Вечная Любовь - Николай Нагорнов

- Но я всё равно должен найти ее.

Надо уходить.

- Сейчас уже вечер, тем более, праздник. Тебе это лучше сделать с утра.

- Да, действительно...

- А цветы поставь ей вот сюда, на стол. Они такие свежие, простоят и два дня.

Наташа наливает воду в банку, надо поставить цветы. На столе лежит чье-то яблоко.

- "Прекрасно было яблоко, что с древа Адаму на беду..."

Удивительно, почему вдруг вспомнился именно этот шекспировский сонет?

- ...Сорвала... Ева..." Откуда оно?

- Поль Бельский подарил.

- Кто он?

- Наш однокурсник.

- А чем он еще знаменит?

- Своей неординарностью.

Яблоко вращается в руках, и вдруг вспоминается откуда-то: "Змей соблазнил меня, и я ела"...

Из Вечной Книги.

С этого началась история мира.

Это символ. Конечно же, символ какой-то вселенской значимости.

Нет, надо встряхнуться.

- Да... Мне пора.

- Оставайся. Поговорим. Сейчас общежитие пустеет - праздник, а я никуда не хожу, скоро диплом. Потом уеду, буду преподавать в каком-нибудь поселке на Севере.

Да уж, такому человеку не объяснишь, что значит "символ вселенской значимости". Это как будто бы какой-то народоволец шестидесятых годов прошлого века: "Какой светильник разума угас, какое сердце биться перестало..." Хоть устраивай перфоменс: "Некрасов у одра умирающего Добролюбова".

Видимо, стоит остаться на какое-то время. Ведь это Ваша жизнь, Ирина Алексеевна. Это Ваша подруга. С ней Вы, наверное, ведете разговоры каждый вечер, и лучше узнаю Вас, лучше пойму Вас, если узнаю Наташу. Это Ваша жизнь, до сих пор скрытая от меня, неизвестная, и совсем не похожая на вчерашнюю, у Элен в театре и дома за роялем. Там - полетная романтика, романс, роман, а здесь - обычный земной реализм... Ведь никому, наверное, не удается жить в непрестанном полете духа, не касаясь земли...

Да, задержаться ненадолго.

- Вам не хочется остаться в нашем Старом Городе?

- Обращайся ко мне "на ты". Там я буду нужнее всего.

- Но здесь театры, библиотеки, музыка. Здесь цивилизация, в конце концов.

- А чем виноваты дети, родившиеся не здесь?

- Разве дело в одних детях? Дело в принципе: почему почти все люди вообще живут как по компьютерной программе! Посмотри, какие мертвые глаза у большинства людей. И детей. И какой рабский труд - весь день одному отвинчивать гаечки, другому - пришивать пуговицы, третьему - продавать крупу, и так изо дня в день у тысяч и тысяч людей. Разве можно быть человеком, если такая работа тебя оглупляет? Почему люди живут как роботы - им сказали "нельзя!", "делай вот так!", вогнали им в души с детства наборы команд, процедур, программ, пока они еще были детьми и не могли сопротивляться этим командам и выбирать сами, какими им стать и как жить и что делать, и они запрограммировались на всю жизнь и не знают, как стать свободными, и даже не думают об этом... Должны быть какие-то способы распрограммирования разума, чтоб человек стал человеком.

- В каждом человеке обязательно есть человеческое. Не может ни один быть до конца роботом, кроме умственно отсталых и душевно больных.

- Пусть даже и так. Но всё равно - смотреть спокойно, как люди задавлены своими зомби-программами хотя бы и отчасти, - я не могу. Если у нашего мира есть Создатель, Творец, то идеал человека - стать свободным со-творцом.

- А начинается это всегда с незаметного. Отдать бесплатно пирожок голодному. Пожалеть зайца. Перевязать уточке крылышки. И потом, как ты помнишь, все они приходят на помощь царевичу, когда он без них не смог бы самого главного.

- Это было бы слишком просто...

Наташа, ты словно из Лимба, описанного когда-то Данте. И едва ли ты знаешь: в средние века так называли самый верхний слой ада, где остались самые праведные язычники. Лимб - это очень странный мир. Там нет никаких адских страданий, там просто ничего нет. Вообще ничего.

- Человека не изменить сразу и чудом. Нужен долгий труд - очистить его душу, залечить его раны...

- Да нельзя раба превратить в свободного, а уж тем более - в творческую личность!

- А ты пробовал? Человека ведь не изменишь сразу и чудом... Здесь нужны годы, даже десятки лет.

Вот эта наивность и утомляет... Пятилетки нравственной индустриализации, духовной коллективизации...

- Наташа, есть ведь просто наследственность, просто генетика! Как это ты сможешь воспитать Моцартов и Лобачевских из потомков вчерашних крепостных? У них в генах записано, как их прадедов всего сто двадцать лет назад секли вожжами на конюшне... Видимо, оттого они все и спят как под гипнозом: им дали свободу, равенство, братство, а они... не знают, что с этим делать! Может быть, для Европы и Америки подходит эта идея равенства - там все умеют быть и свободными, и разумными, там эти хартии вольностей установлены еще в до-петровские времена, а у нас... вообще непонятно что.

- Значит, ты просто никого и никогда еще не любил.

Эта комната высоко над землей. За окнами комнаты Город и звезды. И как это все ново, странно, ни на что не похоже... Что-то опьяняющее в этом почувствовать себя вполне взрослым человеком, имеющим уже право на свои взгляды и свои тайны.

- Это не так.

- Знаешь, о какой любви я говорю? Помнишь Гоголя - "может и зверь любить свое дитя, а породниться не по крови, а по душе может один человек".

- Да. Но есть ли душа у многих и многих людей? Их жизнь - как будто одна лишь борьба за существование и естественный отбор...

- Это все потому, что каждый ждет: "Полюбите меня первыми, тогда и я вас полюблю". А надо не ждать, а начинать самому. Каждое утро говорить себе: "Сегодня я стану немного лучше, чем вчера". Тогда и все вокруг это почувствуют и станут мягче к нам и...

- Да... Но... Все это уже было две тысячи лет назад и описано в Библии. Был день. И стояли в центре Земли три креста. А они кричали: "Распни Его"...

- Если бы не надо было жертвовать собой ради тех, кого любишь, то жизнь превратилась бы в болото, и все люди сгнили бы в нем.

- Я согласен жертвовать. Но вся наша страна похожа на сказку Пушкина о Спящей Красавице. Как разбудить этот сонный мир? Какой жертвой?

- Надо искать, как и чем. Никакими стенами от жизни не отгородишься. Она все равно напомнит о себе, и очень больно. А благородство и зрелость именно в том, чтобы сказать себе: "Это мой город. Это мой мир. И я должен преображать его, несмотря ни на что". Каждому из нас дана совесть, и она всегда подскажет лучшее решение. Надо только довериться своей совести, и все.

Да, все, что ты говоришь, по смыслу правильно. Но в тебе самой - какая-то наивность, какая-то глубинная логическая ошибка. В чем она, пока непонятно. Просто чувствую эту ошибку своей интуицией.

А в чем эта ошибка? Да в том, видимо, что совесть - это тоже не все. Иначе можно было бы давным-давно остановить всякое развитие искусства, науки, общественной жизни - и все люди только каялись бы и учились жить по совести... В общем-то, крестьяне до революции такими и были. Но что же? Считать их идеалом человека? И всем стать такими вот... глупыми святыми? Чтобы их какой-нибудь Аракчеев по стойке "смирно" выстраивал? И это идеал?