Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

— Поздно, Каспар, — встал на его пути Бальтазар. — Брат мёртв!

При этом он старался не прикасаться к Каспару ладонями.

— Давайте, — бросил Бальтазар Исааку, — уходите. Я прикрою вас.

— Теперь каждый человек на счету, — отрезал фон Кемпфер.

Бальтазар показал ему ладони, покрытые слоем кристаллов.

— Об этом говорил ещё наш семейный врач, — объяснил он. — Длительное применение выделяемого моей кожей фермента, кристаллизующего белок, может повлиять и на моё тело. Кристаллизовать белки моего собственного тела. Я уже чувствую это. Жить мне осталось не слишком долго. Но прикрывать вас от новых тварей я ещё успею. Поторопитесь.

— Братец! — взвыл Каспар. — Братишка! Как же это так?! Мельхиор бросил нас! Теперь ещё и ты!

Бальтазар натянул кожаные перчатки и отвесил брату полновесную пощёчину. Лысая голова Каспара дёрнулась, из рассечённой ударом губы потекла струйка крови.

— Соберись, тряпка! — отчеканил Бальтазар. — Ты теперь последний из фон Нейманов! Покажи всем, чего стоит наш рыцарский род! Вперёд!

Каспар, который, казалось, готов был прямо сейчас расплакаться, действительно, подобрался, поднял голову, выпрямил спину.

— Хайль! — крикнул Бальтазар, вскидывая руку в салюте.

— Хайль! — ответили Каспар и Исаак.

Когда лифт с мягким толчком остановился, я вытащил из кармана пистолет Дороши, но Накадзо покачал головой.

— Внизу защита намного крепче, — сказал он, — и для того, чтобы пробить её недостаточно музыки и дьявольского колокольчика Юримару. Она выдерживала куда более серьёзные атаки.

Мы пренебрегли переодеванием и быстро зашагали по длинному коридору прямо к ангару доспехов духа. Девушки уже стояли рядом со своими машинами, и среди них я был удивлён увидеть Марину. Я едва удержался от того, чтобы кинуться к ней и схватить за руки. Ведь мы уже не были детьми, не понимающими различия между словами дружба, любовь и отношения. Подавив в себе этот порыв, я всё же подошёл к Марине, она обернулась.

Ютаро же направился к Сатоми, на ходу протягивая ей меч в лаковых ножнах.

— Я думал, с тобой случилась беда, — ничего умнее выдавить из себя я не сумел.

— Извини, что разочаровала тебя, — съязвила Марина, шутовски разведя руками.

— Я не желаю больше тебе смерти, — ответил я, почувствовав себя почему-то увереннее. — Мы теперь дерёмся плечом к плечу против страшного врага.

— У нас теперь не один враг, Руднев-сан, — усмехнулся подошедший к нам Накадзо. — Так что ещё повоюем. И на время войны я приказываю все ваши личные дрязги из прошлого отставить.

— Хай! — в один голос ответили мы с Мариной, переглянулись, и я едва не рассмеялся, глядя на неё.

В таких случаях гимназистка Марина Киришкина по прозвищу Маришка-Киришка показывала смотрящему на неё язык. Марина Киришима — сёи отряда «Труппа» только отвернулась и зашагала к своему доспеху духа.

— Кажется, Руднев-сан, — неожиданно усмехнулся Накадзо, — не все чувства к вам умерли в душе Марины-сан.

— Место для ненависти, думаю, там всегда найдётся, — пожал плечами я, сделав вид, что не понял весьма прозрачного намёка.

— Забирайтесь в свой доспех, — кивнул Накадзо. — «Кохэби» скоро отправляется. Дороши-кун отлично справилась с делом. Поезд отправляется через считанные минуты.

А вот у Сатоми и Ютаро всё прошло намного лучше. Руки юноши и девушки встретились на ножнах меча. Они замерли, глядя друг другу в глаза, будто герои шекспировской драмы или средневекового романа. Затем Сатоми мгновенно залилась краской и бегом бросилась к своему доспеху.

Я усмехнулся, глядя на них, и направился прямиком к своему «Коммунисту» и вскарабкался по лесенке в кабину. После всех перипетий и схваток сегодняшнего безумного дня, здесь я чувствовал себя прямо-таки уютно. Теперь пусть лезут каии хоть сотнями, очереди из ШВАКа и ДШК выкосят их очень быстро.

— «Кохэби» готов, — раздался по громкой связи голос Дороши. — Подводите доспехи к погрузочной площадке.

Видимо, в этот раз мы поедем по-человечески: в вагонах, а не трясясь внутри доспехов духа. Хотя, быть может, трястись в них сейчас куда безопасней. На погрузочной площадке несколько ребят мастера Тонга установили аппарель, по которой доспехи один за другим поднимались на открытые платформы и шагали по ним, занимая свои места. Я оказался самым нерасторопным, потому мне досталась последняя платформа. Как только я установил свой доспех, рабочие занялись разборкой аппарели.

Мы выбрались из доспехов и попрыгали с платформ, направились к Накадзо и Дороши.

— Первые два вагона для нас, — сообщил нам антрепренёр.

— Нам бы и одного хватило, — протянула задумчиво Наэ, — зачем ещё нагружать рельсы?

— Потому что при возможной атаке, — откровенно ответила ей Марина, — меньше шансов, что накроют сразу всех пилотов доспехов духа. И будет ещё кому воевать с Юримару и немцами.

— Какими ещё немцами? — удивилась Наэ.

— Всё потом, — отрезал Накадзо. — Садимся в вагоны таким порядком. Я, Ютаро-кун, Готон-сан и Асахико-кун, а также Дороши-сан и Акамицу-сан, в первый вагон. Руднев-сан, Марина-сан, Сатоми-кун, Наэ-кун и Алиса-тян, второй. Декораторы поедут в крытом грузовом вагоне.

— Но… — Я даже не понял, кто это сказал, потому что Накадзо оборвал его «стальным» голосом тайса:

— Отставить разговоры! По вагонам!

Меня, как человека военного, после такого окрика ноги сами понесли к указанному вагону. Марина шагала рядом. Но не прошли мы половины пути до дверей вагона, как я увидел шагающего к декораторам Бокия. Я развернулся в его сторону, потянул из кармана пистолет Акамицу.

— Пантелеймон! — крикнула мне Марина, от волнения почему-то перешедшая на русский. — Что это значит?!

Я не обратил на её слова никакого внимания. Меня интересовал только Бокий. Теперь я заметил, что одет он был немного не так, как тот, кому Дороши выстрелом разнесла голову в фойе. Надо было выяснить всё и как можно скорее — тащить за собой марионетку Юримару в новое убежище было смертельно опасно. Не доходя нескольких шагов до Бокия, я вскинул оружие и навёл его на Глеба Ивановича.

— Стойте, Ви Мин! — крикнул я ему. — Ни шагу! Пошевелитесь — получите пулю без разговоров!

— Погодите, — сгорбился Бокий, поднимая руки. — Не стреляйте. Я всё объясню.

— Сделайте это быстро! — рявкнул я, про себя гадая, действительно ли остались патроны в пистолете и если магазин пуст, то что делать в этом случае.

— За это значит, Руднев-сан?! — крикнул мне в спину Накадзо.

— Я помню этого корейца, — вместо меня ответила Дороши. — В нём жил злобный дух тьмы, которым управлял Юримару. Я убила его.

— Я всё объясню, — продолжал быстро говорить Бокий. — Я всё могу объяснить.

— Вы обещали сделать это ещё до всей это чертовщины, — напомнил я. — Говорите уже.

— Думаю, я смогу лучше него объяснить это, — раздался знакомый до боли голос Юримару.

Из кармана брюк Бокия потянулся чёрный дымок. Он