Та, которая видит. Запах зла - Гленда Ларк

— Меня зовут Блейз. Я была очень вспыльчива в детстве, вот мне и дали прозвище Вспышка — «Блейз» на воровском арго. А «Флейм» значит «Пламя». Мы с тобой вместе, — усмехнулась я, — могли бы устроить изрядный пожар.

Мы посмотрели друг на друга и одновременно расхохотались.

Мне совсем не хотелось ей симпатизировать. Она имела все, чего я была лишена: изящество, красоту, законное происхождение. И еще она владела силв-магией — это обеспечило бы ей гражданство на островах Хранителей, даже если бы она оказалась полукровкой. У нее было все, о чем я могла только мечтать… И все-таки она мне нравилась. Мне нравилась ее манера прямо высказывать свои мысли; пусть то, что она говорила, и казалось опасно наивным, но после изворотливости хранителей и прочих, с кем мне приходилось иметь дело, прямота цирказеанки воспринималась как глоток чистой воды. Я сказала:

— Тебе нужно быть поосторожнее, Флейм. Знаешь ты, например, что ни единая душа с того невольничьего корабля с Цирказе не желает признаваться, что ты была на борту?

Она пожала плечами:

— Им было хорошо заплачено за молчание.

Неужели она и в самом деле думала, что деньги способны купить молчание подобного отребья? Странная смесь наивности и проницательности, которую я заметила в девушке, озадачивала меня.

— Я предложила заплатить им больше, — возразила я. — В обычных обстоятельствах этого было бы достаточно, чтобы заинтересовать таких подонков, но похоже, что они перепуганы до смерти. Или на них наложил заклятие дун-маг. Ты ведь не грозила им своими чарами, верно?

Она приняла как должное то, что мне известно о ее даре, но нахмурилась.

— Угрожать силв-магией нельзя. — В этом она была права. С помощью силв-магии с людьми, не обладающими Взглядом, можно было сделать многое: обмануть чувства, скрыть правду, создать иллюзию, помочь исцелению, — но причинить вред, по крайней мере физический, невозможно. В этом-то и было ее отличие от дун-магии. — На что ты намекаешь?

— На то, что кто-то не желает, чтобы я — или еще кто-нибудь — узнал о том, что ты или Дева Замка Лиссал прибыла на том корабле. И этот кто-то или прибег к очень впечатляющим угрозам, или наложил магическую печать, чтобы никто не проболтался. Я бы на твоем месте побереглась, Флейм. Такие люди имеют обычно весьма неприятные замашки. Может быть, они решили, что смогут получить выкуп, если вернут суверену Цирказе его дочь. Может быть, они рассчитывают узнать у тебя, где она находится. Будь осторожна, Флейм.

— Я владею силв-магией. — Сказала она это уверенно, но в глазах ее промелькнуло сомнение и страх.

— Твой дар может тебе не помочь, если ты столкнешься с мастером дун-магии. — Это тоже было правдой: в борьбе силв-и дун-магии все зависело от того, кто из магов более искусен, а судя по зловонию, которое я ощущала в Гортанской Пристани, злой колдун отличался изрядным могуществом. В этом отношении я имела преимущество над Флейм: ни силв-, ни дун-магия не действовала на тех, кто обладал Взглядом. Поэтому меня пугали не багровые чары как таковые; боялась я другого: поскольку мы, обладающие Взглядом, могли обнаружить дун-мага, как акулу в стае мальков, а его заклинания на нас не действовали, злые колдуны люто нас ненавидели и находили жестокие не-магические способы нас уничтожить.

Флейм побледнела.

— Ты обладаешь Взглядом, верно? И ты, и этот Тор Райдер тоже. Я видела ваши лица, когда вы заглянули в комнату, пока я лечила Новисса. Тогда ты и узнала, что я владею силв-магией. Ты ее учуяла. Ни один из вас не смог скрыть удивления, увидев цирказеанку-силва.

— Они и правда встречаются редко, — кивнула я. — Только для косы Гортан ты недостаточно сообразительна. Тебе ведь не пришло в голову, что мы могли оказаться дун-магами? А тот колдун, который наложил заклятие, увидел бы произведенное тобой исцеление так же ясно, как ты обнаружила вред, причиненный его заклинанием Новиссу. Ты никому не должна доверять, Флейм. Ни мне, ни Райдеру, ни даже этому твоему смазливому приятелю. — У меня возникла еще одна мысль. — Флейм, ты ведь не знаешь, кто этот дун-маг?

Она покачала головой.

— Или почему жертвой оказался Новисс?

Она снова покачала головой:

— Даже сам Новисс этого не знает.

Я вздохнула:

— Чтобы вызвать раздражение дун-мага, немного нужно. Может быть, Новисс был с ним груб, не зная, кто он такой… этого хватило бы. Если он увидит, что Новисс жив и здоров, и поймет, что вылечила его ты, тебе не миновать беды. На твоем месте я как можно скорее уехала бы с косы Гортан.

— Я и хочу, только не могу: я никак не рассчитывала на то, что в это время года приливы, вызванные обеими лунами, усиливают некоторые течения, и корабли с севера могут прибывать, рыбачьи лодки могут вести лов вблизи берега, но ни одно судно не сможет выйти в открытое море еще по крайней мере неделю. Если бы какой-то капитан и рискнул, корабль несло бы на юг многие дни. — Флейм криво улыбнулась. — За совет все равно спасибо.

Я допила бренди и двинулась к двери. Когда я была уже на пороге, Флейм сказала:

— Ты все еще собираешься искать Деву Замка, верно? Мои слова не заставили тебя переменить решение.

Я оглянулась и улыбнулась ей:

— Ты учишься наблюдательности, Флейм, определенно учишься.

В этот день я ужинала в гостинице.

Янко, увидев меня, осклабился и нарочно задел рукой мою грудь, подавая тарелку с рыбой. Служка Танн улыбнулся мне, когда счел, что никто этого не заметит. Тор Райдер, приезжий с Разбросанных островов, все так же одетый в черное, сохранял невозмутимый вид, а Новисс, когда не глядел в глаза Флейм, бросал на меня испепеляющие взгляды. Мне трудно было поверить в то, что этому идиоту с островов Бетани хватило глупости явиться в зал и тем самым показать дун-магу, что тот потерпел неудачу. Откуда такая уверенность, что колдун не попробует разделаться с ним снова? Или он рассчитывает, что Флейм опять его спасет?

Пока я гадала, что могло сделать мальчишку таким высокомерным и самоуверенным, в зал ввалился Ниамор Посредник с друзьями, подмигнул мне, осушил кружку пива и отправился дальше. Обычная компания работорговцев и разыскиваемых по всем островам преступников на этот раз отсутствовала, и причина этого была очевидна: гостиницу своим присутствием почтили десяток или около того силвов — хранителей с корабля. Все они как один прибегли к иллюзиям, чтобы улучшить свою внешность, — обычной легкомысленной уловке, которая неизменно меня раздражала. Отделка их шазублов сказала мне, что все они не только служат Совету, но и являются выпускниками элитарной Академии в Ступице; это означало, что на корабле с Датриком прибыли лучшие из лучших.