Дорога к Тайнику. Часть 1 - Мария Владимировна Карташева

тыкающие в экраны телефонов. Вскоре дорогу им преградила дверь с надписью РЕАНИМАЦИЯ.

Осторожно потянув за блестящую, в каплях застывшей белой краски ручку, Егор Николаевич просунул голову в прореху дверного проёма. За прозрачной перегородкой в полутьме стояли ряды кроватей, увешанные пульсирующими мониторами. В помещении справа за надписью: «Ординаторская» было пусто, а в сестринскую вход был закрыт.

Малинин стукнул по блестящей поверхности, и через минуту внутри кто-то зашевелился, что-то ухнуло, и из приоткрытой двери высунулось сонное лицо медицинской сестры.

— Кипяточка не найдётся? — спокойно спросил Малинин.

Женщина в мелких кудряшках долго и сонно на него смотрела из щёлок глаз, пытаясь сосредоточиться.

— Какого кипяточка?

— Горяченького.

— Мужик, ты сдурел, что ли? — женщина начала просыпаться и воспринимать окружающую действительность. — Вы кто?

— Полковник Малинин Егор Николаевич. Следственный комитет, — Егор раскрыл перед ней удостоверение. — Вас как зовут?

— Фаина Равильевна. А зачем вам кипяток-то? — нахмурилась женщина.

— Для поддержания разговора, — невозмутимо парировал Егор. — В приёмном не смогли ответить на вопрос, в какой палате лежит доставленная сегодня к вам женщина после ДТП. Та, что без документов и с обморожением. В какой палате она лежит? Она приходила в себя?

— Да вроде нет, — Фаина выплыла в коридор, прикрыв за собой дверь. — То есть она периодически в себя приходит, но тут же проваливается обратно. Вы что, опрашивать её собирались?

— Я думаю, исходя из её состояния, опрос не будет иметь смысла. Вы как думаете? — сурово спросил полковник Малинин.

— Я…я не знаю, — растерялась женщина. — А она в пятнадцатой палате. Это там дальше, здесь бокс для совсем тяжёлых.

— Тогда я завтра загляну, чтобы не беспокоить пострадавшую. Я правильно поступлю? — заглядывая в глаза Фаине, спросил Егор. — Варвара, ты в приёмном спрашивала, у неё какие-то вещи были, кроме тех что на ней?

— Ничего не было. Только платье длинное старое какое-то, пальто и сапоги. В карманах ничего не было, о медальоне я уже говорила. А, кстати, у неё очень странный след на ноге.

— Да, это точно, — заговорила медсестра, — врач ещё сказал, что словно её за ногу привязанную держали где-то.

Малинин перевёл глаза на Варвару, на что Мечина замолчала и задумалась, качая головой.

— А ты не догадалась эту странность соотнести с нашим первым делом? — Егор устало потёр виски. — А также спросить о характере раны на ноге, — он вздохнул. — Я всё-таки загляну к ней на несколько минут, — он повернулся к Фаине.

— Я сначала сама, всё-таки женщина, — проговорила медсестра удаляясь. — Сейчас вернусь.

— Давайте, — строго сказал Малинин.

Софья, стоявшая до этого молча, улыбнулась:

— Ну зачем вы так сурово с ней?

— А потому что не фиг на работе спать, — широко улыбнулся Малинин. — Ну что, потерпевше-пострадавшую нашу сейчас гляну и провожу вас домой? Теперь же ваша очередь со мной кофе пить?

— Нет, — Софья пожала плечами, — вам Савва обещал. Сейчас он придёт, и в путь, — она тихонько рассмеялась.

В этот момент из палаты вышла Фаина и рассеянно пошарила глазами по коридору.

— Как она там? — Малинин подошёл ближе.

— Да как сказать…

— Отойдите, — Егор вошёл в палату и тут же вернулся со словами. — Где пациентка?

— Возможно, её перевели, — женщина развела руками.

— Куда? — Малинин включил свет в палате и вернулся в коридор. — Куда могли перевести человека посреди ночи?

— Погодите вы, — раздражённо и одновременно испуганно вскрикнула сестра. — Алло, — набрала она номер, — Наташа, ты где? Давай быстрее.

И почти сразу с другого конца коридора к ним стала стремительно приближаться девушка в медицинской форме.

— Что это здесь за собрание в ночное время? — спросила она, подойдя поближе.

— Пациентку никуда не переводили? — Фаина мотнула головой в сторону палаты. — Это товарищ из полиции.

— Из следственного комитета, — поправил Малинин, предъявляя удостоверение.

— Ну что вы мне цирк ночью устраиваете? Дня не хватает, что ли? — прошипела девушка. — Куда её могли в ночи переправить. Тем более я бы об этом знала.

— Ну, значит, не знаете, — настойчиво произнёс Малинин. — Немедленно заведующего отделением сюда.

— Где же я его ночью возьму-то? — всплеснула руками женщина. — Не нервничайте так, сейчас позову дежурного реаниматолога. Может у неё ухудшение. Зачем панику наводить?

Медсестра с явно встревоженным видом тихо лепетала что-то в трубку.

— Простите, не запомнила имя-отчество ваше, — обратилась она к Малинину, — буквально через минуту будет дежурный врач.

В другом конце коридора послышались спешные шаги. Показался заспанный мужчина, застёгивающий на ходу халат.

— Доброй ночи, я дежурный ординатор. Что происходит? Что вы ночью устраиваете в отделении реанимации? Мне придётся вызвать охрану и полицию, — резюмировал он, внимательно читая раскрытое удостоверение Малинина. — И что вы мне это пихаете? Думаете, такой документ даёт вам право беспокоить серьёзных людей на работе?

— Серьёзные люди на работе не спят. Где неопознанная пациентка из пятнадцатой палаты?

— Наталья Алексеевна, а где у нас девушка с переохлаждением и ЧМТ? — доктор окончательно проснулся и посмотрел на покрасневшую сестру.

— А я не знаю, — тихо отозвалась она.

— Я заступил на смену после девяти вечера, пациентка была в палате. Вполне возможно, что она сейчас на срочных процедурах, — судя по тону, доктор нёс какую-то нелепицу.

— Ночью? — спросил Малинин.

Со стороны основного корпуса больницы открылась дверь и вошёл запыхавшийся мужчина в мятом костюме.

— Ну что у вас? — недовольно спросил он. — Хорошо я ещё на работе был. Я заместитель главного врача, Спиридонов моя фамилия. Мне всё разъяснили по телефону, — он поднял руку, призывая не перебивать его. — Мы во всём разберёмся. А девушка ваша могла и самовольно палату покинуть. Всё, знаете ли, бывает, — он причмокнул, перекатившись с пяток на носки. — Ладно, дорогие мои товарищи. На дворе ночь, вы пугаете мне персонал и больных, — его монолог, стал перемешиваться с каким-то стуком. — Утро вечера мудренее, приходите завтра, и мы во всём разберёмся.

— Это вы серьёзно сейчас говорите? — спросил Малинин, высоко подняв брови.

В это время в конце коридора появился какой-то маленький мужичок, который катил за собой железную каталку, и именно она издавала дробный стук. Он равнодушно оглядел собравшихся, почесал затылок, пожал плечами и пошёл к ним.

— Надеюсь, хоть лекарства у нас не пропали, — ляпнул Брякин. — Может, она наркоманка.

Спиридонов медленно перевёл глаза на Брякина.

— У нас никогда не пропадают лекарства, — и вздохнув, продолжил: — Так вот…

— Здрасти, — мужичок подошёл ближе. — Наталья Алексеевна, что-то людно вечером сегодня. Прямо с восьми вечера, какой-то караван-сарай. Братья эти за мертвячкой из пятнадцатой приехали. А это тоже родственники, что ли? Что ж вы всё по ночам ездите-то?

Мужичок щербато улыбнулся, видимо, радуясь тому, что мгновенно привлёк к себе всеобщее внимание.

— Что вы сказали? — Егор