Трофей для альфы (СИ) - Мун Эми

Сел за ноут, но в голове ни одной дельной мысли. Только этот щенок перед глазами вертится. Кто он такой вообще?

Герман барабанил пальцами по столу, а внутри так и подзуживало узнать. Они с Владом встречались? Может, бывшие? Или просто в ссоре были? Вот девочка и решила оторваться по пьяни …

- Черт, - прошипел, кликая по сети.

Все это становится нихрена не здорово. Такой интерес – с чего бы он? Но найти ответ на вопросы не успел - мобильник опять дал о себе знать.

- Чтоб тебя, - ругнулся, перечитывая сообщение от Варга.

Встреча переносилась. И надо собираться прямо сейчас.

Глава 13

Зубная щётка, любимая кружка, несколько полотенец и… альфа. Влада покосилась на оборотня. Ходит по квартире как у себя дома, бессовестно рассматривает, то книгу возьмет, то сувенир в руках повертит, а у нее чувство, что в душу заглядывает.

Да эта комнатка и была ее душой! Уютная однокомнатная квартирка, где есть место свету, воздуху и комнатным растениям. Кстати, надо бы их полить… И надеяться, что командировка не затянется дольше, чем на три дня.

- Любишь зарубежных классиков?

От неожиданности она выронила полотенца.

- Кого?

- Зарубежных классиков, - повторил терпеливо и добавил: - В отеле полотенца предусмотрены. И халат тоже.

- Не люблю… - хотела сказать – чужое, но промолчала.

Кривая беседа выходила. Про классиков и полотенца.

А оборотень опять вцепился в нее внимательным взглядом. Всю дорогу вздохнуть спокойно не давал, как глянет – сердце к горлу подскакивает.

Игнорировать Ярского в сотню раз сложнее, чем любого, кого Влада когда-либо знала. От мужчины фонило таким напряжением и силой, что хотелось смиренно склонить голову и вцепиться в первый же предлог для разговора. Оборотень щедро предлагал их целых три, включая этот, но Влада упрямо отказывалась принимать ноту мира.

Они – просто коллеги. Это правильно, это разумно, это… чертовски трудно.

Влада вздохнула и потянулась к разбросанным полотенцам, но только коснулась махровой ткани, в замке повернулся ключ.

- Мама… - прошептала севшим голосом. – Ма… Черт!

От накатившего страха чуть не грохнулась в обморок. Она же должна в санатории быть с папой! Что здесь делает?!

В два счета Влада очутилась около Ярского.

- Вы меня не знаете! – зашипела, буквально припирая альфу к стенке.

Оборотень удивленно вздернул брови и уже собирался возразить, но Влада торопливо зашептала.

- То есть это – ненавидите! Да! Поняли? Меня ненавидите, дел иметь не хотите, и про пару сразу скажите. У вас свадьба скоро, а я увольняюсь. Ясно? У меня мама очень строгая. Очень! И про командировку ни слова, вы просто зашли случайно, чтобы…

- Милая, ты дома? – раздался такой любимый, но ужасно пугающий голос.

Очень хотелось запихать онемевшего альфу в шкаф, а лучше - выкинуть с балкона, но Влада не пошевелилась. Застыла истуканом и с нараставшей паникой ждала, что сейчас, вот прямо в это мгновение случится взрыв.

- Вы кто такой?! - прогремел первый залп. - Влада?! - а вот и второй.

- Ма-а-ам, - Влада натянуто улыбнулась, исподтишка пытаясь загородить собой альфу. – А чего ты так рано?

Мамины глаза округлились до невероятных размеров. И в них Влада видела приговор. Сейчас ее линчуют, а оборотня все-таки пустят на воротник. И пусть ее мама миниатюрная и худенькая, но за время работы хирургом она поднаторела в обращении с острыми предметами.

- Дочка…

Третий залп случиться не успел – Ярский играючи отодвинул Владу в сторону и шагнул вперед, принимая огонь на себя.

- Рад с вами познакомится, Ирина Николаевна, - огорошил их обеих. Не столько знанием имени-отчества, сколько глубоким, хорошо поставленным голосом, от которого по коже прошлись мурашки. – Владислава Александровна много о вас рассказывала. Позвольте представиться - Ярский Герман Викторович.

- Очень приятно, - автоматически ответила мама.

А Влада перевела потрясенный взгляд на мужчину. Однако! Дипломат из альфы просто роскошный!

- Очевидно, вы с дороги. Чай или предпочитаете кофе?

У мамы чуть сумка не выпала из рук, а Влада присела на пуфик – ноги дрожали. Из горла вырвался истеричный смешок. Ах, если бы Ярский знал, кому он тут пудрит мозги своей безукоризненной вежливостью.

Такой царский куш – омега и та, кто ее прячет! Но оборотень не знал, а мама быстро пришла в себя.

- Предпочитаю остаться со своей дочерью наедине. Тут не место посторонним мужчинам!

Шах и мат, товарищ альфа. Таким голосом только врагов расстреливать, но альфа оказался крепким орешком.

- Ваша правда, но я – начальник Владиславы Александровны, и посторонним не являюсь, - ей достался короткий и очень двусмысленный взгляд.

Влада тяжело сглотнула.

- …и тем более предложение познакомиться ближе уместно, ведь…

Нет! Нельзя произносить это слово! Но Ярский плевать хотел на ее отчаянные попытки изобразить на лице скорбь и ужас.

- …ведь сегодня вечером мы улетаем в Санкт-Петербург...

Мама присела на краешек кровати, бледная, как приведение.

- ...Сделаю вам кофе, - безошибочно точно определил Ярский. – Жду на кухне.

***

Мама молчала. Крутила в пальцах визитку Ярского и просто молчала, без слов выматывая душу и нервы.

- Мам, я просто не хотела вас беспокоить.

Влада оправдывалась, как могла, но все равно этого чертовски мало! Хоть о стенку головой бейся, но когда мама молчит… Это хуже ругани! Чувствуешь себя неблагодарной скотиной и сволочью, на которую потратили лучшие годы.

- Он ничего не знает?

- Нет, - Влада даже головой покачала. – Вообще не догадывается, но ему правда нужен переводчик.

- Зачем мы тебе только разрешили…

Действительно! Лучше завернуть дочь в вату и положить в сейф – там надежней будет.

- Потому что вы меня понимаете, - накрыла мамину руку своей. – Потому что сами такие.

И это правда. Молодость родителей прошла бурно.

Вместе со школьной скамьи, они не закрылись в собственном уютном мирке, а объездили весь мир. Два молодых специалиста - хирург и анестезиолог - мама и папа долгое время состояли в организации «Врачи без границ». Участвовали во множестве инновационных операций, ходили в спасательных отрядах и поисковых операциях.

И только после тридцати родители слегка остепенились. Оба работали на перспективных должностях, планировали размеренную жизнь, но тут родилась она - дочь с редкой и совершенно спонтанной мутацией, шанс на которую меньше одной сотой процента.

Чудом, но получилось подменить результаты обязательного анализа, который проводят всем новорождённым. Только в первые дни жизни можно определить омегу, а потом лишь в пубертатный период, когда запах проявит себя в полной красе.

За это время родители сознательно свели на нет многие знакомства и перебрались в город поменьше, чтобы начать незаметную и такую непривычную им жизнь.

Но вот беда, дочери достался не только уникальный геном, но и вольный темперамент.

- Да, - невесело усмехнулась мама. – Но лучше бы ты пошла характером в бабушку. Ту из дома не вытянуть было.

- Это всего лишь командировка, - заметила Влада как можно мягче. – Три дня - и я вернусь, а потом, - сглотнула неприятный ком в горле, - просто перееду. В город поспокойнее.

И заодно как-нибудь найдет слова, чтобы рассказать о произошедшем на корпоративе. Но пока просто язык не поворачивается.

- Я не хочу тебя отпускать, - вздохнула мама. Привычным движением убрала черную прядь за ухо и слабо улыбнулась. – Этот… Герман Викторович, может, он поймет мою просьбу? Выглядит адекватно. Визитку дал, чтобы звонила.

Влада растерянно моргнула. Ей мерещится? Чтобы мама да хоть одно доброе слово про оборотней сказала? Ярский может смело записывать себя в великие ораторы.

- Ты, главное, папе ничего не говори, - кашлянула, чтобы скрыть удивление. – А то он весь Питер на уши поднимет. Съезжу тихонько и все. Три коротеньких дня. Ладно?