Хелл. Обещанная усем любоффф. - Елена Звёздная

— Он меня с ума сводит, — честно призналась Хелл, — и это ощущение я ненавижу!

Желая отвлечься, она вновь начала рассматривать помещение. Фактически она пришла не к Арсианару, ей нужен был другой деймас.

— Шахран, испарись, а? — прошептала Хелл, — мои мысли он не прочитает, а твои может. Исчезни, подожди меня наверху лестницы.

Демоница подчинилась, а наемница продолжила осмотр. Итак, пол черный, из этих странных кристаллов, похоже, он скользкий, так что придется идти, используя боевой транс. Не то, чтобы она боялась упасть, но тогда вместе с сочувствием ее варвар подарит ей и спешное возвращение в спальню, а это в ее планы не вписывалось. Черный пол был полуовальной формы, словно ломал стереотипы архитекторов. По правой стороне возвышались арки, из бежевого с золотым хрусталя, хотя раньше наемница сказала бы, что такое в принципе невозможно. Приглядевшись к полу, она поняла, что из арок входят и выходят и не только люди. Интересное открытие. Арки решено было исследовать подробнее, если побег накроется.

Интересно, что растений в этом странном зале, с потолком не менее двадцати метров в высоту, не было. Точнее не было обычных зеленых кустиков. Зато присутствовали странные светящиеся серебристые растения в черных вазонах, которые цвели золотыми цветами. Цветы освещали зал! Именно эти цветы вились по аркам, именно они почти сплетали беседку над рабочей зоной ее варвара. Арки Хелл взялась подсчитывать — четыре огромные, до потолка и маленьких, узких девять. Потом снова посмотрела на Арсианара:

"Ничего так варвар, интеллигентненький, — с неожиданной нежностью подумала Хелл, и мстительно обругала себя, заставляя вновь сосредоточится на плане."

Тот, кого она дожидалась вскоре показался — деймас в черном, которого называли Синкаем подошел к господину и почтительно склонился, ожидая, когда Арсианар уделит ему внимание.

Все, теперь ее выход! Плавно перейдя в боевой транс, Хелл грациозной, отработанной походкой, с самой обворожительной улыбкой, тоже отработанной под руководством Алекс, направилась к своему варвару. Он увидел ее не сразу, но вздрогнул и поднял голову, видимо прочитав мысли окружающих. А потом читать перестал, глядя только на нее, улыбаясь ей в ответ и плавясь под ее полным страсти взглядом.

"Умею же когда хочу, — пронеслась победная мысль, — теперь лишь бы все получилось!"

— Мой господин, — низким голосом с придыханием проговорила Хелл, и прочитала на его лице, что клиент готов, — я хотела… чтобы вы меня простили…

Арсианар выдохнул, явно практически потеряв над собой контроль:

— Я думал, тебя учили только убивать, — прошептал он внезапно охрипшим голосом. — А женщина в тебе пробудилась лишь прошлой ночью…

Хелл улыбнулась, обошла стол, заставляя тело изгибаться волной, на секунду замерла, позволяя ему рассмотреть себя, глядя, как расширяются от возбуждения его зрачки, слыша, как изменилось его дыхание. Затем резко и чувственно присела на одну ногу, держа спину прямой, чуть выдвинув вторую ножку вперед, идеально повторяя жест элитных ночных бабочек, которые учили их когда-то соблазнять танцем. Тогда Хелл искренне завидовала Лекси, для которой танец был прост как дыхание. "Это легко, — говорила тогда Алекс, — танец страсти прост для тех, кто ее познал". Теперь она поняла, о чем говорила подруга, в этот миг и для нее каждое движение было наполнено смыслом.

Плавно изгибаясь, она встает, словно невзначай коснувшись волосами его лица.

Затем снова наклонилась к нему, положив ладони на сильные плечи, и прошептала у самых его губ:

— Женщина во мне, мой господин, родилась раньше наемницы, — он рванулся к ее губам, но теперь она госпожа, и он принимает ее игру, откидывается на спинку кресла, его дыхание сбивчивое, быстрое. — Так я прощена, Арсианар?

Арсианар словно вернулся из мира грез, посмотрел на нее более осмысленно, затем во взгляде появилось подозрение:

— Хелли, ты соблазнительная, как демоница. Что же ты задумала, искусительница?

"Иногда мужчины предсказуемы как дети, — она едва сдержала насмешливую улыбку, — милый какой же ты наивный".

— Ты узнаешь об этом, — прошептала Хелл, касаясь его уха, нежно притронувшись щекой к его щеке, — как только вернешься в нашу спальню. Я умею просить о прощении… — ее пальчики совершили плавное путешествие от его шеи до места, на котором для него была сосредоточена сейчас вся вселенная. — Надеюсь, ты придешь?

Она резко отпрянула от него, грациозно развернулась, прекрасно зная, на что он смотрит. Этим местом она позволила ему полюбоваться лишь несколько секунд, хорошо зная как это важно для мужчин после тех интимных фантазий, которые ей показывал Ксиай. Затем словно вспомнив о чем-то, она вновь обернулась к своему потерявшему счет времени господину, подошла, заглянула в потемневшие от страсти глаза и прошептала:

— Я забыла дорогу назад. Можно меня кто-нибудь проведет? Да хоть этот противный в черном, — она шикарно изобразила несчастного потерявшегося ребенка.

Арсианар кивнул в ответ, и громко приказал:

— Синкай, проводи инари в… — договорить она ему не дала, страстно прижавшись к его губам и дело было сделано. Когда она закончила с поцелуем, он уже забыл, что и кому успел сказать. Хелл и сама была готова наплевать на всех и продолжить заниматься тем, чем они так увлекались весь день почти, но какая-то часть ее на него была зла, эта часть и заставила остановиться.

— Спасибо, любимый, — она позволила ему увидеть свои пьяные от страсти глаза, затем развернувшись, покинула зал, чувствуя всей кожей на себе его взгляд.

Синкай последовал за ней, ежесекундно оглядываясь на господина.

Впрочем, сейчас все переводили взгляд с Хелл на Арсианара, и в этих взглядах было возбуждение.

"Ого, я талант, мне в порносценках играть надо, — с усмешкой подумала Хелл, — интересно, это насколько же я только что нарушила все правила поведения местной аристократии".

И все время пока они поднимались по лестнице, в зале за их спиной стояла гробовая тишина. Наемница искренне гордилась собой в этот момент, сожалея, что такое нельзя показать Лекси.

Едва миновали лестничный пролет, Хелл обернулась к Синкаю и с восторгом прошептала на языке деймасов:

— Мой господин, он прекрасен как бог. Нет он прекраснее богов… он… — Она оценила ошарашенное выражение на лице деймаса и решила не затягивать, — я так счастлива, что он сделал меня инари! И что приказал вам сопроводить меня к камню, в который на рассвете вы погрузите кинжал с моей кровью и тогда…

Идемте уже, Синкай! Вы же слышали приказ господина!