Хозяин Ястребиного острова - Кэтрин Коултер

Рорик встал и, осознав, что совершенно голый, накинул на себя тунику.

– Как ты?

– Нормально. Иди спать и оставь меня в покое, – буркнул он и, не оглядываясь, вышел из спальни.

Мирана легла на спину и закуталась в одеяло. Кто такая эта Инга?

Следующим утром старая Альна зашла в спальню, чтобы снять цепь. Рорик так и не вернулся в спальные покои. Солнце уже встало. Она протянула Миране выстиранные ею платье и тунику.

– У нас был отличный план, – сказала старая Альна, – но он сорвался. Боги разгневались на нас. Лорд Рорик решил высказать нам все прямо сейчас, и мы не успели накормить их вкусной кашей и пышным хлебом. – Старуха тяжело вздохнула. – Пойдем, нам тоже следует послушать, что он скажет. Возможно, у тебя появится другая задумка.

Она повела Мирану в длинный зал, где стояли и сидели на скамьях не меньше шестидесяти человек. Никто из них еще не успел поесть. Рорик говорил. Его голос был обычным, но Мирана различила в нем еле сдерживаемую ярость. «Интересно, кто-нибудь слышит это, кроме меня?» – подумала она. Он стоял в центре зала, уперев руки в бока, и выглядел очень внушительно. Он казался спокойным, как христианский священник, но в то же время его распирала ярость. Это было странно, но тем не менее это было так.

– … Я достаточно терпел это, равно как и все мужчины. Вы, женщины, должны прекратить эту жестокую игру. Хватит. Всему приходит конец. Если еще раз мне подадут испорченное жаркое, приправленную дубовой корой капусту или что-то подобное, я лично высеку женщину или женщин, приготовивших это блюдо. Затем каждый из моих мужчин по очереди высечет одну из женщин. Единственная, кто избежит наказания, – Энтти. Она не виновата в том, что не умеет готовить. Если бы дело было только в этом, вы давно бы уже помогли ей. Надеюсь, вы все поняли. Я говорил это не для себя. Или вы прекращаете свои козни, или в дело пойдут кнуты. Я здесь хозяин, и я все сказал.

Он резко повернулся и вышел из зала.

Мирана осмотрела зал. Ее интересовало соотношение мужчин и женщин. Если мужчин меньше, то некоторые женщины могли бы избежать наказания. А если больше, тогда… По залу прокатился недовольный ропот женщин. Они отошли от мужчин и собрались в группки. Они что-то кричали, стенали и были явно расстроены. Старая Альна стояла в стороне и грустно улыбалась, обнажив три оставшихся зуба.

Большинство мужчин смеялись, другие высокомерно потирали руки.

– Аста, неси-ка сюда свой зад, моя дорогая жена! – заревел кузнец Гард. – Иди сюда, или я высеку тебя прямо сейчас, следуя пожеланиям нашего господина, нет, его приказу! Он не из тех, кого можно ослушаться. Ты слышала, что он сказал? Он здесь хозяин!

– Чтоб ты сгнил в соляных топях, жалкий неверный пес! – закричала в ответ Аста.

Гард, обладавший недюжинной силой, бросился к жене, схватил ее за руку и дернул к себе. Он взял ее закопченной рукой за подбородок и громко сказал, так, чтобы слышали все мужчины:

– Я буду спать с Энтти или любой другой женщиной, когда захочу, и ты ничего мне не сделаешь. А если ты хоть раз еще возразишь мне, то я как следует отлуплю тебя по пышной заднице. То же самое, если станешь донимать меня слезами и стенаниями. Ступай работать и не вздумай блеять с другими овцами. Да, и принеси мне каши. Лучше бы ей быть вкусной, а не то испытаешь на своей шкуре мою ярость.

Мирана молчала. Она видела испуг на лицах одних женщин, гнев, неповиновение и вызов на лицах других. Она заметила, как маленькая Утта смотрит на своего отца, и нахмурилась. Амма показалась ей подавленной, но это было лишь мгновение. Она была решительной женщиной, и очень скоро ее плечи распрямились, и она взглянула сначала на мужа, потом на женщин. Мирана точно знала, что женщины соберутся вместе, как только мужчины уедут на охоту. «Интересно, пригласят ли они меня?» – подумала она. До сих пор она ничем не смогла помочь им. Мирана тихонько чертыхнулась.

Она вышла из дома, рассудив, что женщины позовут ее, если захотят. Во всяком случае, она очень надеялась на это. С каким удовольствием она научила бы их пользоваться оружием. Укол ножа был бы гораздо более действенным средством против мужской измены, чем приправленное дубовой корой жаркое. Мужчина, понимающий, что жена ловко и без колебаний может отхватить ножом его мужское достоинство, не стал бы настаивать на своих правах. Это так, но она просто пленница. Как она могла забыть об этом? Она ничего не могла сделать для себя, не говоря уже о других.

Было теплое ясное утро. Легкий, дующий с востока бриз доносил насыщенный запах моря. Над головой кружили серые ржанки, травники и кроншнепы. Они то резко пикировали вниз, то вдруг взмывали к белоснежным облакам. Птиц было очень много, некоторых Мирана никогда не видела раньше. Она невольно улыбнулась, глядя на их немыслимые виражи. Девушка глубоко вздохнула и поискала глазами Рорика. Он был у ворот частокола и разговаривал с несколькими мужчинами. «Наверное, советует им приготовить кнуты, – подумала Мирана. – Отстегать бы их самих и посмотреть, как им это понравится». Керзог сидел рядом с Рориком, преданно глядя на хозяина. Ветерок ерошил его шерсть.

Мирана пригладила пальцами волосы и связала их на затылке веревкой, которую ей дала старая Альна. Ей хотелось искупаться и немного отвлечься. Но больше всего ей хотелось узнать о планах Рорика. Что он задумал? Неужели он действительно собирается стегать женщин кнутом из-за плохо приготовленной пищи? А кроме того, почему он так поторопился с решением, даже не попробовав утренней каши? Это казалось Миране странным.

Она пошла к тому месту, где стоял Рорик, и, остановившись от него в двух шагах, скрестила на груди руки. Увидев ее, Керзог негромко гавкнул и принялся вилять хвостом.

– Хвала небесам, – сказал один из мужчин. – Они не посмеют ослушаться, милорд. Эти женщины знают, что ты не бросаешь слов на ветер. – Он ухмыльнулся. – Жаль, что я не присутствовал при этом и не видел их перепуганных лиц, – с сожалением добавил он.

Рорик промолчал.

– Я смотрю, Керзог совсем не пострадал, – вдруг заметил он. – Они готовили нормальную еду для себя, детей и животных и только нам подсовывали помои.

«Это потому, что Керзог и дети не спали с Энтти», – с усмешкой подумала Мирана.

– Да, – присвистнул другой. – Женщины сыграли с нами злую шутку. Надеюсь, теперь нам не придется есть пищу, приправленную всякой дрянью, от которой схватывает живот. В таком состоянии мы были бы слишком слабы, чтобы справиться с ними. Как вы думаете, они не отравят нас со злости?

Рорик покачал головой.

– Я скажу старой Альне, чтобы распорядилась зажарить нам на ужин кабана.

Над головой пролетели четыре дикие утки. Керзог гавкнул на них, затем снова лег и положил морду на передние лапы.