Ледяная корона - Андрэ Нортон

– Кто это?

– Принцесса Лудорика, наследница трона Ревеньи.

– Ну, и какова история ее появления здесь?

Роана смутно отметила, что дядя Оффлас включил записывающее устройство. Она готова была проклясть навеки свой собственный рот. Во всяком случае, больше ничего не смогла бы сделать. Предложение Сандара для нее было совершенно исключено.

И Роана начала рапортовать дяде о случившемся. Она говорила открытым текстом, и очень кратко. Словно отработала этот рапорт давным-давно заранее. Она поведала дяде Оффласу о буре, о своем убежище в башне, о пещере, о том, что она там обнаружила, о рассказе принцессы про Ледяную Корону и обо всем остальном.

Дядя Оффлас слушал ее, не перебивая, хотя Сандар постоянно ходил взад-вперед, словно ему безумно хотелось вставить какое-нибудь насмешливое замечание. И все-таки, он промолчал. Наконец завершив свое повествование, Роана ожидала страшной бури, прекрасно понимая, что словесная молния может принести беду куда посильнее настоящей.

– Что касается этой девушки, – нарушил тишину дядя, – мы можем позаботиться о ней, если это понадобится. Однако это ваша находка… ты понимаешь, о чем я говорю, Сандар?

– Да. Кое-что мне удалось разглядеть через панель. Это могут быть не предтечи, а психократы. И это вполне может иметь отношение к эксперименту на Клио.

– В любом случае, мне очевидно, что находка очень важная. Мы зафиксируем ее в рапорте вместе с этим. – Он взглянул на принцессу так, словно перед ним лежало не человеческое существо, а какой-то неодушевленный предмет, с которым придется очень долго возиться, дабы привести его в порядок. – Тем не менее, у нас имеется два дня на разбирательство, прежде чем передатчик сменит волну, чтобы должным образом перейти на связь с орбитой. А за это время нам необходимо собрать как можно больше информации.

– А что делать с принцессой? – осведомился его сын. – Ее разыскивает целая шайка негодяев, а нам нельзя слишком долго задействовать рассеиватель, причем на самую полную мощность. Если мы сделаем по-моему и промоем ей мозги, а потом оставим здесь, где эти люди смогли бы найти ее…

Роана понимала, что следовало бы еще раз произнести «Нет». У нее не было оружия, чтобы вернуть все на свои места. И ее уверенность, поддерживающая ее поначалу, стала убывать. В какие-то моменты ярости она могла противостоять Сандару. Но у нее не было защиты от дяди Оффласа.

– Сейчас они охотятся где-то на севере, – проговорил дядя. – К тому же, мне бы хотелось знать больше об этой короне, которая, по ее мнению, спрятана здесь. Если мы сотрем ее память, то так ничего и не узнаем. У нас нет специального оборудования для отбора подобных материалов. Какое-то время мы можем подождать. А теперь, я хочу взглянуть на то оборудование.

– Что же касается тебя, – обратился он к Роане, – ты должна осознавать свои действия. Ты не слепая безмозглая дура, а просто дура. И я предлагаю тебе как следует поразмыслить о своей глупости. Равно как и о будущем, которое ты только что понапрасну принесла в жертву.

Эти слова показались Роане намного мягче, нежели взрыв эмоций, который она ожидала. Впрочем, спустя несколько минут, когда мужчины покинули лагерь, она осознала, что рассматривает свое печальное будущее уже как само наказание за проступок. Самое меньшее, на что она могла надеяться – на отправку на какую-нибудь отдаленную и совершенно закрытую планету, которую выберут для нее Службы, где она со временем забудет все то, чему училась многие годы. А самое ужасное, что все вообще забудут о ее существовании. Могут даже потребовать подвергнуть «цензуре» ее мозг. От этой мысли Роана ощутила мурашки по коже и закрыла лицо руками. Но это не помешало отчетливо видеть ужасающие картины, возникающие в ее голове.

Почему же она поступила так? Теперь, оглядываясь назад, она не сомневалась, что могла бы спокойно отсидеться в башне, возможно, даже вскарабкаться куда-нибудь повыше, так и не повстречав принцессу. Подобный тип бегства был предусмотрен ее тренировочными занятиями чуть ли не с самого начала обучения. Что же побудило ее напрочь отбросить благоразумие и здравомыслие?

И опять же, она могла бы оставить принцессу, как только они выбрались из башни. Она могла сделать то или это… Однако из всех вариантов она выбрала один, обрекающий на суд дяди Оффласа, а ведь превосходно знала, что ее будет ожидать за это.

Теперь она не сможет использовать свою находку как средство для «торга». Дядя Оффлас заявит, что все произошло случайно. Единственная новая информация заключалась в том, что принцесса была психологически обработана и поэтому не видела панель… и еще кое-какие сведения о Ледяной Короне, которыми снабдила ее Лудорика.

Пока у них нет оборудования, чтобы выудить из Лудорики какие-либо сведения против ее воли, возможно, ей следует быть более осторожной, как-то подготовиться… Но все это должно происходить сознательно, а сколько времени это займет…

– Что ты им рассказала обо мне?

Роана испуганно вздрогнула. Принцесса не была без сознания; ее просто оглушило сандаровским станнером. Глаза ее были открыты, и она наблюдала за Роаной.

Роана понятия не имела, как могло произойти такое чудо. Разве что здесь сыграла роль наследственность, присущая всем обитателям Клио. Она ни разу не слышала, чтобы кто-нибудь так быстро приходил в себя после воздействия станнера. И следовало воспользоваться этим преимуществом, пока не вернулись ее родственники. Ей необходимо предупредить Лудорику.

– Послушай! – Хотя никого, кроме них, в убежище не находилось, а устройство для записи было выключено, Роана очень близко наклонилась к принцессе. – Они хотят стереть твою память, чтобы ты не могла ничего вспомнить. А потом… потом они, возможно, отдадут тебя в руки твоих преследователей.

Она ожидала выражения недоверия со стороны принцессы. Однако, несмотря на то, что глаза собеседницы прищурились, похоже, ее вовсе не удивило услышанное. И Лудорика ровно промолвила:

– А ты сама-то веришь, что они способны на такое: стереть мою память?

– Я видела, как это делают с другими.

– Да, по-моему, ты все-таки веришь этому. Но что бы ни сделали с тем, кто имеет право на Корону… – она замолчала и нахмурилась. – Если бы мне удалось достать Корону… я должна ее достать!

Но Роана спросила принцессу совсем о другом:

– Когда ты очнулась? Мне очень важно это знать.

– Память, которая может оказаться полезной, а? – усмехнулась принцесса. – Что ж, очень хорошо, я все помню более чем отчетливо! Помню молодого человека в такой же одежде, как и у тебя. Зачем все это тебе, Роана, эти люди и одежды, непохожие на женские платья? Даже наши крестьянки радуются в своих ярких юбках, а твою одежду сочтут уродливой и скучной. Итак, я помню молодого человека. Потом все погрузилось в темноту, и я спала, не видя снов. До тех пор пока не оказалась здесь – где бы это ни было – и ты вытащила меня из грязных, отвратительных лохмотьев, очистила, умыла меня и согрела. Но по-моему я смогла очень много узнать, пока твои люди не замечали, что я очнулась.