Белый крейсер, глава 1 - 5 - Иар Эльтеррус

За десять дней, прошедших с момента переноса на крейсер, бойцы кое-как освоились на нем. Сильно помогли сгруженные искином им прямо в мозг специальные знания. Однако эти знания не заменяли реального опыта, вот и носился Белый Крейсер туда-сюда - Сергей Перков осваивал мастерство пилота. Разлетались в пыль встречные астероиды - Ашот Каспарян учился стрелять из бортовых орудий. По коридорам туда-сюда мельтешили ремонтные и иные киберы - Мыкола Шелуденко, отчаянно матерясь, пытался разобраться как, в случае чего, проводить срочный ремонт после повреждений в бою. Иван Мурянин бегал по всему кораблю, проводя инвентаризацию - завхоз обязан знать, что у него есть, а чего - нет. Михаил Фельдман изучал межзвездную навигацию и стонал, что ничего в ней не понимает - слишком далеко росская математика ушла от русской. Его общими усилиями успокаивали и уговаривали продолжать - успели понять, что без толкового навигатора не обойтись.

Сам Алексей старался ознакомиться со всем, чему учились его подчиненные - капитан обязан уметь это хотя бы начальном уровне. Однако информации оказалось слишком много, даже ментоскопы не помогали - мозг не способен усваивать знания в таких количествах. Виктор брал на себя, что мог, но тоже к вечеру валился с ног от усталости: семь человек для столь огромного корабля - просто ничто. Необходимо было срочно набирать экипаж. Но где его взять? Да и кому можно доверять в чужом мире?

Алексей пребывал в растерянности, когда услышал объявление искина, что неподалеку сканерами пространства пойман сигнал бедствия. Немного подумав, он приказал идти на помощь. Рассказы спасенных россов потрясли капитана. Он, конечно, помнил слова Виктора о том, что в Безвременье в Империи творилось страшное, но не представлял, что настолько страшное. Однако императором становиться все равно не собирался - слишком хорошо знал свои способности и понимал, что не справится. Просто не справится.

Однако совесть ела Алексея поедом, а в голове набатом звучали слова Умара: "Ваше величество! Неужели вы не понимаете, что сейчас у Империи впервые за много лет появилась надежда? Не лишайте нас ее!" И ему было очень не по себе. Не трус ли он? Но…

В отчаянии капитан из всех сил ударил кулаком по стене. Боль в разбитых пальцах заставила немного отвлечься. Хриплым голосом он приказал искину подать сто грамм коньяка и, взяв стакан из окна раздачи, залпом выпил. Спиртное не помогло. Мысли о том, что делать, не давали Алексею покоя.

- Искин… - глухо позвал он.

- Да, мой капитан.

- Сколько времени насчитывает история Росской Империи?

- Точно неизвестно. По данным Императорской Академии Наук, около пяти тысяч лет. Доказательств местного происхождения человека не обнаружено ни на одной из планет. То же относится и к Кархану, нашему основному сопернику. Главенствующая историческая школа в конце концов пришла к выводу, что Росс - чья-то забытая и одичавшая колония. Не все были согласны, но это ничего не меняло - доказательств обратного не существует. Еще одной причиной вышеуказанного мнения являлись немногие сохранившиеся легенды, имена и портреты великих императоров прошлого. Неизвестны ни название страны, в которой они правили, ни даты, да вообще почти ничего. Однако само наличие таких легенд говорит о том, что в далеком прошлом Росса существовала великая страна, многого добившаяся и достигшая. Вероятнее всего Империя возникла, как я уже говорил, из ее колонии.

- Имена и портреты… - задумчиво повторил Алексей, опускаясь в кресло. - А знаешь что? Покажи-ка мне их!

- Как прикажете, мой капитан.

На стене, превратившейся в голоэкран, возникла даже на первый взгляд древняя картина, написанная маслом и покрытая каким-то лаком. На ней был изображен суровый воин в кольчуге, с мечом, в остроконечном шлеме.

- Ярослав Мудрый, - прокомментировал искин. - Годы правления и деяния неизвестны.

- Кто?! - схватился за горло от такого известия Алексей. - Ярослав Мудрый?!

- Да.

Капитан медленно встал, глядя в холодные глаза воина. Совпадение? Или нет? Если это тот самый Ярослав Мудрый, то все ясно. Росс - тоже Россия. Неважно, где и когда, но Россия. Пусть даже ее колония, забывшая о своих корнях. Это не имеет особого значения.

- Дальше! - выдохнул он.

Ярослава Мудрого сменило изображение другого воина в похожем одеянии.

- Дмитарий Данской, - сообщил искин.

Алексей уже не удивился, он сел на край кровати - ноги не держали - и вытер холодную испарину со лба. Весело получается… Выходит, прав был Виктор? Ох ты ж, Господи… И что теперь делать ему? Он ведь больше не имеет права сказать: "Росс - чужая страна, не моя, поэтому пусть живет, как хочет…" В том-то и дело, что страна - его! От этого никуда не уйти, уж себя-то обманывать не надо. Присяга, данная Алексеем, распространяется и на Росскую Империю…

Следующим оказался двухметровый детина по имени Петер Кораблестроитель. Не узнать его выкаченные глаза и кошачьи усики было невозможно - Петр, Петр Первый, он же - Великий. Не спутаешь. У капитана поплыло перед глазами, в ушах застучало, дыхание стало хриплым. Следующей на экране возникла Катинка Великая. Ясно, Екатерина. Скорее всего. Затем - Александер II.

- Ясно, что это не все императоры, - продолжил искин. - Память, по всей видимости, сохранили только о самых выдающихся. Последний из таких - Иосайф Железный. Победитель в великой войне. Какой именно и с кем - осталось неизвестным.

А это еще кто? Алексей уставился на экран, где появился очередной портрет. Когда он понял, кто изображен там, капитану показалось, что на него рухнул потолок. С портрета с гневом смотрели хорошо знакомые тигриные глаза Иосифа Сталина. И в этих глазах явственно читалось: "Что, мальчишка, струсил? А ну-ка быстро взял себя в руки, встал и пошел делать дело!"

- Я же не справлюсь, товарищ Сталин… - Алексей, пошатываясь, встал. - Я не потяну…

Больше доказательств того, что Росс - его родина, не требовалось. Казалось бы, радоваться надо, но так плохо капитан никогда еще себя не чувствовал. В глазах было темно, руки и ноги тряслись, дыхание перехватывало. Неужели ему действительно придется становиться императором?… Да разве обычный пехотный командир справится с такой задачей?! Алексей прекрасно понимал, что нет. Да еще и тогда, когда страна разорвана на куски. Как ее собирать? Как заставить людей поверить себе? Как повести за собой? А главное - куда их вести? Капитан не знал. Ни опыта ведь, ни образования. Да и возраст всего двадцать два года - мальчишка еще.

Внезапно перед внутренним взором появился приемный отец, Ефим Климко. Он с сочувствием посмотрел на едва не плачущего сына, а затем почти беззвучно сказал: