Выбор Шивы - Дэвид Вебер

– Осталось десять секунд, – внезапно охрипшим голосом проговорил Маккена.

Время тянулось мучительно медленно. Когда до столкновения оставалось три секунды, произошло нечто удивительное. Облака, окутывавшие Планету III как струи тумана, внезапно стали расходиться концентрическими кругами от черной точки, которая тут же покраснела. Буквально пронзая на своем пути воздух, Молот-3 ворвался в атмосферу со скоростью пушечного ядра диаметром в триста километров.

Ванесса созерцала это зрелище всего две секунды. Потом Молот-3 скрылся в темном полушарии планеты. Прошла еще одна бесконечная секунда, и в далекой темноте вспыхнул колоссальный ослепительный шар. Тьма озарилась ярким заревом. Тепловой удар породил ударную волну, столкнувшуюся с потоками воздуха, возмущенными полетом астероида и начавшую стремительно распространяться во все стороны от места его падения. Вслед за ней по поверхности океана покатились стометровые водяные валы, которым на протяжении ближайшего часа предстояло затопить прибрежные равнины и разбиться о склоны гор. Землетрясения, потрясшие планету вдоль всех разломов ее коры, с высоты космического пространства были просто незаметны, как и град раскаленных камней, взлетевших в воздух в момент удара и теперь сыплющихся вниз. Впрочем, прятаться от него на Планете III было уже некому.

Удары двух подоспевших астероидов-молотков не произвели ни на кого особого впечатления, а в прилетевшем вслед за ними Молоте-3 вообще не было необходимости.

Ванесса повернулась к умолкшим офицерам, только что ставшим свидетелями самого страшного разрушительного акта, когда-либо осуществленного разумными существами, и с каменным лицом заговорила:

– Коммодор Маккена, поздравьте от меня лично коммодора Тальяферро с успешным завершением операции «Град»! Затем свяжитесь с клыком Кораазом. У противника вряд ли осталось много камикадзе, а уцелевшие защитники этого «паучьего гнезда» наверняка страдают от психического шока. Мы расправимся с остальными планетами обычными средствами…

Владетеля Хинака и офицеров его штаба встречали на борту «Ли Чей Лу» с подобающими воинскими почестями. Теперь, когда союзные флоты вращались вокруг безжизненной Планеты IV, у адмиралов было время на такие развлечения.

Пригласив орионцев в адмиральский салон, Ванесса невольно взглянула на стенной электронный календарь, показывавший 23 января 2370 года по земному исчислению.

«Как летит время!» – подумала она.

Прошло чуть более земного года с тех пор, как союзные флоты оказались в этой звездной системе. Операция «Град» была долгой и дорого им обошлась. Даже орионцы притихли, вспоминая о потерях, которые понесли во время отчаянных схваток, бушевавших вокруг астероидов. Погибла почти треть кораблей объединенного флота. Двести четыре корабля – семь мониторов, сорок пять сверхдредноутов, двадцать линкоров, девять ударных, восемнадцать эскадренных и девятнадцать легких авианосцев, тринадцать тяжелых крейсеров, двадцать два легких крейсера и шестнадцать эсминцев – погибли ради того, чтобы превращенные в страшное оружие астероиды достигли своей цели. Погибла и почти половина истребителей, участвовавших в сражении. До войны такие потери было трудно себе представить, но…

– Ну что, адмирраал Мурракуума, – спросил Корааз, пробудивший Ванессу от мрачных мыслей, – вы получили подтверждение?

– Да, владетель Хинак! У нас было предостаточно времени для изучения окраин системы во время подготовки астероидов. Там ничего нет. Коммодор Абернать уверена в том, что в этой системе больше нет живых «пауков». Предлагаю оповестить об этом курьерской ракетой Объединенный комитет начальников штабов.

Корааз перевел дух и протяжно замурлыкал:

– Значит, у них осталось только одно «гнездо»!

– Не забывайте об их базе в Рабале! – напомнила орионцу Ванесса, вспомнив сообщения Фуджико.

– Я помню о ней, но ведь Звездный Союз готовится нанести по ней сокрушительный удар. Это будет очень крупная операция, но наши новые союзники, кажется, считают, что спешить с ней ни к чему.

– Это верно! – (Фуджико писала Ванессе именно об этом.) – Рабаль полностью окружен, «паукам» никуда из него не деться, а альтаирцы хотят перед штурмом как следует освоить новые технологии, предоставленные нами в их распоряжение.

– Они наверняка сами справятся с «паафуками», некогда посягнувшими на их миры, – сказал Корааз. – Выходит, нам осталось последнее дело. Наши флоты наконец объединятся с флотами клыка Заарнака и клыка Прресскотта! – У Корааза сузились зрачки, и Ванесса не узнала хорошо знакомого ей орионского космополита. – Наконец-то прославленные воины соберутся вместе!.. Ах, как это похоже на одно из наших прекрасных преданий! Думаю, к нам присоединится сам владетель Тальфон, чтобы отомстить «паафукам» за гибель своего брата по крови! Хан наверняка смилостивится и позволит ему присутствовать при уничтожении последнего «паафука» во Вселенной!

Глава 33

Круг замкнулся

Марк Леблан заметил знакомую фигуру в дальнем конце обширного зала, освещенного лившимися в высокие окна косыми лучами главного светила альфы Центавра.

– Кевин!

– Господин адмирал, как я рад!.. – начал было Кевин Сандерс, но тут же опомнился и вытянулся по стойке «смирно».

– Да бросьте вы! – Леблан широкими шагами пересек зал и крепко сжал руку любимого ученика, которого не видел уже добрых полтора года. – Я не знал, прибудете ли вы с первым клыком Юнатааром, и тоже очень рад вас видеть!

– Господин адмирал, осмелюсь заметить: вы прекрасно выглядите!

Это было святой правдой, хотя борода Леблана и окончательно поседела. Воздух Зефрейна явно шел ему на пользу.

«Кроме того, здесь адмирал Муракума!» – подумал спрятавший улыбку Сандерс.

– Поздравляю вас с новым званием. Вы давно его заслужили!

Леблан, кривя душой, начал было мотать головой. В военное время продвижение по служебной лестнице идет очень быстро, но это касается в основном боевых офицеров, а не разведчиков и прочих военных специалистов, не имеющих возможности прославиться в сражениях. Сандерс, например, все еще был лейтенантом. На рукавах же кителя Леблана теперь была широкая полоса и целых две узких. Он наконец стал вице-адмиралом, а на большее военный разведчик обычно и не рассчитывал.

– Здесь вроде бы все по-прежнему, – заметил поспешивший перевести разговор на другую тему Леблан. – Сколько же времени прошло с тех пор, как…

– Пять лет и восемь месяцев, – тут же ответил Сандерс; и оба заулыбались. – Перед вашим появлением я как раз думал о нашей последней встрече в этом зале.