Тень великого колдуна (СИ) - Шумских Светлана Геннадьевна

Скорее всего, когда-то Алдай как и мы, «добровольно даровал» свое добро клюзаям, и, боясь расставаться с мечом, безвылазно проторчал в Элгае Зарече, надеясь на чудо. И вот чудо свершилось…

— Кто это был? — Тихо спросила я. — Мать? Сын? Любимая?

Ответом послужил дикий полувопль-полурык, за которым без промедления последовал удар припрятанным за спиной ножом, смертельный… со скидкой на принцип неожиданности.

Принцип неожиданности подействовал, как всегда, безотказно. Отблеск лампы скользнул по лезвию и отразился на удивленной физиономии извозчика. Еще бы не удивленной! Останешься тут хладнокровным, если вместо того, чтобы заливаться кровью и падать плашмя на землю, жертва бесцеремонно проваливается сквозь нее. Мужик на всякий случай еще разок пошинковал воздух перед собой, вдумчиво попинал носком сапога камешки, и только потом додумался обернуться.

— А-а-а! Чудище!

На себя бы посмотрел. Выпученные красные глазища в желтом ореоле. Переливчатый сине-лиловый нос. Гнусная зеленая харя, которая по мере того как к ней от испуга приливала кровь, окрашивалась в ровный оранжевый оттенок. После такого даже у меня возникают сомнения в необходимости ночного зрения.

Я напала первой, не дожидаясь, пока он прочистит горло.

Слегка присесть. Вынырнуть из-под плеча, как раз за спиной. Обхватить обеими руками голову. Нажим. Резкий разворот. Хруст шейных позвонков.

Разом обмякшее тело медленно опустилось на землю.

— Умбра…

Гёт, как некстати!

Из телеги, потирая глаза, выбиралась заспанная Шушуня.

— А что с дядей Алдаем?

Переборов дурацкое желание спрятать труп за спину, я шагнула навстречу девочки и успокаивающе улыбнулась. Шушуня попятилась.

Эх, совсем забыла, как сейгеш выглядит моя улыбка. Идиотка, еще бы порычала для пущего эффекта! Пришлось снова тратить силы на преодоление Порога.

— Не пугайся, пожалуйста. Дядя Алдай просто хотел напасть на нас, пока мы спим, но поскользнулся и нечаянно помер.

— Опять ты врешь. — Напыжилась малявка, складывая руки на груди. — Скажите ей!

Честно говоря, я не поняла, кому предназначалась последняя фраза, только успела почувствовать какое-то движения за спиной. В следующее мгновение в глазах потемнело от сильнейшего удара. Земля наотмашь хлестнула меня по лицу, впившись в кожу колкими травинками.

На спину, как будто взвалили огромный куль пшеницы… или, уселись сами. Чья-то наглая рука схватила меня за подбородок, задирая голову вверх. Я знала, что последует дальше. Дальше по всем пособиям ведения боя следовало быстрым уверенным движением перерезать яремную вену.

Но то ли мой противник забыл нужный раздел и решил быстренько сбегать в библиотеку, то ли просто почувствовал срочное желание отлучиться, но хватка исчезла вместе с ощущением «куля» на спине, чем я не преминула воспользоваться, откатившись в сторону и вскочив на ноги.

Творилось нечто невообразимое. Алдай, тот самый Алдай, которого я только что собственноручно со стопроцентной гарантией превратила в покойника, крутился по поляне, пытаясь скинуть с себя маленькую девочку, вцепившуюся в него всеми зубами и ногтями.

Я попыталась достать клинок. Куда там. Наскоро напутанные веревки сплелись в мертвые узлы, накрепко связав нас с мечом в общий пучок. Что же делать?

Извозчик уже совладал с разбушевавшимся чертенком, одной рукой перехватив девочку за косы, а другой занося нож.

Я вынырнула справа, одновременно выворачивая его левое запястье и наклоняясь, чтобы защитить шею и подставить под лезвие перепутавшийся комок веревки на боку. Нож прошел дальше, чем рассчитывалось, даже не задев веревки, зато вспорол толстую кожаную ткань и ощутимо впился в правое бедро, запечатлев на моем лице гримасу боли, а на лице извозчика победную ухмылку.

Но через миг наши лица поменялись выражениями, отразившись друг в друге, как в кривых зеркалах. Острие меча пробило его грудную клетку, выскочив с другой стороны меж лопаток. Я обхватила рукоять обоими ладонями, и, проскальзывая ногами по примятой траве, навалилась всем телом, вогнав клинок по самую крестовину так, что мужчина оказался крепко пришпиленным к земле, а я, по несчастливому стечению обстоятельств, надежно привязанной к нему.

Алдай зарычал и задергался, извергая молнии, не хуже грозового неба над головой, а потом неожиданно затих, подмигнул мне и хитро улыбнулся. Упади небо! Да ведь он провел меня, как наивную дурочку.

Извозчик прямо таки расцветал, словно из меча в него потоком вливалась целебная Элгайская настойка на семи травах. Плечи заметно раздвинулись. Под натянутой на кости кожей забугрились мышцы, превращая суповой набор в роскошный гуляш. Темными каналами вздулись переполненные свежей кровью вены.

В общем, не успела я и глазом моргнуть, как передо мной вместо заморенного цыпленка очутился могучий великан, способный повергнуть в бегство целую орду амореев, не говоря уже про среднестатистическую нежить. Казалось еще немного и этот исполин одним мощным скачком поднимется на ноги, вместе с хлипкой тенью, висящей на одном конце меча, и квадратным кушем земли на другом.

Страх, промелькнувший на моем лице, не остался незамеченным.

— Скоро, очень скоро я до тебя доберусь. — Умиротворенным, и оттого еще более жутким голосом, произнес Алдай. — И тогда тебе не помогут твои тваревы ужимки.

Я только плотнее стиснула зубы и покрепче сомкнула руки на рукояти, лихорадочно соображая, что же делать дальше. Убежать на этот раз точно не получиться, не зубами же веревку грызть. Думай, голова, думай. Что я знаю? Клинок напился удужьей крови и теперь передает все свои силы своему хозяину. Скорее всего, в ритуале использован простой принцип магического конденсатора. Меч и человек связаны, как два проводника с разными потенциалами. Еще! Между проводниками обычно устанавливается искусственная среда практически не проводящая магию — непроводник. Еще! Все силовые потоки направлены от меча к человеку, с увеличением расстояния магическое поле и ослабевает, а с уменьшением усиливается. Напряжение, кстати, тоже увеличивается. И что это нам дает?

— Сначала я убью тебя, потом того мужчину, а детей оставлю на сладкое! — Предвкушающее прошипел извозчик. — Их я выпью до последней капли.

— Точно, и как я сразу не додумалась!

— Что ты там бормочешь, глупая женщина? — Скривился Алдай. — Говорю же, убью сначала тебя, потом…

— Может, и женщина, может, и глупая. — Сквозь зубы выдавила я, мысленно прощаясь с еще одним годом жизни. — Но у меня в отличие от тебя высшее законченное магическое образование.

Я разжала пальцы, отпуская ощутимо нагревшуюся рукоять.

В тот же момент в ночное небо взвился сияющий столп синего света.

Веревка на рукояти вспыхнула острозубым пламенем-циклей, немного подпалившим многострадальную куртку, и опала к ногам Ура, свобода!

Алдай отнюдь не разделял моей радости. Его тело вздрогнуло и начало резко уменьшаться в размерах, будто надутый перепончатый мешок быка, проткнутый шаловливым мальчишкой.

— Что происходит?! — Взволнованно закричал извозчик истончившимся до поросячьего визга голосом. — Что ты наделала, тварь?!

— Увеличила напряжение. — После пережитого потрясения, неудержимо тянуло упасть в обморок, но еще больше — позлорадствовать. — А избыточное напряжение вызывает пробой непроводника и полную разрядку проводников… короче, ты сейгеш потеряешь всю жизненную энергию, то есть, говоря простым языком, самым натуральным образом окочуришься.

Обтянутый рваной кожей скелет Алдая разявил беззубую пасть в страшном, отчаянном вое. — Не-е-ет! Не хочу!

Отползти я была не в силах, и чтобы не смотреть на уродливое истлевающее тело подняла глаза в небо…  и на какое-то мгновенье позабыла обо всем на свете, пораженная невероятной красотой. Некогда плененные души медленно, но уверенно прокладывали себе путь к свободе. По прямым, как струна арфы, синим лучам, скользили белые сияющие силуэты. Вверх, за грозовые облака, за покровы ночи, за границы…