Бастард (СИ) - "Nar Garcvorg"

Санса помнила, как играла с ним раньше. Он и Робб катали ее в богороще, бегая на четвереньках, изображая то ли лошадей, то ли лютоволков, а потом Джон угощал их пирожными, которые стянул с кухни, и они вместе смеялись над чем-то ужасно глупым. А потом Джон убежал к Арье.

Джон всегда пытался как-нибудь им угодить и всегда ставил Арью на первое место. Он носил Арье ягоды, цветы и резные фигурки, рассказывал сказки и трепал волосы, играл в рыцаря и носил на плечах. Сансе тоже доставалось, но намного реже. Он будто говорил этим, что Арья лучше нее. Но Джон бы хорошим старшим братом. Не веселым, как Робб, а старшим-старшим, умным, серьезным и заботливым.

А потом мама рассказала, что Джон не ее брат и что из-за него отец потерял честь.

И стоило маме это сказать, как Джон действительно перестал быть ее братом.

* * *

Дейси окинула взглядом остров. Замок на нем впечатлял — он казался никак не меньше Винтерфелла. И намного уродливей. На башнях, которые, из-за скал, были вдвое выше Винтерфелльских, развевались черные знамена с золотым кракеном. Замок состоял из трех соединенных мостами частей, одна из которых вовсе была на скале в море. Как вообще его можно взять штурмом?

К счастью, ей не нужно отвечать на этот вопрос. Сотни лодок и плотов одновременно спускались на воду. Нужно высадиться на остров.

Рана под повязкой снова зачесалась, и Дейси едва не взвыла от раздражения. Как и говорил лекарь, она меняла повязки каждые восемь часов, промывала рану — морской водой, ведь пресной было и так мало — и мазала неприятной желтой смесью. Квентин остался на Орлином мысе, поэтому за ней должен был ухаживать Джон Сноу, но — боги! — Дейси даже смотреть на этого мальчика не могла без желания утопиться в бочке и следила за раной сама.

Неудачно.

С каждым днем рана чесалась все сильнее. Дейси даже начала чувствовать противный сладковатый запах, когда снимала повязку.

Проклятое вино. Проклятый кислолист. Проклятый Пайк.

Когда два дня назад они прибыли на Харлоу, остров был почти целиком захвачен. Каково же было ее разочарование, когда Дейси поняла, что на Харлоу нет ни короля, ни лорда Старка, ни Джораха — все они были на Старом Вике, который защищали даже более рьяно, чем Пайк. Людьми на Харлоу командовал принц Станнис, пленивший Виктариона Грейджоя у Светлого острова.

Дейси сразу не понравился этот мужчина. Станнис был очень высок, но худ, а обветренное лицо со впалыми щеками походило на деревянную маску. Его скулы были всегда напряжены, отчего казалось, что он все время терпит боль, жесткий взгляд голубых глаз даже Дейси заставлял неловко ежиться, и говорил принц так, будто каждый день грыз камни.

Давос описывал своего сюзерена совсем по-другому.

Этот моряк с обрубленными пальцами ей нравился куда больше.

Словно услышав ее мысли, Давос оказался рядом и задумчиво оглядел остров. Дейси изображала угрюмость до последнего, но все же заговорила первой.

— Вы бывали здесь раньше, сир?

Он пожал плечами.

— Здешние жители никогда не нуждались в контрабандистах.

— Будет сложно высадиться?

— Откуда мне знать, миледи? — пожал плечами Давос, — Я не воин.

Дейси постаралась скрыть улыбку. Мало кто из взрослых мужчин мог бы признать свое невежество перед девушкой.

— И у вас не найдется совета? — в ее голос все же пробралось самодовольство.

— Для вас? — улыбнулся Давос, — Для вас найдется. Не бейтесь. По моему опыту, нет ничего хуже, чем морская вода в открытой ране.

Благодушие Дейси исчезло в мгновение ока. И он туда же. Она развернулась на пятках и широкими шагами направилась в каюту.

В ней кипел гнев. У Дейси были раны и похуже этой! Год назад топор какого-то одичалого едва не переломил ей хребет, лишь чудом просто вспоров спину. Это остановило ее? Нет! Они гнали тех ублюдков еще два дня, пока они не сбежали в горы, и рана болела все то время! Огромный шрам у нее на спине — доказательство.

А сейчас какой-то удачливый лучник попал ей в бедро, а она слишком криво вынула стрелу. Разве рана заставляла ее дергаться при каждом движении? Разве, охромев, она стала сражаться хуже обычного ополченца? Нет и нет. Тогда почему каждый, даже стальной Станнис, пытался оставить ее на Харлоу?

В дверь постучали.

— Кто еще там?! — рявкнула она, едва не запустив в дверь булавой.

Здесь даже сломать ничего нельзя — ведь все вокруг принадлежало Давосу, вечно спокойному и доброму контрабандисту.

— Джон Сноу, миледи, — детский голос был холоден, и Дейси еще сильнее разозлилась, но теперь уже на себя. Она сделала несколько вдохов и насколько могла спокойным голосом ответила:

— Заходи, — она ожидала обвинительного взгляда, но зашедший внутрь мальчик лишь смущенно на нее посмотрел и уставился в пол. Видимо, эта холодность в голосе — попытка успокоиться. Наверняка перенял этот способ у отца, — и хватит называть меня миледи. Я — Дейси, забыл?

Мальчик покраснел еще сильнее и, казалось, был готов убежать. Почему-то это вызвало у нее улыбку.

— Мил… Э-э-э… Дейси. Можно вопрос?

— Я была пьяна, — быстро ответила Мормонт. О, конечно, она знала, что это был за вопрос, — пьяна, устала и этот треклятый кислолист… Извини. Но ты все равно молодец. Вот. Спасибо.

Закончив, она поняла, что ее лицо снова горит от стыда, будто она только что проснулась в шатре и вспомнила, как приставала к ребенку.

Джон тоже покраснел, но теперь смотрел прямо на нее.

— Я не о том. Мастер Квентин мне все объяснил про кислолист и вино, и… неважно, — он встряхнул головой. — Вам… тебе нельзя участвовать в высадке.

Дейси схватила булаву, уперла ее в грудь мальчика и процедила сквозь зубы:

— Пошел вон.

Джон побледнел, но не отвел от нее взгляда.

— В воде ты занесешь заразу…

— Как вы меня достали, — рыкнула Дейси, не давая мальчику закончить. — Убирайся!

Она схватила Джона за рубаху одной рукой и, легко оторвав от пола, вышвырнула из каюты. Мальчик вскрикнул, ударившись спиной о стену, но каким-то образом успел подставить под себя ногу, чтобы не упасть. Дейси захлопнула дверь.

Шагов она расслышать не смогла.

Уже через минуту она пожалела о сделанном. Джон думал, что поступает правильно. Дейси на его месте поступила бы так же.

И ладно. Пайк скоро падет, а с Джоном Сноу она едва ли еще увидится. Но она будет сражаться. Дейси Мормонт не трусиха.

Через час она уже сидела в лодке рядом с десятком воинов — командовать она будет лишь ими.

Железнорожденные, конечно же, ждали их. Островитяне дали лодкам подойти поближе, почти на половину полета стрелы, а потом осыпали их смертельным дождем.

— Щиты! — рявкнула почти сотня глоток.

Несколько криков захлебнулись, когда волна стрел их достигла. Дейси успела прикрыться, а вот парню рядом не повезло — стрела воткнулась ему в шею, и на лицо Мормонт брызнула кровь.

Дейси выхватила из мертвых рук весло и, прижавшись к воину спереди, начала грести. Волна стрел закончилась через несколько мгновений. Лишь изредка меткие выстрелы разили опустивших щит или высунувшихся солдат.

Берегут стрелы. Умные.

Когда до берега оставалось меньше двадцати ярдов Дейси почувствовала, как лодку начинает сильно раскачивать. Что происходит? Она не успела вскрикнуть, когда мир наклонился, лодка перевернулась, и девушка, ругнувшись, рухнула в воду.

Давос был прав. Рана на ноге взорвалась болью, едва вода ее коснулась. Дейси неловко дернулась и задела рукой каменистое дно. Хорошо. Не придется скидывать броню и бросать оружие. Выхватив из-за пояса кинжал, Дейси уперлась ногами в дно и выпрямилась в холодной воде.

Оказалось неглубоко, лишь по грудь. Перед собой она увидела незнакомца и попыталась ударить кинжалом. Прежде чем тот, замедленный водой, достиг цели, Дейси получила удар по лицу, от которого перед глазами заплясали звезды. Ублюдок!

Нож вошел по рукоять. Мормонт взглянула на берег — оттуда на нее смотрел наконечник стрелы. Пришлось нырять. Вынырнула она уже с булавой в руке, прямо перед островитянином, стоящим по пояс в воде. Он что-то прокричал, но не успел даже замахнуться топором, когда булава размозжила ему голову. Сбросив со спины щит, она закрылась от стрел и огляделась. Вокруг шло сражение, люди кричали, стонали и задыхались, серая вода подкрасилась кровью.