'Фантастика 21025-22'. Компиляция. Книги 1-23 - Виталий Хонихоев

разворот корпуса – и просочиться в узкую вертикальную щель. Хизаши танцевал, плавно, грациозно, под гудение и призрачный шепот струн, тревожимых движением воздуха. Нарочно не искал, но изредка находил взглядом Кенту и криво усмехался, мол, смотри, ты бы и правда не сумел.

И вдруг оказался точно перед безвкусным гобеленом. От ткани шел холод, всколыхнувший в памяти унизительные картины пленения, тогда все ждали, когда он сломается, подчинится. Ха! Змею можно скрутить, но она все равно извернется, чтобы укусить обидчика. Хизаши сдвинул в сторону гобелен и без промедления начал спускаться, его шаги гулко отражались от стен, подошва гэта – не тех, к каким привык, но тоже весьма красивых – стучала о деревянные ступени. Было холодно, будто спустился в ледяную пещеру, а может разум играл, недовольный возвращением в это одинокое темное место.

Ступени ещё не закончились, но Хизаши остановился и невольно присвистнул: пол усеивали тела. И пусть здесь не было никакого источника света, Хизаши и так видел достаточно. Прищурил левый глаз, и другим ясно разглядел опутавшие их пульсирующие красным нити. Они всё ещё питались, поглощая остывшую плоть, и это было омерзительно. Мало какие из ёкаев не брезговали мертвечиной, разве что гаки или дзикининки, остальные же если и предпочитали людоедство, охотились на живых. Некстати подкатила легкая дурнота, но Хизаши напомнил себе, что он не какой-то слабый человечишка и видал вещи пострашнее. Спустился ниже и почуял в чужой «кормушке» живую энергию.

Он не стал тратить время и осторожничать, достал веер, воспользовался порезом на пальце – пришлось расковырять поджившее – и начертил несколько размашистых символов на нем. Взмахнул, закручивая ки, и паразитирующая сеть лопнула, разбрызгивая вонючую жижу, и из-под потревоженных тел выбралась сначала девушка, а потом парень.

– Ходить можете? – спросил Хизаши и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Тогда идёмте.

Людям было на вид лет по четырнадцать, младше Кенты, и не только лицом. Они пугливо жались друг к другу, тонко подвывали, но шли, шаркая босыми ногами по ступенькам. Хизаши торопился, но не потому что боялся наткнуться на того, кто устроил здесь свое гнездо. Нет, если бы он решил наказать непрошенных гостей, давно бы явился.

Хизаши вышел в главный зал и обнаружил, что натянутые нити снова обмякли и стали просто хрупкими мягкими гроздями паутины. Кента ждал возле двери, напряженно держа ножны так, чтобы быстро выхватить меч в случае опасности. При виде Хизаши его рука расслабилась, но снова сжала оплетку, едва следом за ним вышли еще двое.

– Ты цел, – утвердительно кивнул Кента и руку с меча убрал.

– Я да, но там внизу много тех, кому повезло меньше. Позже расскажу.

Кента переключил внимание на людей, и лицо так сразу помягчело, что Хизаши даже приревновал. Что поделать, стоило помнить, какой Куматани Кента жалостливый.

– Ребята, как вы здесь оказались? С вами все хорошо? Вы сильно пострадали?

Сквозь тонкие сёдзи просачивался лунный свет, позволяя лучше изучить спасённых. Они казались невредимыми, скорее оглушенными страхом и истощенными. Парень вообще уставился перед собой так, будто ничего не видел и не понимал, а девушка цеплялась за него, однако смотрела настороженно, но прямо. Если судить по одежде, крестьяне, и вряд ли что-то связывало их с «Цветочным домом».

– Онемели от ужаса, – фыркнул Хизаши и заслужил неодобрительный взгляд Кенты.

Тот опустил ножны, чтобы не пугать никого, и продолжил:

– Меня зовут Кента, это Хизаши, мы оммёдзи. Расскажите, откуда вы и что случилось, и мы поможем.

– Кхм, – выразительно кашлянул Хизаши, который не собирался нянчиться ни с кем. Вывели из подвала и хватит. Дальше сами.

Парень продолжал молчать, а девушка наконец отлипла от него и вцепилась в руку Кенты.

– Отведите нас домой!

– У нас важные дела, – встрял Хизаши.

– Конечно, мы вернём вас домой, – согласился Кента, но руку осторожно высвободил. – Показывайте дорогу.

Дети вышли на улицу, а Хизаши за локоть остановил Кенту в дверях.

– Не надо нам с ними идти, – тихо сказал он.

– Предлагаешь бросить бедняжек посреди ночи после того, что они пережили?

– Мы не знаем, что они пережили.

– Ты сам сказал, что нашел их среди мертвых тел.

Хизаши прижал пальцы ко лбу, чтобы собраться с мыслями.

– Я не чувствовал живой энергии, пока не нашел их. Тебе не кажется это странным?

– Ты думаешь, они…

И снова Кенте удалось удивить.

– Ты мне веришь?

– Ну конечно. – Кента улыбнулся и похлопал его по груди. – Но мы все равно пойдем с ними, просто будем начеку. В конце концов, это может быть недоразумение.

Хизаши согласился. Уж он не спустит с детишек взгляда, пока они или покажут свою истинную суть, или просто приведут их к другим людям.

Снаружи ветер гонял облака, и звёзды мигали, то появляясь, то исчезая под их мрачной тенью. В воздухе ещё заметно ощущалась дождевая взвесь, но самое неприятное осталось позади. Чуть позже они узнали, что девочку зовут Эри, а ее брата Рюхей. Они и правда были довольно похожи, если бы лицо Рюхея хоть что-то выражало.

– Он отсталый? – прямо спросил Хизаши, ткнув в мальчишку веером. Эри потупилась.

– Говорят, при рождении я забрала часть его души, поэтому он такой… Но братец все понимает! Просто не может сказать. Правда, братец?

Она прильнула к его плечу, и Рюхей впервые за все время издал звук – испуганно замычал, вращая глазами.

– Бедняга, – посочувствовал Кента. – Я ведь могу его понять…

Хизаши знал, о чем он. О том времени, когда телом управлял Хироюки, заставляя Кенту лишь наблюдать изнутри за тем, как его руки обагряются кровью невинных. Не иметь воли – это страшно.

Ещё Эри рассказала, что они с братом собирали грибы в лесу, но Рюхей потерялся, а когда она его нашла, то что-то упало на них сверху, опутало с ног до головы, и после этого она ничего не помнит. Большие глаза девочки – да что там, уже почти девушки – наполнились слезами, и она снова кинулась брату на шею.

Они оба всё ещё казались Хизаши странными, но он ощущал человеческую ауру и мог лишь внимательно следить за каждым шагом брата и сестры. Они свернули с дороги, знакомой Хизаши по встрече с повозкой, груженной овощами, а вот этой тропкой он шел впервые. Луна ярко освещала путь, но тени от высоких деревьев стали еще гуще и чернее, они словно тянулись к людям в попытке то ли сожрать, то ли остановить. Кента сбавил шаг, и Хизаши пристроился по правую руку, ожидая, что он скажет.

– Не смотри на них так,