улыбка заиграла на его губах. — Они мне заплатят за все!

Однако после некоторого молчания он вновь заговорил, но на этот раз в его голосе слышалось не скрываемое торжество, а тревога.

— Знаешь, Фален, если честно я позвал тебя для другого…, — он взял кубок с вином и протянул его брату. — Кое-что случилось и не срочно нужно с этим разобраться, но доверять я могу только тебе… Сейчас, когда до нашего выступления осталось всего лишь несколько месяцев, мы должны быть максимально осторожны… Шпионы Шамора просто наводнили Ольстер, они в наглую подкупают моих подданных… Одна ошибка и все может пойти крахом.

Граф во время этой тревожной тирады хранил полное молчание.

— Вот смотри! — Роланд кинул ему в руки небольшой стреловидный кусочек черного металла, по виду сильно напоминающего наконечник стрелы. — Этим несколько дней назад тяжело ранили моего гвардейца на стене… Стрела с этим прошила насквозь нагрудную пластину! Насквозь! Думаю, кто-то проверял новое оружие, — Фален вновь с удивлением рассматривал черный почти невесомый кусочек, который смог с такого расстояния пробить нагрудный доспех из туруанской стали (он с трудом в это верил). — Я, конечно, «поднял всех на уши», но узнал немного… Какой-то торговец привез в столицу такие наконечники. Немного продал и исчез в Шаморе… У этих проклятых мужеложцев! Мои люди сообщили, что этот торговец прибыл из баронства Кольского из городка Вильков, — граф сделал недоуменное лицо; он впервые слышал об этом городке. — Да, ты прав, это какая-то дыра на границе с землями гномов. Там вообще ничего не должно быть!