Хроники Амбера. Книги Мерлина (авторский сборник) - Роджер Желязны

Воздух был сухим и прохладным. Я стоял в предгорье абсолютно белой горной гряды, на вид такой застывшей, что напрашивалось сравнение с Антарктидой. Гряда простиралась вверх и влево от меня. Справа, холмистая и низкая, простершись до того, что мне показалось утренним солнцем, лежала черная равнина. Пустыня? Пришлось поднять руку, чтобы она отбросила «тень» в ее… чем? Анти-свете?

— Черт! — попытался я сказать, и сразу же заметил две вещи.

Во-первых вслух слово не выговорилось. Во-вторых, челюсть болела — там, куда меня треснул отец… или его подобие.

Еще раз молча оглядевшись, я вытащил Козыри. Раз дошло до путаницы с перемещениями, все ставки снимаются. Я вынул Козырь Колеса-призрака и сосредоточил свое внимание на нем.

Тщетно. Козырь был точь-в-точь мертвый. Хотя сидеть тихо мне велел именно Призрак, и, может быть, он просто отказывался отвечать на мой зов. Я пролистал остальные Козыри. Над Козырем Флоры я помедлил. Обычно она не отказывалась помочь мне в трудную минуту. Разглядывая это прелестное лицо, я позвал ее…

Ни один золотистый локон не дрогнул. Температура не понизилась ни на градус. Карта оставалась картой. Я попробовал понастойчивее, бормоча усиливающее заклинание. Но там никого не было.

Тогда Мандор. Я провел над его картой несколько минут с тем же результатом. Я взялся за Козырь Рэндома — то же самое. Бенедикт, Джулиан. Нет и нет. Попытка вызвать Фиону, Люка и Билла Рота дала еще три отрицательных результата. Я было вытащил даже парочку Козырей Смерти, но не сумел добраться ни до Сфинкса, ни до сооружения из костей на вершине зеленой стеклянной горы.

Плотно сложив карты, я убрал их в футляр и спрятал.

Со времен Хрустальной пещеры я впервые столкнулся с феноменом такого рода. Однако существует множество способов блокировать Козыри — правда, для меня этот вопрос представлял сейчас академический интерес. Меня больше заботило, как перебраться куда-нибудь в более благоприятную обстановку. Исследования можно было отложить на потом, когда можно будет лениться.

Я тронулся в путь. Шаги были беззвучны. Когда я пнул кусок гальки так, что тот, подскакивая, покатился передо мной, шума от его движения я не услышал.

Белое слева, черное справа. Горы или пустыня? Не останавливаясь, я свернул налево. Насколько можно было заметить, двигались только черные-пречерные облака, и только. С подветренной стороны каждого обнажавшегося куска породы — чуть ли не ослепляющая зона повышенной яркости: безумные тени в безумной стране.

СНОВА НАЛЕВО. ТРИ ШАГА, ПОТОМ ОБОЙТИ ВАЛУН. НАВЕРХ ЧЕРЕЗ КРЯЖ. СВЕРНУТЬ ВНИЗ К ХОЛМАМ. НАПРАВО. ЕЩЕ ЧУТЬ-ЧУТЬ, И СЛЕВА СРЕДИ КАМНЕЙ ПОКАЖЕТСЯ КРАСНЫЙ РУЧЕЕК…

НЕ-А. ЗНАЧИТ, В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ.

КОРОТКИЙ УКОЛ БОЛИ ВО ЛБУ.

НИЧЕГО КРАСНОГО. ИДИ ДАЛЬШЕ.

ЗА СЛЕДУЮЩИМ ПОВОРОТОМ НАПРАВО БУДЕТ РАССЕЛИНА…

НИКАКОЙ РАССЕЛИНЫ.

Боль сжала виски, я потер их. Дыхание стало тяжелым, а лоб, чувствовалось, влажным.

ВНИЗУ, НА СЛЕДУЮЩЕМ ОТКОСЕ УВИДИШЬ КАМНИ СЕРОГО, ПЕРЕХОДЯЩЕГО В ЗЕЛЕНЬ, ЦВЕТА И ХРУПКИЕ СИНЕВАТО-СЕРЫЕ ЦВЕТЫ…

Легкая боль в шее. Никаких цветов. Ни серого, ни зеленого.

ТОГДА ПУСТЬ ОБЛАКА РАЗОЙДУТСЯ И ТЬМА ПРОЛЬЕТСЯ ВНИЗ ОТ СОЛНЦА…

Ничего.

…А В СЛЕДУЮЩЕЙ НИЗИНЕ УСЛЫШИШЬ, КАК ШУМИТ БЕГУЩАЯ В МАЛЕНЬКОМ РУЧЬЕ ВОДА.

Мне пришлось остановиться. В голове стучало, руки тряслись. Протянув руку, я потрогал каменную стену слева от себя. На ощупь она была достаточно основательной. Реальность иного уровня. За что все это свалилось на меня?

А как я попал сюда?

И куда это «сюда»?

Я расслабился. Выровняв дыхание, я привел в порядок свою энергетику. Головная боль утихла, отхлынула, исчезла.

Я снова зашагал.

ПЕНИЕ ПТИЦ И ЛАСКОВЫЙ ВЕТЕРОК… В УКРОМНОМ УГОЛКЕ, В ТРЕЩИНЕ НА КАМНЕ — ЦВЕТОК.

Нет. Зато впервые вернулось противодействие… противодействие?

Что же на мне за заклятие, что я потерял способность ходить по Отражению? Я никогда не воспринимал ее как что-то, что можно отнять.

— Ничего смешного, — попытался я выговорить. — Кто бы или что бы ни было такое, как тебе это удалось? Чего тебе надо? Где ты?

И снова я ничего не услышал, а уж ответа — тем более.

— Не знаю, как и зачем ты сделал это, — пошевелил я губами, и задумался. — Заклятия я на себе не чувствовал. Но я, должно быть здесь неспроста. Ну, валяй же дальше. Скажи, чего ты хочешь.

Noda

.

Я пошел дальше, без особой охоты продолжая попытки убираться прочь из Отражения. При этом я взвесил ситуацию. Мне казалось, что я где-то проглядел что-то элементарное.

…И МАЛЕНЬКИЙ КРАСНЫЙ ЦВЕТОК ЗА СКАЛОЙ, ЗА СЛЕДУЮЩИМ ПОВОРОТОМ.

Я свернул, и там был маленький красный цветок, который я полусознательно наколдовал. Я рванулся к нему, чтобы убедиться, потрогав его, — вселенная милостива и Мерлин ей здорово нравится.

На бегу я споткнулся, подняв облако пыли. Подхватившись, я поднялся и осмотрелся. Следующие минут десять-пятнадцать, не меньше, ушло на поиски, но цветок так и не отыскался. Наконец, я выругался и повернул прочь. Кому нравится быть мишенью для шуточек мироздания?

Вдруг меня осенило и я принялся шарить по всем карманам — нет ли там хоть кусочка голубого камня. Его странные способности теперь могли бы как-нибудь провести меня по Отражению к тому месту, откуда он появился. Но не тут-то было. Не осталось ни щепотки голубой пыли. Все камни остались в гробнице моего отца, вот оно что. Я догадался, что такой выход был бы слишком прост для меня.

Что же упустил?

Фальшивый Дворкин, фальшивый Оберон и человек, объявивший, будто он — мой отец… и все они хотели отвести меня в какое-то странное место, чтобы, как подчеркнул поддельный Оберон, я принял участие в какой-то непонятной борьбе Сил. Потирая челюсть, я подумал, что «Корвин» явно преуспел в этом. Только что же это за игра? И что это за силы?

Назвавшееся Обероном существо говорило что-то насчет выбора между Эмбером и Хаосом. Но, значит, насчет прочего оно в том же самом разговоре врало! Черт с ними обоими. Я не просил, чтобы меня втягивали в эту их игру Сил. У меня и своих проблем хватает. Мне даже не хочется выяснять, по каким правилам происходит… то, что происходит.

Отшвырнув ногой маленький белый камушек, я наблюдал, как он катится прочь. Не похоже, чтобы это было делом рук Юрта или Джулии. Это, кажется, не то новый фактор, не то сильно изменившийся один из прежних. Когда же он появился в картине впервые? Я догадывался, что это имеет какое-то отношение к той Силе, что погналась за мной, когда мы пытались спасти Корал. Можно было лишь предполагать, что она выследила меня, и вот результат. Но что это могло быть такое? Сперва, счел я, необходимо узнать, где тот огненный круг, в котором лежит Корал. По моим предположениям, то место теперь каким-то образом оказалось связанным с тем, что стояло за моим нынешним положением. Тогда что же это за место? Корал попросила Лабиринт отослать ее туда, куда ей следовало отправиться. Теперь у меня не было никакой возможности спросить Лабиринт, где это может быть — и в данный момент никакой возможности пройти по нему, чтобы он отправил меня вслед за ней.