Бесстыжая для нахала (СИ) - "Crazyoptimistka"

И снова утро. И снова чашка кофе в руках, которая не согревает. На улице заметно похолодало за эти дни. Осень упрямо подгоняло лето к концу и начинала дышать в затылок. Баранкин тыкается холодным и мокрым носом мне в коленку и смотрит в глаза. Чует, что хозяйка в полном раздрае. Нет, я не специально, честное слово. Но заболела. И даже где-то в глубине души обрадовалась своему больничному. Потому что уж лучше литры варенья и ненавистный мною мед, чем вопли из кабинета шефа. Перевожу взгляд на календарь и вычеркнутые красным маркером дни. Восемь дней до дня икс. Прикусываю губу, чтобы сдержать улыбку. Надо же, как я оказывается, соскучилась по крепким объятиям Дамира. Звонки, видео, сообщения… все это меркнет по сравнению с живым общением. Я видела, как он устал за эти дни и так хотелось обнять его быстрее. Волна дрожи проходит по телу и я мечтательно прикрываю глаза. А когда открываю их, то не верю. У подъезда останавливается машина и из нее выходит Дамир собственной персоной. Я так и знала, что он вернется раньше! Я даже не досматриваю в окно за тем, как он пошел к багажнику. Ясно и так, что вытащит вещи. Начинаю метаться по квартире, убирая лишний хлам и стараясь привести себя в нормальный вид. Так, посуду в мойку, чашку туда же… что еще… ага, переодеться из старенькой пижамы в новую. Хоть лицо и не в лучшем виде, но зато тело будет фантастически смотреться не в фланельке, а в шелках. Отлично, я успеваю выскочить на площадку как раз в тот момент, когда лифт приезжает на этаж. Сердце сжимается в предвкушении встречи. Двери открываются и он выходит мне на встречу.

— Привет! — Я наверно свечусь как лампочка на новогодней елке, но меня стопорит тот факт, что позади его широкой спины маячит еще одна фигура.

— Привет. — Парень недоуменно смотрит на мой наряд. — Все хорошо?

— Да. — Зябко кутаюсь в шелковый халатик. — А кто это?

Он отходит в сторону и я вижу ее. Чуть выше меня ростом, брюнетка, модельная внешность. Вообщем такая, которую можно увидеть в рекламе нижнего белья. Девушка стискивает его плечо рукой и с неприкрытым вызовом смотрит в мою сторону.

— А это моя жена. — Он мягко улыбается. — Мария, а это наша соседка. Майя, кажется?

Только и могу, что кивнуть. И все так же заворожено наблюдаю за тем, как "жена" жмется к нему поближе.

— Странные у тебя соседи. — Девушка передернулась и вновь удостоила меня взглядом. — А вы бы зашли домой, а то еще простудитесь.

— Погоди, ключи ведь у Майи. Можешь вынести?

— А может, зайдешь… зайдете? — исправляюсь и приоткрываю дверь. — Я вас чаем напою.

Или вылью кипяток тебе за шиворот, мудила ты редкостный. Надо же, как играет. Как ведь хорош! В глазах ни единого проблеска узнавания. А не эти ли руки терзали мое тело, которыми ты сейчас обнимаешь эту крашенную стерву? Ох, пардон, жену! А не этими ли губами ты целовал меня ночью, которыми ты теперь лживо улыбаешься ей?

— Нет времени. — Мария вместо Дамира делает шаг мне навстречу. — Верните ключи, пожалуйста.

И да, я плетусь к себе на негнущихся ногах, беру из вазы Его ключи от Его квартиры. А затем вкладываю в холодные и такие теперь чужие руки. Затем возвращаюсь, закрываю двери плотнее, чтобы никто не услышал и даю волю слезам. Горьким, отчаянным и таким безудержным. Надо было сказать, надо было плюнуть в лицо и дать пощечину. Но оцепенение и неверие во всю эту ситуацию подкосило меня. В горле застыл всего один немой вопрос… Как же ты так мог, Дамир, как ты мог???

Глава 17

Слез хватило ненадолго. На смену им пришла холодная ярость. Как и положено девушке с уязвленным самолюбием и растоптанными чувствами, я требовала возмездия. И правильно говорят, что нет ничего и никого хуже, чем разъяренная женщина. Думаю, что даже его металлическая дверь мне не помешает. Вынесу к херам и пойду потрошить его бренное тело. Потом пройдусь по его женушке и ее крашеным патлам. Однако не успела я дойди до прихожей, раздался дверной звонок. А на пороге… та-да-да-дам, сюрприз еп вашу мать! Гостья без лишних слов и даже без приглашения протискивается мимо меня и проходит в мое жилище.

— Ты не обалдела ли часом? — Если бы можно было поджечь взглядом, то эта ведьма уже горела бы на костре. — Чего тебе надо?

— Зашла по-соседски. — Мария скрещивает руки на груди. — Милая квартирка.

— Прости, но приглашение на чай больше не действительно.

— Особенно для меня, ведь так? — Ее губы кривятся в ухмылке. — Я же не слепая. Так понимаю, ты с ним спала? О, даже спрашивать не стоило, твои заплаканные глаза сами за себя говорят. Знаешь что, Майя, я очень умная и очень терпеливая жена. Умею прощать и понимать, но когда мой муж соблюдает меру. Да, он трахал все, что движется и имеет более-менее презентабельный вид. Но это было до нашей свадьбы, а сейчас все осталось за чертой. Все его гулянки, пьянки и подружки. Мне жаль, что ты, вероятно, влюбилась в него. Правда, но я советую тебе жить дальше и не мешать нам.

— Тебе подсказать, куда засунуть твою хваленную жалость? — Копирую ее тон и позу.

— Дорогая, не напрягайся. Наверно это тоже место, где теперь твои несбывшиеся мечты о семейном счастье с моим мужем?

— Да пошла ты, — цежу сквозь зубы ей в ответ, — убирайся вон из моей квартиры, кошка дранная.

— Не нервничай, рыжий гном, нервные клетки не восстанавливаются. Я таких как ты, пачками на завтрак съедаю и даже не давлюсь. — Мария проходит мимо и цепляет меня плечом. Уже почти у выхода она оборачивается. — И да, мы скоро съедем из этого дома, так что смирись.

Стоит двери захлопнуться за этой стервой, как на меня накатывает ощущение, будто на мою голову и плечи обрушился небосвод. Вся моя хваленная боевая готовность надрать им зад, лопнула словно воздушный шарик. Теперь я ругала саму себя. Ведь если бы я только знала, что он не свободен, никогда бы в жизни не подпустила его к себе настолько близко. Наверно, можно было бы попытаться и отвоевать Дамира. Вот только зачем? Я никогда не была разлучницей да и не видела смысла чтобы становится ею в данной ситуации.

Хватаю телефон с прикроватной тумбочки и нажимаю на иконку сообщений, а затем начинаю печатать настолько быстро, чтобы не было и секунды на раздумья о правильности своих слов. Они выплескиваются из меня быстрым потоком, торопятся быстрее найти адресата.

"Знаешь Дамир, спасибо тебе за эту боль. Правда. Ты оказался тем, кто открыл мне глаза на суровую действительность. Оказывается, в этой жизни нет места для сказки. Да, мне хочется выть и кричать от беспомощности, но в то же время я благодарна тебе за то, что показал как не надо возноситься до небес. И как больно с них падать. Возможно, я сначала и хотела узнать, ради чего ты старался залезть ко мне в душу. Но потом сама догадалась. Банальная постель. Или просто галочка в твоем списке, не знаю… но и знать теперь уж точно не хочу. Я вычеркиваю тебя из моей жизни. Прощай".

Голова раскалывается, мне просто жизненно необходим свежий воздух. Хватаю пальто и спешу оказаться на улице, но даже там не становится лучше. Бреду сама не зная куда, мысли превратились в кашу, в горле стоит ком. Опомнилась лишь тогда, когда оказалась перед зданием, где обосновался наш филиал. Несмотря на выходной, свободно прохожу внутрь и киваю нашему охраннику. Тот не удивляется моему появлению, у нас не редкость отрабатывать свои часы по выходным дням. Поднимаюсь на нужный этаж и иду на свое рабочее место. Судя по горе папок, конвертов и прочей документации, Себастиан ждет моего возвращения и назло не берет мне замену. Чтоб я потом окочурилась под завалами документов. На автомате начинаю просматривать и сортировать все, что попадается мне под руку. И торможу лишь тогда, когда над моим столом нависла тень.

— Что вы здесь делаете? — Слышится голос сверху.

— Работаю. — Выдаю ответ без единой эмоции.

— Насколько я помню, то у вас больничный. — Себастиан забирает у меня из рук очередной листок и тем самым заставляет обратить внимание. Я впервые увидела его в повседневной одежде. Обычный гольф темного цвета и джинсы, но как это меняло его. Исчез официоз, исчезла его напыщенность, как будто он оставил это вместе с галстуками дома.