Всего одна смерть, чтобы обрести счастье. Книга вторая. - Марина Орлова

такое любовь и забота. Были сломлены, озлоблены и ненавидели жизнь. Именно они чаще всего и провоцировали все конфликты. Часто не давали житья даже мне, той, что отличалась завидным спокойствием. И мне их было искренне жаль. Несмотря на то, сколько боли и обид от них вытерпела, не держу на них зла.

— Ты мне напоминаешь Айне, — смущенно улыбнулся мальчик. А я с искренним восторгом отметила, что он улыбается. Каждую его редкую улыбку встречаю с искренним восторгом и радостью, так как дарил он их не часто. — Ты богиня?

— Нет, Тайлан, — ласково погладила я его по волосам, убирая непослушную прядку за остроконечное ушко. — Но богиня вернется. Веришь?

— Правда?

— Правда, — улыбнулась. — И я помогу ей это сделать. Для этого на какое-то время мне придется уехать. Но ты не должен думать, что я вас брошу.

— Не бросишь? — вновь серьезно уточнил эльфенок.

— Никогда, — искренне пообещала. — Я хочу, чтобы вы были счастливы. Я все для этого сделаю.

— Когда ты с нами, я счастлив, — признался он, а я уже держалась из последних сил, чтобы не расплакаться. — А еще я видел папу.

— Что? — вмиг изумилась.

— Он приходил ночью неделю назад. И сказал, что любит меня, что давно искал, чтобы спасти. Хотел забрать, но я ответил, что мне хорошо тут, с тобой. Он сказал, что его зовут Бальтазар.

Выдохнула свободнее, вспоминая своего нового шпиона. Только сейчас заметила, что они действительно очень похожи. Как я сразу не догадалась...

— Он вернется? — спросил малыш. — Он показался мне добрым.

— Вернется. Я знаю твоего папу. Он хороший. И скоро вы будете вместе.

— Но ты ведь не оставишь меня? — вновь запаниковал мальчик, сильнее

вцепившись в мою руку.

— Нет. Твой папа просто будет жить здесь. Ты рад?

— Только если ты будешь рядом, — очень серьезно кивнул эльфенок, отчего я

невольно улыбнулась.

— Спи, малыш. Уже поздно, — не удержалась и поцеловала мальчика в лоб. Он слабо сонно улыбнулся, закрыв глаза, и натянул одеяло до подбородка. —

Спокойной ночи.

С Эльтаром встретилась уже на улице, так как он вышел, чтобы никого не разбудить и мне не мешать.

— Ты очень ловко управляешься с ними. Я слышал, дети не каждого взрослого

слушаются, а каждое твое слово они ловят на лету, — обняв за плечи, меня поцеловали в висок. Я зажмурилась, довольная лаской и похвалой, и улыбнулась.

— Просто я знаю, каково им. Конечно, не в такой жуткой форме. Мне не довелось пережить то, что пережили они. Но я знаю, что чувствуешь, будучи никому не нужным, ощущая одиночество, тоску и отчаяние.

— Говоря о тоске, — оживился дроу. - Я видел, как Кирт прошел в ту сторону, — указал дроу пальцем и выразительно на меня посмотрел. — Думаю, времени, чтобы остыть, у него было достаточно.

— Да, пожалуй, — нерешительно кивнула, смотря в ту сторону.

— Это могу сделать и я, — напомнил Эльтар.

— Нет. Все хорошо. Подожди нас в комнате, пожалуйста, — улыбнулась и, выпустив руку Эльтара, отправилась в указанном направлении, догадываясь, где могу найти полукровку.

Как и у меня, у Кирта было любимое место, где он любил прятаться. Поселившись в этом теле, мне показали старый, заброшенный пруд в тени раскидистой ивы. Место было неописуемо живописное, но... запущенное. Возмущенная таким кощунством, я приказала привести его в порядок и сделать настоящий парк с аллеями, клумбами, лавочками, даже фонтаном и прудом с настоящими утками. Вот под той ивой Кирт и любил прятаться. Узнала я об этом чисто случайно, когда однажды гуляла в одиночестве, погруженная в свои мысли о жизни, прошлом и будущем. Тогда с удивлением и увидела, как Кирт выныривает из-за завесы дерева. Когда он понадобился, но его не могли найти, я, не желая раскрывать его вероятного убежища, отправилась на поиски самостоятельно и не прогадала. С тех пор знала тайное укрытие полукровки.

Я раздвинула тяжелые ветки в стороны и проскользнула в полумрак завесы ивы, чтобы в неясном, тусклом свете заметить сгорбленную фигуру, что сидела, привалившись к стволу.

— Позволишь присоединиться? — нерешительно спросила, подойдя ближе.

Мужчина безразлично пожал плечами, отчего я невольно поджала губы. Мог хотя бы кивнуть ради приличия. Тем не менее села рядом, чтобы касаться крепкого мужского плеча, и дотронулась до его руки.

— Кирт, поговори со мной, — попросила я.

— Прости меня, Ангел. Я не должен был так реагировать, — глухо отозвался

полукровка.

— Расскажешь? — робко спросила, уже смелее прижавшись к его боку, чувствуя, как он обнимает меня одной рукой и прижимает к себе теснее. Я понимала, что для подобной вспышки должна была быть причина. Даже импульсивный Эльтар спокойно отреагировал, а вечно невозмутимый и рассудительный Кирт чуть дверь не вынес.

Полукровка молчал, не говоря ни «да», ни «нет», но я не торопила, отлично зная его. Если так реагирует, на то должна быть причина. Серьезная. Потому и не позволила Эльтару самому разобраться, понимая, что Кирт только больше

разозлится и замкнется от напора нетерпеливого дроу.

— Я должен был рассказать об этом давно, — выдохнул Кирт тяжело, когда уже стала невольно клевать носом. Я встрепенулась, села ровнее и стала внимательно прислушиваться к словам. — Мне было шестьдесят пять, когда в мою жизнь вошла графиня Изабелла Эстет.

Я невольно напряглась, но объятия на моих плечах стали крепче.

— Глупо говорить о том, как меня поразила ее красота. Но больше зацепила боль, что скрывалась в глазах аристократки. В нашу деревню она приехала впервые вместе с одним из своих мужей. Что они забыли в королевстве дроу, ума не приложу. Пока муж общался со старостой, графиня гуляла недалеко от кареты и заметила меня. Улыбнулась. — Полукровка горько усмехнулся и продолжил: — Потом она стала часто появляться. И каждый раз, словно нарочно, судьба сводила нас, — тяжело вздохнул Киртан и поморщился. — Я не хочу вспоминать эти дни, Ангел. Скажу лишь то, что скоро стал ее любовником. Не скажу, что безоговорочно влюбился в нее, но и просто отказаться не мог. Даже не потому, что она аристократка. Просто чем-то цепляла. Мне было сложно смотреть в ее грустные черные глаза. Я уже молчу о том, что подобный цвет очень редок для светлых эльфов. После первой нашей