Место под солнцем (СИ) - Гавриил Одинокий

— Добрый день, господа, — поприветствовал он гостей, — желаете купить рыбку? Есть свежие ракушки, сардины, только сегодня выловлены. Есть также вяленая камбала, сардины и макрель.

— Вообще–то рыбка не помешала бы, — вполголоса заметил Гальперин, — а то мы второй день кроме каши и сыра ничего не пробовали.

— Может быть попозже, — Константин развел руками, — видишь ли, любезный, мы паломники. У нас не на чем рыбу готовить. Не подскажешь, где здесь кузнец находится? Вот если у него котелок купим, тогда к тебе за рыбой придем.

— Кузнец сейчас у себя в кузнице — это вон там. Последний дом под черепичной крышей видите? Вот сразу за ним. А может вяленую рыбку сейчас купите — ее готовить не надо.

— Хм–м–м, может и купим, — Костя почесал в затылке, — ну покажи, что у тебя есть на продажу.

Рыбак повернулся к дому и крикнул. Из дверей дома показалась женская голова в белом чепце. Хозяин дома перебросился с ней парой фраз, и голова скрылась, чтобы через минуту явить женщину в полный рост. Достаточно миниатюрная, не более ста пятидесяти сантиметров ростом, он была одета в болотного цвета длинное, до щиколоток босых ног, платье без рукавов поверх рубахи из беленного домотканого полотна с закатанными до локтей рукавами. Поверх платья на ней был передник, неопределенного цвета, украшенный местами застарелыми пятнами. На левом бедре, вцепившись ручонками в рубашку и поддерживаемый матерью, восседал черноволосый мальчонка, примерно полутора лет от роду. На правом бедре она несла большую ивовую корзину. Подойдя к забору, она позволила мужу перехватить у нее корзину, а сама, взяв ребенка на руки, слегка поклонилась потенциальным покупателям. Рыбак, тем временем, опёр корзину о забор и, придерживая ее левой рукой, достал оттуда вяленую камбалу, размером со среднего размера поднос. Костя взял ее в руку и поднес к носу. Рыба была явно провялена качественно. Запаха тухлятины не чувствовалось совсем. Плоская как тарелка камбала почти просвечивала на солнце и казалась сочилась желтоватым жирком.

— Ух, хороша рыбка, — протянул Борис из–за спины Кости, — ее бы к пиву.

Следом, рыбак протянул друзьям связку крупных, не менее 20 сантиметров сардин, также качественно вывяленных.

— И сколько же ты хочешь за свою рыбку, — спросил Константин? — А копченной рыбы у тебя нет?

— К сожалению нет, сеньор, — рыбак сокрушенно развел руками, — я копчу рыбу только раз в неделю и почти всю отдаю в монастырь, а что остается забирает Гастон — владелец таверны. А вяленную рыбу я вам могу уступить всю корзину за один су.

— Нет, — Константин покачал головой, — нам не надо так много рыбы.

После непродолжительной торговли, друзья получили за один обол две камбалы и небольшую связку сардин. Рыбак был явно доволен провернутой сделкой и предложил зайти завтра утром за свежей рыбой, так как он скоро уходит на лов на всю ночь.

Друзья упаковали камбалу в полиэтиленовый пакет и уложили к Борису в «рюкзак», а связку сардин повесили на Костину сумку и, оторвав по штучке, направились в кузницу, жуя по дороге.

Близость кузницы они ощутили шагов за сто пятьдесят по запаху дыма и железной окалины, а еще через пару метров, также по звону металла. Сама кузница представляла собой довольно большой каменный сарай, над сланцевой крышей которого возвышалась на два с лишним метра, сложенная из камня дымовая труба. Из нее тянулся к небу жиденький дымок.

— Ни фига себе трубу отгрохал, — показал на нее Борис, — больше самой кузни ростом.

— Ну это–то понятно, — Костя обвел рукой окрестности, — во–первых тяга лучше, а во–вторых, чтобы искры погаснуть успели. Тут же крыши тростниковые кругом. Пожароопасное производство.

Войдя в кузницу, друзья остановились на пороге, ожидая пока глаза привыкнут к освещению. После яркого, полуденного солнца задымленная кузница, освещаемая через узкие оконца, казалась темной. От тускло светившегося горна веяло жаром. У входа были выставлены наиболее востребованные, по–видимому, продукты кузнечного производства.

У стены стояла деревянная лопата с наполовину окованным железом лезвием, Рядом пристроился колун и оголовок мотыги. На вбитых в стену деревянных колышках висели пара серпов, пружинные ножницы для стрижки овец и связка подков. В плетенной тростниковой корзине лежали граненые кованые гвозди в палец толщиной. Освоившись, они разглядели трех человек. Возле горна, голый по пояс подросток лет пятнадцати методично тянул за веревку, качая меха. Два других персонажа, также без рубах, были облачены в кожаные фартуки. Они были примерно одного роста, крепкие, мускулистые и очень похожи внешне, хотя и различались возрастом, да наличием коротко стриженной курчавой бороды у одного из них. Видимо отец со взрослым сыном или дядя с племянником. Старший, достав клещами из горна раскаленную докрасна полосу металла, бросил ее на наковальню. Придерживая ее клещами в левой руке, он взял другие, маленькие клещи и, ухватив ими пробойник приставил его к металлу. По его сигналу, младший обрушил на пробойник удар молота. Кузнец передвинул пробойник и снова кивнул своему молотобойцу. И так восемь раз. После чего кузнец достал из горна две железных скобы и вставил их в пробитые отверстия. Помощник, сменив тяжелый молот на инструмент поменьше, быстро расклепал их с обратной стороны. Затем железная полоса была передвинута на край наковальни и в несколько ударов согнута в виде узкой и длинной буквы П, а затем брошена в бочку с водой. Тем временем кузнец достал из горна еще одну заготовку и процесс пошел по новой. На пришельцев внимания никто не обращал.

— Борь, ты понял, что они куют? — Константин кивнул в сторону наковальни.

— А хрен его знает. Вот закончат — можешь спросить.

Только когда второе изделие зашипело в бочке с водой, кузнец положил клещи на край наковальни и что–то сказал помощникам. Подросток у мехов отпустил веревку и, смахнув пот со лба, молча вышел из кузницы. Кузнец подошел к посетителям и прищурился, разглядывая гостей.

— Опять, наверное, у какого–то проезжего шевалье либо купца что–то сломалось, — вполголоса сказал он на каталане через плечо своему подмастерью, — вот слуг прислал.

— Чем мастер Жильбер может услужить вашему господину? — обратился он к посетителям, перейдя на осситан.

— Какому господину? — удивился Костя.

— Наверное тому, кто приказал вам найти кузнеца, — мастер Жильбер криво усмехнулся и продолжил на каталане, обращаясь к своему помощнику, — вот же тупица, и кто только таких в услужение берет. Небось за рост выбирал — повыше чтоб.

Хотя настоятель монастыря и не был удовлетворен познаниями Гальперина в испанском, он прекрасно понял тираду кузнеца.