Проект «Геката» (СИ) - "Токацин"

«Сеть порталов…» — он отвернулся, чтобы Хольгер не видел его кривой ухмылки. «Только после войны. Если за наши фокусы нас не выкинут из Венданы за шкирку…»

13 августа 37 года. Луна, кратер Кей, малый полигон

До начала смены оставалось десять минут, когда Гедимин в сопровождении недовольных охранников вышел на платформу у полигонных шлюзов — но глайдер, отправляющийся в кратер Кей, уже занял очередь на вылет.

— Гедимин Кет? Быстро на борт! — крикнул Исгельт, на секунду высунувшись из-под брони. Двое в тяжёлых экзоскелетах отсалютовали Стивену и его бойцам, те поспешно ответили и отступили к транспортному туннелю. Гедимин покосился на Васко — тот слегка сощурился, но открыто протестовать не решился. «Надо вытащить его куда-нибудь, где заняты делом,» — подумал сармат, кивнув ему на прощание и запрыгнув на ступеньку перед закрывающимся люком. «Разумных тут мало…»

— Есть новости с Эк Чуаха? — первым делом спросил Гедимин, втиснувшись в бронированный фургон. Там уже было тесно — экипаж временной базы в кратере Кей с трудом помещался в один пассажирский глайдер, а второго, видимо, не нашлось.

— За ними и летим, — отозвался Исгельт, пробираясь сквозь плотную толпу к выходу, от которого так и не смог отойти Гедимин. — Стой на месте… а, вот ты где. Все хотят успеть к началу сеанса, да? Хольгер и Кумала уже там.

Гедимин мигнул.

— Как он обогнал меня? Я встал до подъёма…

— Он скоро ночевать там начнёт, — хмыкнул Исгельт, прислоняясь к стене рядом с Гедимином. — Понимаю, сам таким был… Ассархаддон выходил на связь, хотел узнать одну деталь…

— Ассархаддон? Где он? Не на базе?

Исгельт покачал головой, но в подробности вдаваться не стал.

— У него вопрос к тебе, атомщик. Твой реактор-Прожигатель работает, мы все это видели. А можно сделать из него дополнительную пушку? Такой портал, открытый в плотной области, взорвётся, как термоядерная бомба. Как у него с прицельностью и скорострельностью?

Гедимин вздрогнул. «Началось,» — он не хотел выдавать эмоций, но глаза против воли сошлись в тёмные щели. «Ещё одна бомба. Будто уже сделанных мало…»

— Это не пушка, — угрюмо ответил он. — Один-два Прожига в сутки, не больше. Иначе реактор взорвётся.

— Взорвётся… — протянул Исгельт, глядя на него в упор. — И избежать этого невозможно? Так я понимаю?

Гедимин молча кивнул. «Хольгер не стал делать бомбу,» — думал он, чувствуя, как неприятный холод выползает из-под рёбер на кожу. «А я их уже наделал. Хватит.»

— Понятно, — сказал Исгельт, отводя взгляд. — Неустранимый дефект конструкции…

Глайдер загудел, предупреждая о скорой посадке.

…Гедимина высадили у реактора, транспорт полетел дальше, к порталу. Несколько секунд сармат глядел ему вслед, потом осмотрелся. Кислородная станция Кумалы стояла на прежнем месте, но её отключили, и никто за ней не следил; шлюз реакторного купола, по всем признакам, не открывался с тех пор, как Гедимин закрыл его. Сармат ненадолго замешкался, оглядываясь на купол Хольгера, но потом решительно свернул к реакторному.

Давно пора было сделать запуск автоматическим — ввести период обязательного ожидания, отслеживаемые параметры, уровень показателей для безопасного пуска — но Гедимин не торопился. Что-то настораживало его в самой этой идее, и он, как ни фыркал на него Хольгер, запускал реактор вручную — каждый раз, когда это было нужно, и сегодня с утра — тоже. И в лабораторию он вернулся только пятнадцать минут спустя — через двадцать минут после запланированного начала экспериментов на Эк Чуахе.

— Дугал на связи! — услышал Гедимин, едва вошёл под лабораторный купол. Посреди тесной комнаты растянулся голографический экран. Он мигнул, ненадолго погаснув, и зажёгся снова, показывая столпившимся сарматам серо-белесое изображение. Это был участок крупной сферы — какой-то планетарный рельеф, показанный с большого расстояния.

— Прокол диаметром один метр удерживали пять минут, дрон сделал несколько снимков с ближайших точек, — быстро пояснял Хольгер. — Вот ещё один.

Дрон сдвинулся к краю сферы, и из-за планеты проступил участок космической черноты с отдалённым световым пятном жёлтого цвета. Какая-то тёмная точка слегка загораживала ближайшую звезду от дрона. Гедимин растерянно мигнул.

— Это наша галактика? — спросил он. Хольгер, отвернувшись от экрана, укоризненно на него посмотрел.

— Ты не узнал первый снимок? Дугал специально его сделал. Сердце Плутона! Ну неужели никогда не видел?

Гедимин снова мигнул. Устройство Солнечной Системы он, разумеется, знал, но Плутоном и его орбитой сарматы по большей части ругались, а не интересовались…

— Значит, они попали в цель? — выцепил он главное из недовольной тирады Хольгера. — И это — вид на Солнце с орбиты Плутона? А что оборудование? Сработало правильно?

— Всё цело, ничего не взорвалось, — успокоил его Айзек. — Ну как, похоже на вид с Энцелада?

В наушниках послышались смешки. Гедимин фыркнул.

— А что так близко подошли? Я думал, в кадре будет система Плутон-Харон. А они почти влепились в поверхность Плутона. Так и было задумано?

— Ты прав, атомщик, — посерьёзнел Хольгер. — Они в самом деле подошли слишком близко. Придётся уточнить координаты. Амос, отправь всё это Альваро, пусть передаст Константину. Через час Дугал сделает ещё две попытки. Надеюсь, с поверхностью он разминётся.

Кто-то тронул Гедимина за локоть. Обернувшись, сармат удивлённо взглянул на Кумалу. Конструктор тоже был здесь, и с ним пришли трое филков в экспериментальных скафандрах — почти такой же был сейчас на Амосе, определённо не участвующем в опытах Кумалы.

— Эксперименты по Прожигу потрясают воображение, не правда ли? — застенчиво улыбнулся конструктор. — Дугал по моей просьбе испытывает новые материалы в условиях Эк Чуаха. Надеюсь, однажды мы увидим портал на их базу прямо на поверхности Луны.

— Лишь бы в грунт не врезались, — буркнул Гедимин, снимая его ладонь со своего локтя. — Хольгер, что скажешь? Добьются такой точности?

Хольгер развёл руками.

— Теоретически координаты можно задать для любого квадратного миллиметра в пределах Солнечной Системы. Практически же… У нас очень неудобный объект отсчёта.

— Я слышал о нём, — снова оживился Кумала, втискиваясь между Гедимином и Хольгером; ремонтник покосился на конструктора, прижавшегося спиной к его груди, и отодвинулся, насколько позволяла тесная комната. — У этого объекта есть название?

Сарматы переглянулись.

— Можно пока называть его «объект Эк Чуах», — сказал Хольгер. — Когда работа закончится, базу на Эк Чуахе закроют, а о самих планетах забудут. Лучше было бы дать этой штуке имя Дугала или Константина, но… Хоть что-то должно остаться. «Эк Чуах» — достаточно секретно?

18 августа 37 года. Луна, кратер Кей, малый полигон

Воздух под куполом качнулся, устремившись к приоткрытому шлюзу — из области с привычным давлением в одну земную атмосферу в полувакуум внутри тесного коридора. Кто-то вошёл в реакторный отсек.

— Заходи, всё работает, — сказал, не оборачиваясь, Гедимин. Он думал о реакторе-кольце — сдвоенной дуге, увеличивающей мощность на пару порядков. У него уже был почти готовый чертёж — оставалось немного доработать и собрать ирренция на полноразмерную модель. «Хорошая планетарная электростанция,» — думал сармат, мысленно достраивая дугу до кольца. «Но со стабилизацией будут проблемы…»

Тот, кто вошёл в отсек, остановился у щита управления; шлюз закрылся, воздух, выкачиваемый насосами, потёк обратно. Гедимин мигнул.

— Иди работать. Нечего тут смотреть, — сердито сказал он. В ответ удивлённо хмыкнули.

— Атомщик, ты чего? Сильно занят? Я в другой раз зайду…

— Хольгер?! — Гедимин наконец повернулся к пришельцу. — А, это ты. Хорошо.

— Кумала утомителен? — понимающе хмыкнул химик. — Можешь успокоиться — его отослали в «Гекату». Пополнение на базе, нужны новые спецкостюмы по точной мерке.