Рыжий и черный - Татьяна Лаас

Эван громче сказал:

— Отец Маркус! Выслушайте меня! Я…

Марк выгнул белую бровь, совсем как Эван:

— Вы не хотите вернуть эфир? Вы не хотите становиться колдуном? Или вы боитесь, что станете черным колдуном? Не смотрите так на Брендона — он больше выделывается, что творит зла.

Грег скривился, благодаря небеса за то, что его хотя бы выслушали. Эвану повезло меньше — его мысли просто так прошуршали, как страницы книги, отказываясь слушать.

— Менталисты — зло, — хмуро сказал Эван. Брендон согласился с ним:

— Я это уже давно говорю — никакого права на приватность. Подтверди, Грег?

Тот потер ладонями лицо:

— Это не зло. Это какой-то сумасшедший дом. Так общаться нельзя! Пожалуйста, ради всех, пытайтесь слушать и слышать, отец Маркус.

Марк постучал указательным пальцем по своему виску:

— Именно это я стараюсь НЕ делать. Ваши мысли сами лезут мне в голову. Поверьте, моя жизнь куда хуже, чем эти ваши пять минут страданий сейчас в моем кабинете. — он демонстративно сел, отзеркалил позу Эвана, забрасывая ногу на ногу, и сказал: — хорошо. Давайте поступим по-вашему и начнем все с начала. Я внимательно слушаю вас, леры. Что вас всех привело в мою скромную обитель? И не надо так мысленно ругаться — я все слышу!

Глава 7 День второй. Очередной сомнамбула

Время приближалось к пяти. Констебли, не занятые в охране принца Анри, потягивались и вставали со стульев, возвращая их на свои места — Виктория закончила читать последнюю на сегодня лекцию для Байо… И остальных парней. Может, их всех заставить сдать экзамен на детективов? Лишним не будет. Брок задумчиво наводил на столе Одли порядок — перед плаванием в Танцующий лес Вин не успел это сделать. Надо же, Одли, оказывается, что-то не успевает делать! Это было не похоже на него — скорее уж Брок что-то забывал, как, например, недавно с записями по делу Чернокнижника.

Парни расходились — время на службе закончилось: у ос было свое расписание, это в Центральном участке, расположенном в одном с ними здании, продолжала кипеть работа.

Виктория, одетая сейчас в простую форменную рубашку и штаны, обвела взглядом свой стол — все свои заметки по делу задушенного в Танцующем лесу она убрала в планшет, все официальные бумаги — в сейф, как и положено. Она потянулась за мундиром, висящим на спинке стула, и Брок опередил её — перехватил мундир и галантно помог его надеть:

— Брок… — Вик оглянулась на него: — я могла бы и сама.

— Мне нетрудно, а тебе приятно.

Вик сжала губы — приятно… Сейчас Брок не прятался от неё — эфир передавал все его чувства: смятение, усталость, серьезное намерение поговорить с Грегом и решить раз и навсегда их разногласия — понять бы еще, какие именно… Вик хорошо относилась к Броку, но волна глупого отчаяния захватила её с головой — никогда она так не почувствует Эвана. Никогда. Так, быть может, все же лучше отказаться от эфира, разорвать связь с Броком и зажить с Эваном, как обычные люди? Эфирные навыки нужны, особенно на службе, но тут полно магов — всегда есть на кого положиться.

— Вики? — Брок насторожился: — что-то не так?

Она отрицательно качнула головой:

— Все хорошо. Я домой.

— Я провожу, — улыбнулся мужчина, хватая со стула свой мундир.

Вик пришлось напоминать:

— Совещание у лер-мэра. Забыл?

Брок скрипнул зубами:

— Я за Грега уже отмучился на утреннем, на котором должен был быть он. Сейчас его очередь отдуваться.

— Брооооок, — Вик, застегивая форменные, серебряные пуговицы на мундире, покосилась на него. — Грег временно отстранен от службы. Забыл? Так что вперед, на галеры!

— Ммм, — застонал вполне искренне Брок. — Небеса и пекло, за что мне это…

— Иди, — Вик легонько подтолкнула его в спину. — Хочешь, я подожду тебя тут?

— Вот таких жертв я точно не заслужил, — подобрался Брок. — Возвращайся домой — у тебя была тяжелая седьмица.

Дверь в общую залу открылась — на пороге, оглядываясь, стоял смутно знакомый мужчина: черная форма Вернии, рыжеватые волосы, бледная кожа, голубые, самую малость шальные глаза. Кажется, это был кто-то из охранников принца Анри.

Молодой мужчина выцепил глазами среди констеблей Викторию и целеустремленно широким шагом направился к ней через весь зал:

— Добрый вечер, лера Ренар! — он скосил глаза на стоящего рядом с ней Брока и легко поклонился и ему: — лер де Фор… Я лер Ренар Каеде из королевских Ренаров. К сожалению, я не могу вам предоставить рекомендательного письма, так что вам придется поверить мне на слово. Я, конечно же, могу вам предоставить доказательства нашего в вами родства, лера Ренар, но только наедине… — он улыбнулся при этом весьма игриво.

Вик нахмурилась, невольно вспоминая Гилла — тот тоже как-то показал «рекомендации», шокировав прислугу и саму Вик. Больше как-то настаивать на рекомендациях, которые можно показывать только наедине, не тянуло. Тем более, что этот Ренар и впрямь… Пах Ренарами. Тонкий нюх, который достался Вик от дальних предков из Нерху, в таком не ошибался — Ренар Каеде пах домом, он пах, как Чарльз, брат Вики. Обидно, что отец все же лгал, когда говорил, что родства между их семейством и семейством королевских Ренаров нет. Он всегда настаивал, что это просто совпадение родового имени, что часто встречается в Эребе. Ренар заметил, как хищно раздувались ноздри у Вик и очаровательно улыбнулся:

— Кажется, лера Ренар, вам не требуются иные доказательства родства, я же правильно понял?

Вик кивнула, вспоминая об этикете:

— Добрый вечер, лер Ренар. Рада нашему знакомству, хоть о нашем родстве до этого момента я и не подозревала. Чем обязана вашему визиту?

Брок стоически молчал, не вмешиваясь — он только обменялся с Ренаром поклоном.

— Прошу прощения, что своим визитом отвлекаю вас от важных дел, — велеречиво начал Ренар. — Мне очень не хотелось причинять вам лишних неудобств, но обстоятельства сложились так, что без вашей помощи мне не справиться.

Вик с трудом подавила желание его оборвать.

— …надеюсь, что вы в состоянии уделить мне пару минут своего драгоценного времени…

Ренар напоминал Вик Эвана в начале их отношений, когда все строго подчинялось этикету. Кажется, мужчина понимал, что нервирует Викторию, но продолжал свою речь:

— …Ибо во всем мире только время — то, что не вернуть и не пустить вспять. Я понимаю, что не имею права настаивать…

Вик сдалась, не готовая выслушивать после тяжелого дня на службе лишние натужные слова:

— Прошу, чуть ближе к делу — я, действительно, спешу. — Куда она