Душа и Разум (СИ) - Скородумов Михаил

Взмыв над остальным десятком человек, которые уступали по мастерству ведущим бойцам и поэтому не ввязывались в бой, он метнул один за другим три огненных шара. Каждый из снарядов нашел свою цель — и еще три тела упали на пол.

Но самое худшее — теперь окружали его мы, бойцы средней руки, а настоящие мастера только спешили к нам. Радий своего времени не терял — он белой молнией мелькал между нами, нанося по одному стремительному удару. Пару раз он атаковал и меня, но мне повезло один раз уклониться, другой — парировать выпад. Гурий отделался легкой царапиной. Роби оказался сильно, но не смертельно ранен. На счету Хранителя тем не менее оказались еще четыре трупа.

Тем временем подоспела верхушка силы. На ходу выпивая флаконы с восстанавливающем энергию зельем, они снова стали теснить Радия.

Оп — мое слабенькое Громовое Копье попало в плечо Хранителю. Сильно не ранило, но сбило с темпа, из-за чего он начал проигрывать. Раз — топор Дарриса зацепил его за бедро. Два — меч Феликса прошелся по предплечью. Хранитель получал легкие раны одну за другой. Видно было, что он начинает уставать.

Хлобысь — Гурий использовал какую-то даже не заклинание, а просто манипуляцию энергией, попав в Радия. И снова ошибки со стороны последнего, принесшие уже серьезные ранения оному. Силы Третьего Хранителя стали подходить к концу. Все же он сражался сразу против пятнадцати человек, плюс-минус. Вот он, разменявшись на шрам через все лицо, пронзает копьем грудь одного из наших. Вот, теряя левый глаз, лишает другого ноги.

И вот — получив сразу три раны в ноги, он вырывается из окружения, несется в угол здания и поднимает над собой странный амулет.

— Внимание! — закричал Даррис, ожидая чего-то мощного.

Амулет засиял фиолетовым светом.

— Энлирион, друг, помоги! — Крикнул Радий, но…

Меч, оплетенный жёлтой молнией, отрубил Хранителю руку. Амулет упал на камень, потух фиолетовый свет. Феликс, тратя последние силы, сносит Радию голову и валится на землю в изнеможении.

— Победа?

— Да, Лоренс. Победа.

Глава 22

Даррис смотрел на дым от погребальных костров. В его голове происходило сражение. С одной стороны, он боялся, что его отряд, а заодно и Орден, будет уничтожен — прямо как эти люди, что лежали сейчас на деревянных ложах, догорая. С другой стороны, он видел, как легко далась победа и ожесточенно спорил со своей «размякшей половиной». Он хотел победить.

Дуновение ветра вывело его из дум. Рядом стоял Феликс — этот странный рубаха-парень, Лидер Ордена Солнца. Однако сейчас глава солнечников был печален и задумчив.

— Чего надо? — буркнул Даррис.

— Тебе не кажется, что все это как-то… неправильно? — хмурился Феликс, — Вот подумай: это же Хранитель. Хранители должны быть очень сильны, а этот… не нравится мне все это.

— Да не бухти. Победили и хорошо. Может, он молодой еще, не воспринял нас всерьез. Меня больше интересует что у него за амулет такой был.

— О, здесь все как раз просто, — улыбнулся Феликс, — он собирался с помощью этого амулета призвать своего друга.

— Друга? — Гурий замер.

— Ага. И он должен быть посильнее Радия. Кстати, интересно, а почему Радий — третий? Их же четыре, вроде как, и, мне кажется, мы должны были сначала встретить четвертого.

— Погоди, не уходи от темы. Радий хотел призвать друга, да? А друзья у него — тоже Хранители.

— Да, и что?

— Хранители не сильно отличаются друг от друга по силе. А с этим мы справились легко. Значит, и его дружок тоже особых проблем не вызовет. Так может… — внезапно Даррис достал из-за пазухи тот самый амулет, потерев сеточку трещин на пурпурном кристалле, — может, нам вызвать его друга? Чем раньше всех уничтожим, тем лучше.

— Ммм… не советую. Это для них разница «чуть-чуть», а для нас они могут отличаться как гора от камешка.

— Резонно. Но Слово писалось людьми. Великими, но людьми. А значит, отличаются Хранители «чуть-чуть» по меркам людей. Все, решено! Завтра отдыхаем, затем вызываем гада!

— Ох не к добру ты это…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

***

— Да чтоб тебя! Дианка, ты можешь как-нибудь поаккуратнее? Лекарь-то наш — волшебник настоящий, но больно-то всерьез!

— Да ну тебя, нюня! — рассмеялась Диана, тыкая копьем мне в бок, — Вставай давай, времени еще полно!

Я поднялся на ноги, недовольно ворча себе под нос. Зацепила она меня несерьезно, но болезненно, сбив в воздухе. Вот и что теперь делать? К лекарю не попрешь — стыдно с такой царапиной. Но и сражаться с пораненной лодыжкой не очень-то хочется. А, была не была! Плюнув на ладони, рванул рубаху и туго затянул узел на ноге. Очень туго — так, что боль перестала чувствоваться. Аккуратно оперся на нее — все-таки больно, черт подери! С детства боли боюсь, чтоб мне пусто было. Но привыкать надо.

— Ну, погоди! — крикнул я Диане, которая с улыбкой наблюдала за мной, — чичас я из тебя говядину сделаю!

— Это какой-то намек на то, что я — корова? — усмехнулась девушка, перехватывая копье, — ну, сегодня ты так просто не отделаешься, будешь бит!

Сдерживая смех, я бросился в атаку.

По палаткам нас загнали пораньше — завтра вроде бы что-то серьезное планируется, так что я решил не тянуть кота за известный орган и отоспаться как следует. Погружаясь в сон, заметил, как Гурий с широко открытыми глазами что-то бормочет. Может, он и правда… того?

***

Погода на следующий день вышла, мягко говоря, неприятная. Темные тучи, низко висящие над землей, и сильный ветер. К тому же вчера мы пересекли некую черту и из леса вышли на скалистое плато. Так что атмосфера была — гнетущая. Но с начальством не поспоришь, и рано-рано утром мы как миленькие стояли в строю и слушали инструктаж.

Оказывается, все было очень серьезно — наш слегка двинутый лидер намеревался воспользоваться артефактом Хранителя и призвать его дружка-товарища. Не знаю, почему он так уверен, что этот амулет призывной, а не создает мощный бабах, но, так или иначе, он еще и безумную штуку вздумал провернуть.

Сразиться с Хранителем один на один.

А точнее, сойтись с ним в отвлекающем поединке, в то время как остальная рота в крысу окружит его и по сигналу атакует магией со всех сторон. Нам даже одноразовые кольца выдали специальные — из тех, что штампуют одно-единственное заклинание. Даррис решил ударить по врагу «Речными молниями». Речная молния — довольно энергозатратное заклинание, бьющее желтоватой молнией в намеченную цель беспрерывным потоком. Шарахнуть сразу тридцатью такими в лицо, бока и спину даже Хранителя — очень серьезно. Обычный среднестатистический человек и от одной в пепел превратится. А эти еще и усилены кольцами…

В общем, да. Наша цель — просто спрятаться в многочисленных расщелинах, дождаться сигнала и шарахнуть по Хранителю «Молнией». А потом импровизировать, на случай, если враг не погибнет. Вот сейчас нам все это и объяснили и набросили на всех заклинание «Эфирного Сокрытия». Еще одна дорогостоящая хреновина, скрывающая нашу энергию от энергетического зрения. В общем, подготовились мы основательно.

Все попрятались, осторожно наблюдая за Даррисом. Пора приступать.

Даррис поднял амулет высоко над головой и что-то проговорил. Камень, вправленный в амулет, засиял ярко-ярко… тучи на небе закрутились в спираль, поблескивая темно-фиолетовыми всполохами…

Не знаю, было ли такое светопреставление во время боя с Радием так как мы были под крышей, но смотрелось эффектно.

Особенно, когда из центра тучевой завитушки вниз устремился пурпурный луч света. Уши заложило от ветра, начал накрапывать дождь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ударив о землю шагах в ста от Дарриса, луч распался на лоскуты и исчез, оставив над землей висеть облако пыли. Сначала думалось, что это каменная крошка, но потом стало ясно, что это Тьма. Однако и темные эманации стянулись в точку и пропали. На их месте стоял рыцарь.

Высокий, под три метра, поджарый, в легкой, но прочной одежде, закрепленной листовидными наплечниками и воротником. Широкий плащ, ниспадающий с плеч и стелящийся туманом по холодным мокрым камням. Шлем, будто выкованный из тьмы, обрамленный хищными гребнями. Мрак, жидким дымом струящийся из Т-образной щели для глаз. Широкий меч, устремленный лезвием вниз, касающийся кончиком камней между ногами воина. Ладони с когтистыми пальцами, покоящиеся на эфесе.