Принцесса (СИ) - Степанова Мария Игоревна

Юлька повертела в руках елку и поставила обратно. Она любила новогодние праздники, всеобщее веселье и шум. Это осталось из детства, когда папа устраивал у них дома карнавал, и можно было приглашать кого захочешь, наряжаться, объедаться маминой стряпней и не спать всю ночь. А утром, как по волшебству, под елкой в гостиной появлялись подарки. Это было самое настоящее чудо, и она пронесла его в душе, а теперь у нее была Лерка, которая тоже любила Новый год.

— Юлечка Вячеславовна! — раздался голос из приемной, — кто сегодня вечером дежурит?

Юлька задумалась. Караулить вечеринку желающих было мало, все хотели веселиться.

— М-м-м… Я, Панова, Косых и Волчков.

— Вы уже второй год дежурите! — предъявила секретарша, появляясь в дверном проеме.

— Ну что ж поделаешь, — Юлька развела руками, — в прошлом году дежурила как завуч, в этом как директор, — улыбнулась она.

Школа опустела к обеду, а за три часа до вечеринки и Юлька побежала домой — переодеваться. Она не хотела каких-то нарядов, но Лерка настояла, и теперь они стояли рядом у зеркала, молча обозревая друг друга.

— Шикарно! — Лерка показала большой палец вверх, — просто шикарно!

— По-моему, — Юлька поежилась, поправляя декольте, — вырез глубоковат…

— Нормальный вырез! Не тяни! — дочь поправила смятый декор, — привыкла к своим костюмам..

Она и правда гораздо удобнее чувствовала себя в рабочей "тройке" чем в нарядном платье. А рядом в коробке ждали еще и туфли на очень, очень высоком каблуке.

— А мы приготовили тебе сюрприз! — Лерка притащила из комнаты косметичку и почти касаясь лбом зеркала тщательно выводила "стрелку".

— Какой еще сюрприз?! — Юлька вдруг испугалась, — алкоголь?!

— Ну мам! — дочь оторвалась от глаза и укоризненно посмотрела на мать, — ты думаешь я совсем что ли? Нет, хороший сюрприз, тебе понравится!

— Ох, не люблю я сюрпризы, — покачала головой Юлька и, отвернувшись, слегка поправила декольте.

— Не тяни! — раздалось за спиной, и она, вздохнув, убрала руки.

Вечер удался. Юлька лавировала от группы к группе, улыбалась, поздравляла, отпивала глоток детского шампанского и шла дальше. Ноги неимоверно болели, но привычка держать лицо никак не выдавала страданий. Те, кто счастливо избежал дежурства, были гораздо веселее и расслабленнее четверых ответственных за порядок. Юлька заметила, что у многих неестественно розовели щечки, а при приближении уловила характерный запах веселящих напитков. Впрочем, все было пристойно, и она не спешила распекать подчиненных.

Бессменный ведущий всех школьных мероприятий, одиннадцатиклассник с говорящей кличкой Диджей, а по паспорту Сема Яковлев, что-то выкрикивал со сцены, ученики кричали и визжали, перекрикивая музыку. Внезапно Юлька услышала свое имя и не сразу поняла, что обращаются к ней.

— А мы еще раз приглашаем на сцену нашу замечательную красавицу Юлию Вячеславовну! — прокричал в микрофон Диджей, и Юлька растерянно посмотрела туда, откуда шел голос. На сцене рядком стояли девчонки, среди них была и Лерка, которая махала матери рукой. Там же, стесняясь, поправляли складки платьев учительницы математики и биологии, и завуч, Татьяна Викторовна.

— Я? — Юлька недоверчиво указала на себя, и Диджей закивал. Очевидно, это был тот самый сюрприз. Она прошла сквозь толпу и поднялась на сцену, скромно встав рядом с завучем.

— Во что нас втянули? — одними губами спросила она у Татьяны Викторовны, и та пожала плечами.

— А сейчас, — громко возвестил Диджей, — для вас, дорогие гости, ежегодный показ модной одежды от дома моды Томишинской средней школы! Поприветствуем наших моделей!

В зале захлопали. Заиграла музыка, и из одного конца сцены в другой пошли девчонки, старательно вышагивающие на высоких каблуках. Юлька заворожено смотрела на учениц. Как же давно это было… Она шла по деревянной сцене лагерного амфитеатра, а там, внизу, на нее смотрел Серега. Она помнила свои ощущения, мурашки по коже от этого горячего и такого будоражащего взгляда. Уже тогда она решила, что если вдруг он подойдет к ней, то она пойдет за ним куда угодно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В спину легонько толкнули и она, опомнившись, пошла. Тело помнило то, чему научили много лет назад, ноги сами несли, тело вытянулось как струна. Она не смотрела в зал, а видела только точку, где нужно было остановиться, повернуться, и пойти в обратную сторону. Зал взорвался аплодисментами, Юлька вдруг выпала из состояния отрешенности и робко посмотрела на окружающих. Лерка подпрыгивала от возбуждения и махала руками.

Внизу заиграла музыка, подростки разбились на парочки и медленно закачались в такт мелодии. Юлька начала пробираться к выходу. У нее было ощущение, будто с нее содрали кожу, так долго и тщательно наращиваемую, и сейчас она чувствовала себя уязвимой. В горле стоял ком и хотелось плакать.

— Юлия Вячеславовна, можно вас пригласить? — дорогу ей перегородил Андрей. Он слегка улыбнулся, но взгляд его был полон беспокойства и нежности одновременно.

— Нет, Андрей Александрович, извините, — Юлька почти оттолкнула протянутую руку, но Андрей не пропустил ее, а поймал за тонкое запястье. Юлька удивленно подняла глаза.

— Всего пару минут, — попросил Андрей, и она неожиданно расслабилась, положила ему руку на плечо и позволила взять себя за талию.

Молодой человек вел уверенно, и Юлька позволила увлечь себя. Рядом двигались парочки, но никто не обращал на Юльку внимания, все были заняты своими ощущениями. Вечер вошел в ту стадию, когда нужно было смотреть в оба.

— Вы такая красивая, — произнес Андрей ей почти в ухо, и от его голоса у Юльки приподнялись волоски на руках и зашумело в голове.

— Спасибо, — она пересилила себя, остановилась, вежливо улыбнулась и, отпустив теплую ладонь Андрея, повернулась к двери и стремительно вышла. В коридоре было тихо. Юлька почти бегом добралась до своего кабинета, захлопнула дверь и отдышалась.

Ах, Сережа, Сережа! Где же ты пропадаешь? Она привычно мысленно обратилась к мужу, как делала всегда в минуты отчаяния. Где же ты живешь-бытуешь, почему не приезжаешь, мы в тебе так нуждаемся! Но призыв не принес облегчения, наоборот, она вдруг ощутила, что нет того чувства, что наполняло ее все эти годы.

Юлька упала на диван и прижала ладони к глазам, стараясь не выпустить горячие слезы. Теперь вдруг пришло осознание, что она осталась одна. Он не вернется, это точно и определенно. И, похоже что в чудесное возвращение верила только она, все остальные уже давно перестали верить и ждать.

— Что случилось? — Юлька подскочила от испуга, а Андрей присел, поставив одно колено на пол, и попытался заглянуть ей в глаза. — Это я вас расстроил?

— Нет-нет, — она глубоко вздыхала, шмыгала, моргала.

Андрей поднялся, заглянул в стол, достал пачку бумажных платочков и протянул Юльке.

— Спасибо, — прошептала она благодарно, намотала платочек на палец и пыталась убрать потеки косметики с глаз.

— Поговорить хотите? — Андрей поднялся с колен и присел рядом.

— Нет, — она ответила резко и сухо, но по-другому сейчас и не получилось бы.

— А водички? — он будто бы не заметил резкости.

— Можно, — кивнула она.

Андрей поднялся, вышел в приемную, Юлька услышала, как булькает вода, наливаемая из графина.

— Вот, — протянул он пластиковый стаканчик.

16

Юлька проглотила воду и бросила стаканчик в корзину.

— Надо идти, — прерывисто вздохнув сказала она.

— Подождите, — Андрей протянул руку и не дал открыть дверь, ведущую в рекреацию, — у вас заплаканные глаза и красный нос.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Она вдруг обиделась на то, что он заметил, взглянула сердито:

— Не выдумывайте! Никакой не красный!

— А какой? — Андрей с иронией усмехнулся, взял ее за плечи и повернул к овальному зеркалу, висевшему на стене.

Нос и правда был красный, еще и опухший, и глаза наполовину размазанные. От Леркиных стараний не осталось и следа.