Лунный камень Сатапура - Суджата Масси

разных людей из бомбейского света. Родерик Эймс, вопреки своему заявлению, что карты его не интересуют, игру знал хорошо и действовал умело — в ответ на его ходы Язад только хмурил брови.

Колину же, похоже, было решительно все равно, выиграет он или проиграет: бокал он к губам подносил реже, чем его гости, и время от времени бросал лукавый взгляд на Первин. Она все пыталась разгадать смысл этого взгляда.

Вдруг снаружи залаяли собаки, и Первин инстинктивно вздернула плечи. Вошел Рама в сопровождении сутулого джентльмена-европейца. Тот был почти лыс, лишь венчик рыжих волос обрамлял макушку, светлую кожу испещрили красные крапинки и веснушки. Маленькие глазки были водянисто-голубого цвета. Трудно было сказать: то ли он рано состарился под жарким солнцем, то ли уже перевалил за семьдесят. В любом случае выглядел он не слишком могучим.

— Добрый вечер, доктор Эндрюс! — Язад поднялся и с ироническим почтением поклонился эскулапу, одетому в сильно помятый саржевый костюм. — Вот и явился наш карточный чемпион. Боюсь, мы начали без вас — получается не игра, а черт знает что.

— Неважно. Продолжайте. — Врач опустился в кресло подальше от стола.

Колин положил на стол свою талью, налил чаю в чашку, отнес гостю.

— Вы, видимо, устали после длинного дня.

— Еще двое детей умерли от холеры, — сказал врач, с благодарным кивком беря в руки чашку.

— А Первин сегодня была в деревне! — заметила Вандана, с тревогой глядя на гостью. — Вы потом принимали ванну?

— Я… — Первин замялась, потому что не привыкла обсуждать столь личные вопросы в присутствии малознакомых людей. — Я обтерлась губкой перед вашим приездом. Мне никто не сказал, что в деревне есть больные.

— Признаков эпидемии пока не заметно, однако осторожность не повредит. — Доктор Эндрюс посмотрел на нее, нахмурившись. — А вы кто? По каким делам в этих краях?

Вмешался Колин:

— Мисс Первин Мистри — юрист на государственной службе, она направляется во дворец. Ее прислало Колхапурское агентство, и я очень этому рад.

«Юрист на государственной службе» было некоторым преувеличением, однако Первин решила не спорить. Зато она теперь знала, как ей лучше рекомендоваться.

— Если собираетесь во дворец, вы должны быть совершенно здоровы. — Доктор Эндрюс бросил на нее внимательный взгляд. — Там и так уже настрадались. Нельзя их заразить.

— Давайте все в качестве меры предосторожности вымоем лицо и руки, — предложил Колин. — Рядом со столовой есть ванная комната. Рама подаст ужин пораньше, если вы голодны.

— А как же карты? — воспротивился Язад.

— Как по мне, я готов закончить прямо сейчас, — сказал Колин. — Что можно выиграть в карты?

Вандана погладила мужа по плечу.

— Слишком часто мы проводим вечера за картами, потому что больше нечем заняться. Такого общества здесь не собиралось с прошлой весны! Давай возьмем от него все, что можно.

Первин совсем не удивилась, когда на стол поставили жареную курятину. Но прежде Рама подал охлажденный томатный суп, а еще рис, два вида маринованных овощей, картофельное карри и дал. Открыли две бутылки вина: кларет того же года, что и накануне, и шампанское. Воду не пил никто, кроме доктора.

— Мой повар обучался в отеле «Тадж-Махал» в Бомбее, — похвасталась Вандана Первин. — Не хотите навестить нас завтра? Накормлю вас завтраком или ланчем, как скажете.

Первин замялась.

— Было бы замечательно, но я, скорее всего, уеду рано утром.

— Туда пути три часа. Выезжать в самую рань не обязательно. — Вандана задумчиво потягивала шампанское.

Первин ее замечание удивило.

— Так вас совсем не пугают бандиты, которые ограбили Язада?

— Не пугают, и я не единственная дама, которая ездит верхом по лесу! — Вандана победоносно глянула на мужа. — Пусть эти бандиты только попробуют ко мне сунуться! Да в мои времена и не было никаких бандитов. Все любили ездить во дворец. Там было весело и оживленно.

Первин, несколько воспрянув, попросила:

— А вы не расскажете мне про махарани?

— Разумеется! — Вандана положила вилку и нож и подалась вперед, явно радуясь возможности посплетничать. — Вдовствующая махарани — ее все называют раджмата[20] — была очень властной. Всех нас наставляла, как надо себя вести, даже тех, кто обречен всю жизнь оставаться в стенах дворца. Именно от нее я узнала о важности приметных украшений. Мне она в качестве приметы посоветовала бриллианты. Отличная мысль!

— И для тебя, и для месье Картье, — вставил Язад и рассмеялся собственной шутке. — Якобы даже на портсигаре должны быть бриллианты.

Почти все драгоценности, подаренные ей на свадьбу пять лет назад, Первин продала, чтобы заплатить за обучение в Оксфорде. Она улыбнулась и заметила:

— Боюсь, единственное мое приметное украшение — наручные часы. Я путешествую налегке.

Вандана потянулась и постучала по стеклу часиков Первин.

— «Лонжин». Недурно.

Первин, слегка обидевшись, попросила:

— А не могли бы вы подробнее описать характер вдовствующей махарани?

— Ужасно строгая! Если мы, дети, кричали и носились по зенане, она вечно нас ругала. Зато щедра на подарки. — Подавшись вперед, Вандана осведомилась: — Какие вы ей подарки привезли?

Подарки? Об этом и речи не было.

— У меня ничего нет. Я…

— Без подарков нельзя, — отрезала Вандана, наморщив лоб. — Колин, расскажите ей, что с вами произошло!

Колин ловко смешал рис с далом, а потом ответил:

— В прошлый свой визит я привез жестянку печенья из «Фортнум и Мейсон». Но печенье отвергли, оно вернулось со мною обратно.

Вандана театральным жестом швырнула салфетку на стол.

— Скорее всего, именно из-за этого бестактного подарка вас и не приняли!

— Да неужели? — ошарашенно спросил Колин.

— Безусловно. Именно поэтому она и попросила вас рассказать еще раз! — пошутил Язад.

А вот Первин, которая и жестянкой с печеньем-то не запаслась, было совсем не смешно.

— Думаете, засахаренные кешью, которые я купила в деревне, не подойдут?

— Только не чикки. Они к зубам прилипают! — заявила Вандана и передернулась.

— А травы от Рамы? — подмигнул Язад.

Первин его слова озадачили.

— Вы предлагаете отвезти им в подарок травы, которые используют в качестве приправ? Вряд ли махарани сами готовят пищу.

— Нет, я имею в виду лечебные травы, — поправил ее Язад. — Здесь есть травы, которыми пользуются индийские целители, и они очень хорошо растут в сезон муссонов. Все знают, что Рама владеет даром исцеления и умеет собирать травы, верно?

— Он научил меня опознавать брахми и ашвагандху, — вставил Колин. — А еще есть очень красивый кустарник, который растет буквально повсюду, называется датура[21]. Цветочки такими раструбами, они приглушают даже самую беспощадную боль. Он мне несколько раз делал из них отвар.

— Кажется, я видела этот куст у веранды, когда утром ходила гулять. — Первин посмотрела через весь