Восход Акроникса (СИ) - Максим Сорокин

Как Ял и обещал, он вернулся ещё до того, как солнце встало, при этом на гладко выбритой физиономии, сияла улыбка человека абсолютно довольного жизнью. О деталях его ночных приключений решили не расспрашивать, да и будить хозяев дома, все ещё крепко спавших тоже не стали, тихо собравшись и уйдя. Вик оставил серебряную монету, мысленно поблагодарив бабу Клару и немного загрустив, что вряд ли удастся навестить старушку в этот раз. И вот они, отбивая седалища на необтёсанных бревнах, на пару с повелителем костей, смотрели на выбегающую из-под широкого основания телеги дорогу.

— Что-нибудь узнал о Силике? — более ли менее устроившись, спросил молодой человек, все ещё ерзающего по другую сторону стволов Ялазара.

— Немного, — честно признался тот, — однако мы на верном пути. Надо сказать, эту Силику очень любят, она для местных просто таки воплощение добродетели. Последний раз хозяйку некой послушницы Беатрисы видели именно в Снежном.

Викар вздрогнул, посмотрев на Яла. Он не рассказывал тому про девушку, к которой так стремился. Парень не был уверен, стоит ли сознаваться в своем влечении к ней или лучше попытаться разыграть непонимание, о чем говорит его спутник. Тот же все это время смотрел в сторону, якобы разглядывая пробуждающийся после зимы мир, но и дураку было понятно, он ждет, какая же последует реакция. Наконец Вик решил, что нет смысла скрывать то, что и так станет очевидно, едва он встретит Беату, а потому, просто спросил:

— Как ты узнал?

Ял повернулся. Он улыбался:

— А я уж понадеялся, что ты начнешь юлить и мы сможем повеселиться, но раз уж ты не стал врать, то отвечу тебе честно. Нетрудно понять, о ком идет речь, когда после первого же вопроса о Богине Шелковых Дюн тебе рассказывают не только о ней, но и о её вечно грустной фрейлине, что якобы когда-то влюбилась в жутковатого странника с севера. Однако тот исчез прямо у всех на глазах и вот уже несколько лет никто не может его найти, ни она, ни её повелительница, ни даже старшие сестры этой самой богини. Ты кстати, под описания загадочного сердцееда подходишь идеально. — он задумался, а потом поцокав языком, скривился. — Вернее подходил, пока твою морду не пересек шрам. А левый глаз не превратился в блеклое, слепое бельмо. Красавец, нечего сказать!

Вик и сам знал, что выглядит не так, как раньше, но до этого момента особо не задумывался над этим. Выживание в Кеплере физической красоты не требовало. Однако теперь он приуныл, поняв, что Беатриса может и испугаться его нового облика.

Неожиданно, прямо перед его носом, появилась красивая, костяная перевязь, с втравленной в неё небольшой пластинкой, призванной закрывать раненый глаз. Ялазар, перегнувшись через верхнее бревно, протягивал ему повязку:

— Надень. Мне от сломанной рукояти меча толку немного, а для тебя эта девчушка явно что-то значит, как и ты для неё. Так что советую не пугать её с ходу своей страшной рожей, а дать время немного привыкнуть.

Он ухмыльнулся и Вик ответив ему тем же, с благодарностью принял перевязь. Она была сделана из подвижных чешуек, точь-в-точь таких же, из которых состоял пояс самого повелителя костей, а закрывающая слепой глаз пластина оказалась как раз в пору, да ещё носила на себе некий витиеватый орнамент, будто бы была призванная украшать, а не скрывать страшное увечье.

— Спасибо Ял. — ещё раз поблагодарил парень

— Да без проблем. — беззаботно ответил тот, возвращаясь к созерцанию утреней красоты.

Внезапно до Вика дошел смысл только что услышанного:

— Ты сказал, меня ищут уже несколько лет!?

— Ага, три года вроде.

Получалось, что пока он находился в Вардеме, время в его мире замирало, ну или шло настолько медленно, что не имело большого значения сколько он отсутствовал. Однако когда Вику приходилось скитаться по Кеплеру, то здесь дни летели словно осенние листья, гонимые ветром. Получается, что он оставил Беату так ничего её не объяснив, а сейчас, по прошествии нескольких лет, вдруг возвращается в надежде, что она будет рада его видеть. Наивность такого предположения показалась смешной даже ему самому. Увидев печаль на лице своего товарища и мгновенно поняв, что причиной тому была упомянутая им особа, вернее долгая разлука с ней, Ялазар решил немного приободрить того:

— Не переживай так. Что-то мне подсказывает, что женщины в этом мире готовы ждать своих мужчин, не кидаясь на шею первому встречному, едва муж выходит за порог. Сколько вы с ней уже вместе?

Вик замялся, не зная как ответить:

— Да мы в общем-то не пара. Я встретил её, когда попал сюда в прошлый раз. Знакомы были едва ли больше суток, когда меня выкинуло обратно в Кеплер.

Повелитель костей несколько секунд удивленно пялился на него, после чего разразился громким хохотом:

— Я уж думал, она твоя жена ну или хотя бы любовница, а ты раскис по девчонке, с которой знаком пару дней? Ну ты даешь! — впрочем он постарался взять себя в руки и скрыть улыбку. — Я так понимаю, дело серьезное, раз так загорелся желанием увидеть её снова. Хотя как мне помнится, даже одухотворенный желанием вновь увидеть эту Беатрису, ты не отказал себе в удовольствии насладиться обществом рыжей милашки Длау.

Он вновь засмеялся, едва не сверзившись с повозки, а Викар отвернувшись от повелителя костей, уставился в другую сторону, наблюдая как они все ближе приближаются к удивительно высокой и сочной полоске молодой зелени, что разделила поля, полные тающего снега, на две части. Это было странно, словно изумрудная черта являлась гранью невидимого барьера, отделявшего уже легко различимый Снежный, с его высокими башнями стен и ступенчатыми пирамидами за ними, от остального мира. Несмотря на то, что вокруг все ещё было довольно прохладно, им пришлось распахнуть плащи, едва они въехали в эту необычную зеленую границу, шириной почти в сотню шагов. Пока весь остальной мир ещё укутался в зимнюю стужу, тут правила балом уже поздняя весна, а среди высоких стеблей мелькали яркие краски витиеватых соцветий и порхали бабочки. Ялазар тоже обратил на это внимание, окончательно уняв смех:

— Ну ладно, извини, я не хотел тебя обидеть, просто сама ситуация довольно забавная.

— Ничего забавного, — огрызнулся Вик, — ты не хуже меня знаешь, что эта рыжая тварь одурманила меня. Она же чертов охотник и в ней я видел именно Беатрису, а не просто женщину, пытавшуюся меня соблазнить.

— Знаю, — подтвердил Ял, однако на этот раз не стал добавлять лишнего, — ну тогда ты хотя бы расскажи про предмет своего воздыхания, как встретились. Да и вообще, что ты тут в прошлый раз делал. Ехать нам ещё долго и пока наш добрый возчий явно поглощён музыкальными этюдами Даниэля, мне было бы интересно узнать побольше о Вардеме.