Поэзия трубадуров. Поэзия миннезингеров. Поэзия вагантов - Гильем IX

АРНАУТ ДЕ МАРЕЙЛЬ 

* * * Нежным ветерка дыханьем Мне милы апрель и май! Соловьиным щекотаньям Хоть всю ночь тогда внимай! А едва заря пожаром Встанет из ночных теней, Час наступит птичьим парам Миловаться меж ветвей. Люб весной земным созданьям Их зазеленевший край. Люб и мне — напоминаньем, Что любовь для сердца — рай. И тревожит нас недаром Дуновенье теплых дней: Я, подвластный вешним чарам, Рвусь к избраннице моей. С Донною кудрей сияньем И Елену не равняй. Донны голосок мечтаньем Полнит сердце через край! А блеснут нежданным даром Зубки, жемчуга ясней, Вижу — бог в сем мире старом Не хотел соперниц ей. Где предел моим страданьям, Май цветущий, отвечай! Иль она, воздавши дань им, Поцелует невзначай?.. Так, томим любовным жаром, Я брожу в мечтах о ней, С утренним впивая паром Вешний аромат полей.  * * * Вас, Донна, встретил я — и вмиг Огонь любви мне в грудь проник. С тех пор не проходило дня, Чтоб тот огонь не жег меня. Ему угаснуть не дано — Хоть воду лей, хоть пей вино! Все ярче, жарче пышет он, Все яростней во мне взметен. Меня разлука не спасет, В разлуке чувство лишь растет. Когда же встречу, Донна, вас, Уже не отвести мне глаз, Стою без памяти, без сил. Какой мудрец провозгласил, Что с глаз долой—из сердца вон? Он, значит, не бывал влюблен! Мне ж не преодолеть тоски, Когда от глаз вы далеки. Хоть мы не видимся давно, Но и в разлуке, все равно, Придет ли день, падет ли мрак,— Мне не забыть про вас никак! Куда ни поведут пути, От вас мне, Донна, не уйти, И сердце вам служить готово Без промедления, без зова. Я только к вам одной стремлюсь, А если чем и отвлекусь, Мое же сердце мне о вас Напомнить поспешит тотчас И примется изображать Мне светло-золотую прядь, И стан во всей красе своей, И переливный блеск очей, Лилейно-чистое чело, Где ни морщинки не легло, И ваш прямой, изящный нос, И щеки, что свежее роз, И рот, что ослепить готов В улыбке блеском жемчугов, Упругой груди белоснежность И обнаженной шеи нежность, И кожу гладкую руки, И длинных пальцев ноготки, Очарование речей, Веселых, чистых, как ручей, Ответов ваших прямоту И легких шуток остроту, И вашу ласковость ко мне В тот первый день, наедине... И все для сердца моего Таит такое волшебство, Что я бледнею и в бреду Неведомо куда бреду. И чувствую — последних сил Порыв любви меня лишил. Ночь не приносит облегченья, Еще сильней мои мученья. Когда смолкает шум людской И все уходят на покой, Тогда в постель и я ложусь, Но с бока на бок лишь верчусь. От горьких дум покоя нет, И я вздыхаю им в ответ. То одеяло подоткну, А то совсем с себя стяну. То вскинусь, то лежу опять, А то примусь подушку мять, Ту ль, эту ль руку подложу,— Покоя я не нахожу. И, изнурен в бессонной муке, Вот я совсем раскинул руки, Глаза уставя в темноту, Чтобы страну увидеть ту, Где издалёка ищет вас Моей любви печальный глас: «Ах, Донна милая, когда ж Найдет поклонник верный ваш Приют иль просто уголок, Где б свидеться он с вами мог, Чтоб этот нежный стан обнять, Чтоб вас ласкать и миловать, Вам целовать глаза и рот, Теряя поцелуям счет, Сливая все в одно лобзанье И радуясь до бессознанья. Быть может, речь моя длинна, Но в ней ведь объединена Вся тысяча моих речей — Бессонных дум в тоске ночей...» Всего я не договорил — Порыв любви меня сморил. Смежились веки, я вздохнул И, обессиленный, заснул. Но и во сне вы предо мной Желанной грезою ночной. Хоть день и ночь моя мечта Одною вами занята, Но сон всего дороже мне: Над вами властен я во сне. Я милое сжимаю тело, И нет желаниям предела. Ту власть, что мне приносит сон, Не променял бы я на трон. Длись без конца, мой сон,— исправь Неутоленной страсти явь!

Миниатюра из рукописной хроники. XIII век 

БЕРТРАН ДЕ БОРН 

* * * Мила мне радость вешних дней, И свежих листьев, и цветов, И в зелени густых ветвей Звучанье чистых голосов,— Там птиц ютится стая. Милей — глазами по лугам Считать шатры и здесь и там И, схватки ожидая, Скользить по рыцарским рядам И по оседланным коням. Мила разведка мне — и с ней Смятенье мирных очагов, И тяжкий топот лошадей, И рать несметная врагов. И весело всегда я Спешу на приступ к высотам И к крепким замковым стенам, Верхом переплывая Глубокий ров,— как, горд и прям, Вознесся замок к облакам! Лишь тот мне мил среди князей, Кто в битву ринуться готов, Чтоб пылкой доблестью своей Бодрить сердца своих бойцов, Доспехами бряцая. Я ничего за тех не дам. Чей меч в бездействии упрям, Кто, в схватку попадая, Так ран боится, что и сам Не бьет по вражеским бойцам. Вот, под немолчный стук мечей О сталь щитов и шишаков, Бег обезумевших коней По трупам павших седоков! А стычка удалая Вассалов! Любо их мечам Гулять по грудям, по плечам, Удары раздавая! Здесь гибель ходит по иятам, Но лучше смерть, чем стыд и срам. Мне пыл сражения милей Вина и всех земных плодов. Вот слышен клич: «Вперед! Смелей!» И ржание, и стук подков. Вот, кровью истекая, Зовут своих: «На помощь! К нам!» Боец и вождь в провалы ям Летят, траву хватая, С шипеньем кровь по головням Бежит, подобная ручьям... На бой, бароны края! Скарб, замки — всё в заклад, а там Недолго праздновать врагам!