Российский конституционализм - Олег Кутафин

Однако, по мнению П. П. Шувалова, эти соображения внушены политической историей Запада и не соответствуют нашим отечественным условиям. Если даже и допустить со стороны совещательного собрания стремление к захвату власти, то это опасение не может быть устранено дарованием собранию некоторых верховных прав, принадлежащих государю. «Действительно, в подобном случае, – писал он, – несогласие может еще легче произойти по поводу разграничения этих прав и стремления к их расширению. Сущность дела остается одна и та же, с той только разницей, что собрание будет иметь под собою некоторую законную почву для предполагаемой борьбы, правительство же будет лишено части своей нравственной силы для противодействия».

Огромное большинство русского народа может не принять передачу власти в руки какого бы то ни было представительного учреждения. Однако наряду с этим большинством имеется меньшинство, незначительное по числу своих членов, но представляющее огромную важность по нравственному своему значению. Это меньшинство охватывает всю без исключения образованную часть общества, и к нему примыкают все новые силы, постоянно выделяющиеся, по мере успехов просвещения, из глубины народных масс. Почти исключительно в среде этого меньшинства складывается общественное мнение, «эта таинственная и непреодолимая сила, которой в образовательном мире подчиняются судьбы государств».

П. П. Шувалов высказывался в пользу установления народного представительства совещательного свойства, т. е. призыва, по повелению самодержца, выборных людей для воспользования их советами, но без предоставления им участия в верховной власти, сосредоточенной в руках государя.

По мере приведения в исполнение великих преобразований в России общественное мнение, освобожденное от прежних стеснений, стало быстро развиваться и постоянно расширяет круг своего действия. «Ныне, – писал П. П. Шувалов, – наше отечество более и более подходит под общие условия образованных государств, где правительственная власть поставлена в необходимость зорко следить за общественным мнением, направлять его, насколько это возможно, уступать ему в случае необходимости: одним словом, идти рука об руку с общественным мнением и из этого союза заимствовать нравственную силу, необходимую для твердого и последовательного ведения государственных дел».

Привлечение народного представительства к участию в государственном деле является вернейшим средством для устранения всех неблагоприятных условий существования власти. Присутствие выборного элемента устранит в значительной степени то недоверчивое настроение, от которого не могло отвыкнуть русское общество.

Нижняя палата народного представительства должна состоять исключительно из выборных членов и пользоваться положительной самостоятельностью в пределах предоставленных ей совещательных прав.

При избрании членов этой палаты необходимо принять за основание те самые начала, согласно которым производятся земские выборы, т. е. привлечение всех разрядов населения к непосредственному или посредственному участию в выборах. При таком составе избирателей можно надеяться на создание народного представительства, выражающего действительные стремления страны.

Для пресечения случайных и скоропреходящих явлений в деятельности народного представительства необходимо, чтобы рядом с собранием, составляющим существенный орган представительства, было другое учреждение предохранительного свойства, соответствующее верхним палатам западных государств. Это учреждение должно иметь общим назначением приостанавливать недостаточно обдуманные стремления народного представительства.

П. П. Шувалов считал, что верхняя палата должна формироваться на основе выборного начала. Он предлагал ее избирать ограниченным составом избирателей преимущественно из лиц, облеченных общественным доверием. Эти избиратели должны были представлять кандидатов на утверждение верховной власти. Члены палаты должны избираться пожизненно.

П. П. Шувалов выступал против участия земских собраний в государственном представительстве. Депутаты, выбранные не чисто избирательным съездом, а организованным собранием, желания и стремления которого им известны и перед которым они должны предстать по окончании возложенного на них поручения, находятся в положении, лишающем их необходимой самостоятельности. Подобные депутаты из советников, вызванных верховной властью для обсуждения общих польз государства, обращаются поневоле в поверенных, ответственных непосредственно перед выбравшими их доверителями.

Однако П. П. Шувалов допускал возможность поручить земским собраниям избрание членов верховной палаты.

Для власти, действующей гласно и открыто под нравственным контролем народного представительства, требуется создать самонаблюдение и безукоризненность, мало известные при других порядках.

Введение народного представительства должно исходить из личной воли государя, а не стать последствием каких бы то ни было требований или опасений.

Во второй редакции Записки, подготовленной П. П. Шуваловым[118], отмечалось, что самодержавной власти необходимо сблизиться с общественными силами. Он выступал за совестное применение государственной власти и нравственного воздействия на общество, доказывал пользу народного представительства.

П. П. Шувалов выступал также против замены народного представительства вызовом депутатов от земств для выслушивания по некоторым вопросам их предварительного мнения.

Касаясь выгод представительного учреждения, П. П. Шувалов подчеркивал, что создание постоянного представительного учреждения окажет самое благодетельное влияние на нравственное настроение общества. Постоянное и организованное собрание выборных людей также удалит на задний план многие отрицательные явления, имеющие место в стране, а в самом этом собрании огромное большинство общества будет усматривать вернейшего для себя руководителя.

П. П. Шувалов предлагал дополнить Государственный Совет выборными членами: предоставить каждому губернскому земскому собранию права избрания двух кандидатов на должность членов Государственного Совета. Эта мера будет иметь своим следствием большую безукоризненность в ведении государственного дела, сложение с правительства части нравственной ответственности, ныне всецело на нем лежащей, и окончательное усиление государственной власти дружным содействием общественного мнения.

В марте 1880 г. С. А. Муромцевым, одним из основателей и лидеров конституционно-демократической партии (кадеты), при участии В. Ю. Скалова и А. И. Чупрова была составлена поданная М. Т. Лорис-Меликову записка от лица именитых московских граждан с ходатайством о введении умеренной цензовой конституции[119].

Анализируя недостатки российской действительности, С. А. Муромцев подчеркивал, что вывести страну из такого заколдованного круга, в который она попала, не может ничто, кроме призыва в особое самостоятельное собрание представителей земства к участию в государственной жизни и деятельности, с прочным обеспечением прав личности на свободу мысли, слова и убеждения.

С. А. Муромцев указывал, что эта свобода вызовет наружу лучшие народные силы, пробудит заснувшую жизнь и разовьет богатые производительные силы нашей страны. Он считал, что свобода действеннее самых крайних репрессивных мер подавит проявление враждебности к государству со стороны анархических партий. Русское общество созрело для свободных учреждений и чувствует себя униженным, что его так долго держат в опеке.

Дарование стране учреждений с представителями земства во главе, созванными в особое собрание, придаст великому народу новые силы и новую веру в правительство и в свое будущее.

В политической Программе общества «Земский союз» (1882 г.)[120] указывалось, что Земский союз имеет целью достижение политической свободы народов России.

Под политической свободой Союз понимал самоуправление, обусловленное признанием и обеспечением за каждым членом государственного общежития всей полноты прав человеческой и гражданской личности, а также «основанное на уравнении тягостей общественной службы, на внутренней самостоятельности и взаимодеятельности самоуправляющихся групп».

Программа Земского союза имела задачей наметить общие начала самоуправления четырех независимо существующих, друг друга дополняющих и взаимодействующих групп общежития: всесословной волости, уезда, области и государства.

В Программе излагались условия, при которых возможно нормальное функционирование этих групп.

В Программе указывалось, что ввиду «двойственного значения Российского государства как вполне самостоятельного политического организма и в то же время как союза народов и племен, историческими событиями в прошедшем и общностью жизненных интересов в настоящем приведенных к общежитию и в нем удерживаемых, но никакими человеческими законами не обязанных приносить в жертву этому общежитию свою нравственную, национальную личность и материальное благосостояние родной земли, необходимым представляется помимо других собраний о пользе и справедливости вручить верховную законодательную власть не одному, а двум общегосударственным собраниям всенародных и областных представителей: Государственной Думе и Союзной Думе».