В тени Рюджина - Халег Чудинов

время миссий и в быту. Однако эти нововведения были выдвинуты Рюджином-сама, поэтому открыто ими пренебрегать в отношении вышестоящих званий или малознакомых ниндзя никто себе не позволял. С появлением в рядах армии шиноби из бывшей Югакуре, смысл многих малопонятных ранее нововведений стал более понятен: например, новые правила позволяли незнакомым шиноби проще общаться друг с другом, не создавая лишних рисков обидеть друг друга. Но сейчас Акичи была рада этим новшествам еще и потому, что они позволили ей изложить краткий доклад, задушив эмоции рамками устава.

Задушив с небольшим успехом, потому что, внезапно оказавшись в крепких объятиях Куробы, Акичи мгновенно растратила всякое присутствие духа. Слезы невольно навернулись на глаза. Не от боли, а от накативших эмоций, от осознания, что она только что пережила. Огромное облегчение, усталая радость вместе с до сих пор витающим в душе отчаянием и горем захлестнули с головой, сдавив грудь.

— Ты молодец, — отпустив Акичи, осторожно похлопал ее по плечу Куроба. — Отдохни, джонин ханчо.

— Слушаюсь, шинобигашира-доно — на секунду закрыв лицо руками и утирая невольные слезы, сипло ответила Узумаки.

— Подожди секунду, — внезапно попросил Хачи Фума, хмурый, как тучи над головой. — Скажи, ты уверена, что вам встретился джинчурики?

— Мы почувствовали сильную чакру, — устало ответила Акичи. — Это мог быть только джинчурики. Или кто-то равный ему по силам.

В ответ на эти слова нахмурился уже и Акай Куроба.

— Что не так? — не поняла девушка, глядя на командира.

— На основном направлении атаки Курама-сан уже столкнулась с джинчурики Треххвостого, — медленно ответил Куроба. — Если у противника есть еще один, то это проблема. У нас нет боеспособных сил, способных ему противостоять.

— Кагуя справятся, — тихо заметил Фума. — Они должны это сделать!

— Возможно, — скривившись, ответил Куроба, — но они молоды и неопытны, пусть и обучены Рюджином-сама. Просто так бросать их против джинчурики неправильно. Даже если это Кагуя.

* * *

Ориентироваться в плотном тумане заставляет научиться сама жизнь на островах Страны Моря. Архипелаги в неспокойном Восточном океане часто оказываются целиком погружены в непроглядную серую промозглую массу. Однако сражаться в условиях нулевой видимости и просто уметь ориентироваться в ней — это разные вещи. Забуза чувствовал себя в тумане прекрасно, но все его спутники не испытывали того же комфорта.

Момочи слышал, как неуверенно шагает по остаткам подмытого дождями дерна Футо Ороши. Этот парень был неплох сам по себе, но к густым туманам он не привык и был в них более неловок, чем неуклюжий с виду Кисаме. К счастью, сегодня от умения скрываться в тумане их жизнь не зависела.

Команда Забузы двигалась в арьергарде основного отряда, их задачей было своевременное обнаружение возможных групп противника, которые могли попытаться атаковать кирининов на марше. Техника Киригакуре имеет и обратную сторону, она не только скрывает шиноби Тумана в себе, но и сильно ограничивает их собственные возможности обнаружения противника. Передвижение под покровом техники требовало особой тактики, пренебрегать которой никогда и никому не рекомендовалось. Даже если позиции противника многократно находились под плотными атаками дальнобойных техник, уже пережили несколько штурмов, и он просто физически не должен больше оказать серьезного сопротивления. И даже если во главе отряда идет сам Мизукаге, даже в этом случае пренебрегать отработанной тактикой не стоит. Единственное, что можно допустить — это поставить в прикрытие молодых чунинов, обладающих особыми возможностями.

На континенте слишком много уродов, от которых удалось избавиться на островах. Бьякуган и кецурьюган могли видеть через технику Киригакуре, клан Цучигумо способен определять движение по вибрациям земли и раскиданой всюду ими паутины. У Отогакуре были как минимум Чиноике с их додзюцу, о котором нельзя забывать.

Аккуратно поведя перед собой ножнами катаны, Забуза почувствовал, как те уперлись в ствол небольшого деревца. Осторожно обойдя его и запрыгнув на один из многочисленных валунов, парень оказался в более редком слое тумана, откуда удалось разглядеть смутно виднеющийся вдали темный силуэт горы на фоне сереющего предутреннего затянутого тучами неба.

Стерев со лба испарину, выступившую несмотря на холодную ночь и промозглый туман, Забуза внимательно осмотрел высоту. Признаков движения не было, огня не видно, но на ней точно должны были остаться выжившие шиноби Звука. Вряд ли они успели отступить после предыдущего штурма, одна из дозорных групп вступила с ними в контакт всего несколькими минутами ранее. Пока разведка отступила, но подступы к высоте контролируются.

Похоже, там были замечены красноволосые. Мизукаге наверняка пожелает захватить парочку из них для допроса. Язык вообще сейчас, на взгляд Забузы, не помешал бы. Отогакуре слишком упорно сопротивлялось для мелкой деревни, нужно было узнать, какие еще сюрпризы, кроме внезапно появившегося джинчурики Семихвостого, у них припрятаны на этой части границы.

— Не отставай, — криво ухмыляясь, посоветовал Забузе прошедший мимо него Кисаме. — Нам до той кучки дела нет.

— Пока нет, — негромко ответил Момочи в ответ. — А когда-нибудь в похожей ситуации, может, и будет.

— Загадывать наперед глупо, — легкомысленно ответил Хошигаки. — Только не с нашей работой.

— Если не думать о будущем сейчас, то потом может выйти так, что не сможешь думать уже о настоящем. Вообще ни о чем, — вынырнув из плотного тумана в стороне от Забузы, прошептала Теруми. — Вы слишком громкие.

Момочи молча кивнул в ответ и снова зашагал вперед. Сейчас лучше не делать ничего, что может поставить под вопрос компетентность всего отряда или отдельных его членов. Как со временем выяснилось, в нем оказались не самые плохие шиноби, хоть некоторые из них и не обучались в нормальной Академии. Может, от этого они становились даже в чем-то лучше. Пусть на их руках тоже полно крови, но они не убивали своих друзей.

При этой мысли в душе Забузы вновь взметнулась мрачная злоба, смешанная с болью. Эти чувства часто душили изнутри. Во время экзамена. После него. Потом стало чуть проще, потом начало появлятьтся странное опустошение и удовольствие от свершенной мести. Эту радость Забуза лелеял, цепляясь за нее в поисках спасения от боли. И в надежде однажды вновь испытать пьянящее чувство свершенной мести. Только для этого нужно стать сильным и подняться в иерархии Киригакуре на максимальную вершину. Так что не стоило совершать ошибок. Особенно всего лишь в сотне метров от самого Мизукаге.

Оставшиеся сотни метров