Весенние заморозки (СИ) - Александр Хомяков

Желающих попробовать нашлось много, успеха же не достиг никто. Доспехи из чешуек проминались, лезвия мечей и секир оставляли царапины на гладкой поверхности кожи, пропитанной неизвестным мне составом - но и только.

-Если сильнее ударить, то пробить можно, - ответил Арварих, когда я спросил его, есть ли у прочности арденского доспеха предел. - Всадник с копьем пробивает точно, да и топорами вашими нетрудно справиться. Однако кожа эта гладкая, если удар не выверен - соскользнет.

-А еще он очень легкий, - вставил Тирвали. - Воин в таком доспехе подвижнее, чем воин в кольчуге или латах.

-Ну, я под него все одно кольчугу надену с ватником, - Арварих поглядел, как кто-то из бойцов пытается проковырять в коже дырку кинжалом. - все как-то надежнее.

Прямоугольные чешуйки на кирасе, наплечниках и поножах шли внахлест, сверху вниз. По нижнему краю они крепились к следующему ряду чешуек проволочными кольцами. Я видел подобные доспехи у стикрейцев, однако те были стальными.

-А если снизу ткнуть? - полюбопытствовал Гарини. - Чешуя-то разойдется, если кольца не удержат.

Я пожал плечами. Будь арденский доспех непробиваем, никто бы арденов вовек не завоевал.

Остальные, видимо, придерживались схожего мнения. Доспехи были однозначно хороши, что до недостатков - у той же кольчуги их всяко поболе будет.

-Броню для всадников ардены плетут наоборот - снизу вверх, - сказал Тирвали. - Всадник ведь не рискует получить колющий удар сверху, пока он в седле. А эта броня - пехотная.

Стражей у ворот, и на стенах слева и справа от них командовал молодой арден высокого роста, у которого на левой руке не хватало трех пальцев. Собрат по несчастью. Имя его я сразу не запомнил, да и мой нерберийский язык выговорить все эти 'эах-аэх' мог лишь с трудом. Он распределил нас по караулам и сообщил, что завтра здесь останется только полсотни его людей, а он сам с остальными уйдет на другой участок стен, ближе к западным воротам. То есть, я тут остаюсь за главного.

Привратником Мальтори из Эсталы (последнее время я все реже вспоминал о своем происхождении и представлялся только по имени) еще не был. Мы поднялись на стены, перед нами открылась равнина, поднимавшаяся к северу. Под стенами разворачивались в колонну всадники, и число их меня просто поразило. Одних эйторийских рыцарей было на первый взгляд больше полутьмы, и примерно столько же всадников-арденов. Рядом с высокими, с ног до головы в броне Старшими запада на массивных конях-тяжеловозах северяне в кожаных доспехах выглядели как-то неубедительно - если не знать, что это за доспехи. Я уже знал.

Магистра Таланоса, если он и был среди всадников, я не обнаружил. Реяли знамена над отрядами: косые кресты эйториев, отличавшиеся лишь расцветкой, и белоснежные стяги арденов с волчьими головами.

-Знамя Серого волка? - спросил я молодого ардена. В местных легендах я уже немного разбирался.

-Серый волк шел в бой без знамен, - был ответ. - Но ты в чем-то прав, это знамя его рода - ЭахРимморов.

Помимо воинов, в колонне, которая уходила от городских ворот на север, был и обоз - вьючные лошади, без подвод. Магистр Таланос собирался двигаться быстро, и я примерно догадывался, куда и зачем он направляется.

-Разве город ожидает атаки с севера? - спросил Тирвали, увязавшийся за нами на стену.

-Ворота все равно надо охранять, - неуверенно сказал я. Мне было неведомо, почему Аэлевит выбрала для нас именно этот участок стен, но я, в отличие от своих воинов, не возражал. Сегодня мне вдруг очень сильно захотелось жить.

Еще бы сильнее я не возражал, если бы и Аэлевит не лезла в эту драку. Но над судьбой Старшей я был бессилен - и неважно, сколько места она успела занять в моей жизни и моих мыслях. По неведомым мне причинам именно ей выпало вести свой народ в бой. В моей власти - лишь улыбка на ее лице.

Нотка самопожертвования, Мальтори? Не выпендривайся, будь честным хотя бы с бумагой, даже если не можешь оставаться честным с самим собой. Взялся писать - пиши правду. Бумага стерпит.

У ворот казармы меня ждал уже знакомый мне посыльный.

-Тебя ждут у западных ворот, - и ускакал прочь на статном стикрейском жеребце. Я глянул на солнце - таки полдень.

У западных ворот было людно. Войска покидали город, навстречу им шел поток беженцев. Крестьяне из деревень на северном берегу Арриса спешили укрыться за городскими стенами.

Аэлевит была в самом центре этого столпотворения, окруженная посыльными, телохранителями и военачальниками всех рангов. Она то обсуждала что-то с конунгом Ригалисом, то раздавала приказы, то слушала донесения. Стоило, однако, мне приблизиться, как она вдруг прервалась на полуслове, замерла, а потом обернулась точно ко мне, словно знала, что я рядом. Похоже, что и знала - она же прорицательница. Я помахал ей рукой, она протолкалась ко мне, повисла на шее. Военачальники и посыльные удивленно на нас посмотрели, и только конунг Ригалис, усмехнувшись, отвернулся.

-Сейчас я закончу, и пойдем наверх. Посмотришь свежим взглядом на наши замыслы.

Разослав еще нескольких посыльных и раздав последние приказы, Аэлевит повела нас с конунгом в башню и по винтовой лестнице на стену. Она оказалась шире, чем стены у северных ворот, и здесь были не только посты. Возле каждого третьего зубца были устроены стойки с алебардами, тут же имелись и связки стрел для лучников. У основания зубцов рядком лежали небольшие камни и валуны, вероятно предназначенные для метания в тех, кто идет на приступ. Во всем этом чувствовалась основательная подготовка многих дней и даже недель.

Равнина с этой стороны города была более пологой. Вдали, на западе, я увидел едва заметную полоску - то были горы Римморского побережья. Будь они прокляты, эти горы.

-Смотри, - Аэлевит простерла руку, указывая влево, где за прибрежными зарослями кое-где проглядывала река. - Там дорога, по ней к городу идет войско герцога Кайльского.

Я видел только участок дороги между рекой и воротами, дальше она скрывалась в рощах и кустарнике, которыми была покрыта низина у самого берега Арриса. Вдалеке среди деревьев проступало что-то красное - возможно, черепичные крыши какого-то селения.

Дорога возле города была забита беженцами. Слева и справа от нее расположились на равнине отряды, в которых мой глаз уже узнавал арденских пехотинцев.

-Это фаланга, - подтвердила Аэлевит мою догадку. - она должна принять первый удар стикрейской конницы.

-Помниться, на совете упоминались две тьмы, - я внимательно посмотрел на лагеря арденов. - Я не вижу тут столько воинов. Остальные - в другом месте?

-Да, - кивнула Аэлевит. - одна тьма в резерве, и она не примет участия в битве. Мы планируем нанести удар с реки - оттуда придут драккары конунга Ригалиса. После этого войско герцога Эретви должно оказаться в окружении и обратиться в бегство.