"Фантастика 2023-178". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Первухина Надежда Валентиновна

Флоренс как накликала – на моем столе засветился личный кристалл Мокриды.

– Благословенны будьте, Мокрида.

– Юлия, вы на месте. Это хорошо. Немедленно поезжайте к Лео и заберите у него последние эскизы ведьмовских плащей. Когда вернетесь, приготовите мне зеленый чай. Это все.

Кристалл потух. Я развела руками:

– Вот, я уже нагружена работой. Хотя мне ужасно не хочется снова идти в лифт. Вдруг он приедет куда-нибудь не туда?

– Сохраняй спокойствие, и все будет нормально, – напутствовала меня Флоренс.

Я вняла совету и поехала на седьмой этаж, предварительно оградив себя заклятием от всех темных сил.

Пошивочный цех гудел как потревоженный улей. Рядами стояли швейные машинки, как обычные, так и магические. Рулоны разнообразных тканей лежали на огромных раскроечных столах, тут и там в нелепых позах попадались манекены. И над всем этим шумом и гамом царил Джеймс Ласт, видимо, глава цеха был или была его большим поклонником (поклонницей).

Я подошла к швее, которая как раз оторвала взгляд от оверлока и подняла голову. Лицо ее было прекрасным, но утомленным, и я увидела, что это фея.

– Добрый день, – сказала я фее. – Где я могу найти господина Леопольда Ансельма Первого?

– Кабинет кутюрье в конце зала, – сказала фея. – Я могу проводить. Все равно у меня сейчас пятиминутный перерыв.

Она повела меня между рядов швейных машинок, мимо гладильных прессов, мимо манекенов и лекал, выглядевших как иероглифы.

Это действительно был кабинет. Дверь его была обшита позолоченной кожей, ручка инкрустирована стразами, а на сияющей (видимо, платиновой) табличке было выгравировано:

Я поблагодарила фею и деликатно постучала в кабинет. Стучать по позолоченной коже – дело малоэффективное, поэтому я нагло взяла и открыла дверь.

И застала великого кутюрье парящим в воздухе в каких-то голубых прозрачных тряпках.

– Извините, – сказала я и с интересом посмотрела на кутюрье. Был он симпатичным в общем-то мужчиной, если б не портили его сотни три длинных белобрысых косичек на голове.

– В чем дело? – визгливо закричал кутюрье, не опускаясь, впрочем, на землю. – Вы кто такая? Вы понимаете, что помешали творческому процессу?!!

Я плотно закрыла за собой дверь, отсекая шум пошивочного цеха.

– Благословенны будьте, и прошу меня извинить, – смиренно сказала я. – Я младший секретарь Мокриды Прайс, это она прислала меня.

– Зачем?! – простенал великий Лео и наконец соизволил опуститься на пол. Тут же он рухнул в огромное кресло, словно тощие волосатые ноги не держали его. – Зачем я вновь понадобился этой меднолобой женщине?!

Меднолобая женщина? Круто. Интересно, Мокрида знает, как ее называют ведущие специалисты отрасли?

– Она просила передать эскизы новых моделей плащей для ведьм, – сказала я и присовокупила от себя: – Если они, конечно, готовы.

– Готовы, – раздраженно отмахнулся Лео. – Вон, лежат на журнальном столике. Верхняя стопка. Двенадцать листов. Не перепутайте там ничего!

Я подошла к журнальному столику и стала отбирать эскизы. Невольно я залюбовалась тем, что набросал Леопольд Ансельм. Он действительно был художником и модельером от самой святой Вальпурги.

– Нравится? – неожиданно спросил меня Лео.

– Да, – совершенно искренне сказала я. – Это великолепно.

– Еще бы. Ну а теперь забирайте эскизы и проваливайте. И не смейте мне мешать!

Я поклонилась и, забрав эскизы, покинула кабинет великого кутюрье, понимая, что насчет его самодостаточности Флоренс была права.

В лифте я еще раз рассмотрела эскизы. Чудесно. Я бы сама не отказалась носить такие плащи, особенно отправляясь на какой-нибудь шабаш…

На лист капнуло, и в то же время мигнуло электричество. Я, и так взведенная до предела всякими сюрпризами, смахнула каплю с листа, свернула эскизы трубкой…

И следующая капля упала мне на ладонь.

И следующая.

И следующая.

Они были нежно-голубого цвета и слегка опалесцировали. Скоро они перестанут светиться.

Потому что остынут.

Потому что на мою ладонь капало не что иное, как кровь феи.

Это-то я уж знала наверняка, и никаких тут не было галлюцинаций.

Я посмотрела вверх. Там, где у лифта полагалось быть аварийному люку и светильникам, что-то темнело. Как в лучших традициях фильма «Молчание ягнят».

Я положила эскизы на пол и медленно поднялась к потолку, понимая, что, кажется, нарываюсь на очередное злоключение. Я превратила один свой палец в отвертку и вывинтила все шурупы люка. И сняла его.

И мне на руки упало тело. Той самой феи, что провожала меня до кабинета Лео.

А теперь она была мертва, и я знала причину ее смерти.

В ее горле торчал большой железный гвоздь.

Всем известно, что феи не выносят железа.

Вот так я и приехала на свой тринадцатый этаж – с мертвой феей на руках.

ГЛАВА 4

– Строение тела феи лишь внешне напоминает строение человеческого тела, – проговорила моя тетя, подливая мне чаю, заваренного на пятнадцати видах успокоительных трав. – Поэтому неудивительно, что с прекращением земного бытия тело феи переходит в иное состояние.

– Она растаяла! Просто растаяла!

– Именно. Феи на девяносто процентов состоят из воздуха. Поэтому, разлагаясь… Не морщись, Юленька! Итак, разлагаясь, они возвращаются в воздушное состояние.

Я сидела дома. В связи с недавними событиями в «Медиуме» мне позволили уйти пораньше. Ну, если честно, я немножко посимулировала обмороки и ахи к месту и не к месту. Потому я сейчас сидела с Анной Николаевной, пила чай, собственноручно ею приготовленный, и вела разговор на тему фей. Из музыкального центра лился дуэт для гитары и флейты allegro maestoso Maypo Джулиани, на коленях у меня сидела Мадлин, самая лучшая на свете кошка-ведьма, и позволяла чесать себя за ушком… На столе горели свечи в старинном канделябре, кондиционер прогнал вечную городскую жару… Словом, замечательна обстановка для того, чтобы поговорить об убийстве.

Нет, я забегаю вперед. Надо вам рассказать и о том, как я появилась на нашем тринадцатом этаже. Представьте: открываются двери лифта, и я вхожу в приемную с телом мертвой феи на руках (да, а в правом кулаке у меня еще зажаты эскизы Лео). Увидев меня и фею, Флоренс делает большие глаза. Они и так у нее немаленькие, а тут – ну просто озера.

– Что это? – шепотом спрашивает Флоренс.

– Вот это – эскизы Лео. Возьми их у меня, пожалуйста. Спасибо. А это, – я кладу на пол тело, – фея. Точнее, труп феи.

Флоренс не визжит, как на ее месте завизжала бы всякая порядочная секретарша при упоминании о трупе. Флоренс говорит мне потрясающую фразу:

– И зачем ты ее сюда притащила?

Я разеваю рот. Потом до меня доходит.

– Флоренс, ты думаешь, я сама ее убила?! Уверяю тебя, ты ошибаешься. Этот труп в прямом смысле слова свалился мне в лифте на голову. Его кто-то сбросил на крышу лифта.

Тут и до Флоренс доходит, что это все-таки убийство, а не корзинка с рассыпавшимся мусором.

– Святая Вальпурга, что же делать? – шепотом кричит Флоренс.

– Вызывать охрану, местную полицию, еще кого-нибудь, – говорю я. – Смотри, она уже становится полупрозрачной, она тает!

– Вот и пусть тает, – стиснув зубы, говорит Флоренс.

– Ты спятила? Это же преступление!

Я слишком громко это говорю. Из своего кабинета на мой крик появляется сама Мокрида Прайс.

– В чем дело? – Она смотрит на нас своими желтыми с вертикальным зрачком глазами. – Почему крики в приемной? Юлия, вы привезли эскизы Лео?

– Да, вот они. – Флоренс протягивает Мокриде эскизы. Та берет их с величавостью королевы. И с той же величавостью задает вопрос:

– Что тут у вас происходит?

Флоренс открывает было рот, но я предупреждаю ее:

– Флоренс, позволь мне. Видите ли, Мокрида, когда я с эскизами ехала обратно на лифте, мне на руки упало сверху несколько капель. Я поняла, что это кровь феи. Поднявшись к потолку, я открыла люк, и на меня выпало тело. Вот это тело.