Зачарованный край (СИ) - Макар Авдеев

если Ярый победит в схватке с бандитами, он может банально не успеть добежать до укрытия раньше, чем начнётся Шухер. Он не знал, сколько точно времени у него осталось, знал только, что очень мало. А эти отморозки торчат спокойно на открытом месте, и совершенно не заботятся о надвигающемся локальном апокалипсисе, и не торопятся спрятаться. Бессмертными себя возомнили, что ли? Или просто под кайфом?

Ярый вынужден был принимать решение в условиях жесточайшего цейтнота. Или — или. Время поджимало. Ветер совсем взбесился, накрапывал мелкий косой дождь, который ухудшал видимость. Вдалеке раздался гром, земля ощутимо содрогнулась. Живот уже не просто крутило, его раздирало острой болью. Ещё и голова начала раскалываться от напряжённых мучительных раздумий, вызванных непредвиденно возникшей дилеммой.

Один из бандитов расстегнул штаны и вывалил наружу своё хозяйство. Другой наклонился к избитому парню, взял его под мышки сзади и стал приподнимать так, чтобы лицо оказалось на уровне паха первого. Подавив рвотный рефлекс, авантюрист от души выматерился. Он знал, что должно было произойти дальше. Ярый прикинул дистанцию до врагов, запомнил их позиции, положил автомат на землю и вытащил нож. После чего, прячась в зарослях, двинулся к часовому, который стоял особняком от остальных бандитов и ближе всех к авантюристу.

Ярый чувствовал, что поступает наперекор себе. Как будто бы он в определённый момент приказал телу пойти в одну сторону, налево, а душе — направо. Он сам от себя не ожидал такого неуместного благородства и почти мальчишеского геройства.

Автомат он оставил лежать на пригорке. Если бы Ярый начал палить из «калаша», то мог случайно задеть и заложника, который находился на одной линии огня с бандитами. К тому же, урки (или кто бы они ни были) могли успеть убить парня до того, как Ярый прикончит их всех. Так что лучше незаметно подкрасться поближе и напасть внезапно.

Заросли полыни были густыми и высокими, и позволяли надёжно спрятаться в них. Оставалось молиться, чтобы на пути не подвернулась какая-нибудь случайная «соковыжималка» или «микроволновка», а то «спасательная операция» провалится, едва начавшись. Ярый всё-таки не обладал такой феноменальной устойчивостью к подлянкам, как псевдог.

Полоса растительности закончилась, и между авантюристом и его противником осталось шагов десять открытого пространства. Когда Ярый подкрадывался к часовому сзади, впереди маячило тёмное пятно — рюкзак бандита. Когда-то он был чёрным, но сейчас из-за пыли и засохшей грязи стал серым и местами даже коричневым.

В голове почему-то некстати всплыла фраза, которую Ярый услышал давным-давно, ещё в начале своего пути по Зоне, от одного бандита, конченной мрази: «Война — это когда десять подходят с тыла к одному».

Рюкзак всё увеличивался и увеличивался в размерах, пока, наконец, не оказался в паре метров от авантюриста. Странно, но руки у Ярого совершенно не дрожали. Последний участок пространства авантюрист преодолел прыжком. Набросившись на бандита сзади, Ярый перерезал ему сонную артерию. По руке потекло что-то тёплое, красное и немного липкое — кровь, по счастью, на этот раз не своя, а чужая, вражеская. Авантюрист опустил мёртвое тело на землю. Остались ещё трое.

Ярый взял в левую руку нож, а в правую пистолет Макарова. Один бандит, здоровенный боров, стоял спиной к авантюристу, и как раз собирался надругаться над пленником. Второй, чуть поменьше, встал напротив первого и держал голову жертвы. Третий просто пристроился сбоку и наблюдал. Они так увлеклись расправой, что не обратили никакого внимания на Ярого и даже не заметили потерю часового.

Ярый подошёл к борову, полоснул его по горлу, и одновременно выстрелил в лицо из пистолета второму. Кровища брызнула во все стороны, прямо как в нелепых тарантиновских фильмах. Последний бандит успел издать короткий, но лаконичный выкрик:

— Мля!..

После чего развернулся и кинулся бежать, но пуля в затылок догнала его. С бандитами было покончено. Авантюрист победил. Спасённый сидел на земле, с головы до ног залитый кровью, своей и чужой. Но главное, он остался жив, хотя, кажется, не вполне понимал, где он и что с ним.

— Идти сможешь? — крикнул Ярый, пытаясь голосом превозмочь ураганный ветер.

Судя по виду парня и его вялой реакции на происходящее, передвигаться самостоятельно сейчас он вряд ли был бы способен. Ярый вернулся на пригорок, забрал автомат, спустился, помог раненому подняться на ноги. Парень опёрся на своего спасителя, и они двинулись вперёд, на север. Ярый теперь одной рукой держал «калаш», а другой придерживал выжившего. Бедняга сильно прихрамывал, и вообще с трудом мог идти.

Теперь осталась лишь сущая мелочь — добраться до старого высохшего колодца неподалёку от Гиблой Рощи, где у авантюриста был схрон. Небо почти полностью окрасилось в алый цвет. Земля под ногами ходила ходуном. Ветер с остервенением кидался на двух путников, едва не сшибая их с ног…

Часть вторая. Косатка. Глава 10. Двое

Ярый дёрнул за верёвку и выбил железную подпорку. Каменная плита, служившая колодцу вместо люка, упала и закупорила собой вход в убежище. Если бы не фонарик в руке Ярого, авантюрист и спасённый им парень моментально оказались бы в кромешной темноте. А так в колодце присутствовало какое-никакое освещение.

Спасённый парень сидел неподвижно, прислонившись к стене. Ярый сначала спустил его вниз на верёвке, а потом сам забрался следом. Благо, высота была небольшая, около пяти метров. Они шмыгнули в колодец в последний момент. Снаружи, наверху бушевала смертоносная стихия. Сквозь каменную крышку доносился адский грохот.

В глазах потемнело. Накатила ужасная тошнота, и Ярый не выдержал — его вырвало в углу. Потом авантюрист скрючился на полу в позе эмбриона. Боль вытеснила все остальные ощущения. Она раздирала изнутри, сжимала тисками череп, и для авантюриста не существовало больше ничего, кроме этой боли. Ярый не видел, как там его «подопечный», но догадывался, что тому приходится вдвойне несладко.

Перед тем, как разум авантюриста окончательно провалился в забытье, в голове мелькнула одна победоносная мысль: «Успели…»

…Ярого куда-то волокли по земле. В глазах всё плавало, и ему приходилось делать мысленное усилие, чтобы сознание снова не провалилось во тьму. Верёвка стягивала руки за спиной. Словно откуда-то издалека, до авантюриста донеслись два незнакомых голоса:

— А что со вторым?

— С ним мы закончили. Он больше нас не побеспокоит.

— Отлично…

Потом Ярого затащили в какое-то полуразрушенное здание и подвесили за верёвку, которой были связаны руки, на ржавый крюк под потолком. Авантюрист пытался сопротивляться, но на него вдруг накатила ужасная слабость, и всё, что он смог, это издать сдавленный стон.

— Ну что, фраер, допрыгался…