Нянька для футболиста - Таша Строганова

мать Егора, сидела на диване по-турецки. После душа она переоделась в простые джинсы и белую блузку.

И, да. Это был такой контраст с тем, что увидела Лика в первые минуты знакомства, что она все еще пребывала в некотором шоке.

— Милая, — Алиса рассмеялась, глядя на лицо Соловьевой, — ну, прости мне эту маленькую шалость. Что поделать, люблю производить впечатление.

— Вы выглядели шикарно, — Лика улыбнулась, делая глоток кофе из своей чашки. — Признаюсь, я действительно впечатлилась.

— Ура! — женщина хлопнула в ладоши. Она выглядела очаровательно и непосредственно. Возраст в ней выдавали только еле заметные морщинки вокруг глаза. Но если судить по Егору и Тане, эта черта вообще была у них семейной. — А теперь я хочу знать все!

— Что «все»? — испуганно спросила Лика. Она бросила короткий взгляд на Егора, сидевшего рядом. До этой минуты присутствие его матери слегка отвлекало девушку, но теперь она вдруг четко осознала, что Дельман сидел слишком близко.

И буквально обнимал ее рукой за плечи.

— Когда будет свадьба, — Алиса одной рукой заправила волосы за ухо, а второй схватила с подноса пирожное, тут же засунув его в рот. Целиком. Лика была поражена. — Где именно? Я все еще в шоке, что этот скрытный засранец мне ничего не рассказал!

— Мама! — воскликнул Егор смущенно.

Он вообще выглядел шелковым. Такой контраст с вечно уверенным в себе Дельманом. Нет, было видно, что маму свою он любил. Даже несмотря на ее эксцентричность. А возможно, и благодаря ей во многом.

Но он явно и весьма справедливо ее опасался.

Судя по ее напору, она могла выкинуть что угодно. Кажется, Лика начала понимать, почему Дельман так боялся ее приезда.

Похоже, идея свадьбы сына давно занимала ее ум. А Егор жениться явно не собирался. И теперь собственная шутка грозила обернуться для него каторгой.

Лика немного расслабилась и улыбнулась Алисе. Она откинулась на спинку, чувствуя напрягшуюся руку Дельмана. Что ж, похоже, пришло время Анжелики Соловьевой получить моральную компенсацию за работу в чертовски нервных условиях.

— Я бы с удовольствием поделилась с вами всеми подробностями, — заявила она, полностью игнорируя недовольное сопение позади себя. — Вот только Егор сам выбирал место, поэтому лучше предоставить слово ему.

— Спасибо, дорогая, — скрипнув зубами, ответил ей Дельман.

В этот раз они поменялись ролями. Пришла очередь Егора почувствовать себя идиотом.

Лика с не менее впечатляющим размахом засунула в рот целиком большой эклер и подмигнула своему хмурому жениху.

* * *

Вечер в компании болтливой и чудаковатой мамы Егора пролетел незаметно.

Наблюдать за тем, как Дельману приходилось сочинять на ходу, оказалось ни с чем не сравнимым удовольствием. Лика была абсолютно удовлетворена.

Ладно, не до конца.

В какой-то момент она поймала себя на мысли, что хотела бы, чтобы этот разговор был реален. И не только потому, что мечтала бы о свадьбе с Егором. Его мама ей действительно понравилась. И лгать ей было не очень круто.

Когда разговор между обоими Дельманами перетек на какие-то семейные темы, Лика, сославшись на усталость, ушла в спальню.

Она принял душ, переоделась и забралась под одеяло. Сплит-система снова работала весь день на полную мощность, и в комнате все еще было прохладно.

Свернувшись калачиком, Лика загрустила.

Во что превратилась ее жизнь? Она влюблена в человека, который чувствует к ней непонятно что. При этом они изображают фальшивую помолвку перед его семьей. Что могло быть хуже?

Наверное, только, если бы вскрылась правда.

Увидеть разочарование в глазах Тани и Алисы Лике, пожалуй, точно бы не хотелось. Но ничего, совсем скоро она уедет отсюда, и забудет все, как страшный сон.

Как самый прекрасный сон в ее жизни.

Лика ворочалась. Уснуть не получалось.

Она с каким-то нервным возбуждением ждала возвращения Егора.

С одной стороны, ей не хотелось говорить с ним. Лика попросту боялась. А с другой, она уже начала переживать, куда пропал этот болван.

Выбравшись из-под тяжелого одеяла, Соловьева босиком прошлепала к окну. Оно выходило в сад. Распахнув его пошире, Лика уловила чудесный цветочный аромат, присущий растениям только ночью.

Вообще многое становилось острее ночью.

Ароматы, слова, чувства.

Ночь — время откровений.

Вглядываясь в темноту, Лика постепенно начала различать силуэты. Тут ее взгляд упал в сторону террасы, и сердце девушки пропустило удар. А после и вовсе замерло.

Она заметила ссутулившуюся спину Егора, сидевшего на ступенях деревянного настила. Он курил.

Лика видела то и дело мелькавший в темноте красный огонек.

В груди все заболело. Ну, почему, почему все так сложно?

Задохнувшись собственными нахлынувшими эмоциями, Лика вдруг совершенно неосознанно выдохнула:

— Егор…

Выдохнула и испугалась. Ей казалось, она произнесла это шепотом, но Дельман услышал. Он оглянулся, замер, а после поднялся.

Лика вцепилась в подоконник пальцами, боясь пошевелиться. Она с ужасом наблюдала, как Егор, чуть припадая на больную ногу, идет к ней. Прямо по газонам и цветочным грядкам.

Сердце Лики билось уже где-то в горле, когда Егор все же подошел.

Они смотрели друг другу в глаза, наверное, несколько минут. А может, и пару секунд.

А потом Егор просто оперся руками о подоконник, подтянулся и забрался к Лике в окно. Она все не могла пошевелиться. Она будто приросла к полу своими босыми ногами с замерзшими пальцами.

Егор спрыгнул на пол и подошел к Лике вплотную.

— Я еще никогда ни к кому не забирался в окна, — отчего-то шепотом произнес он. Его дыхание опалило губы девушки, так близко они стояли. Дрожь прошла по всему телу. — Ты первая.

— Ты, — Лика сглотнула ком, застрявший в горле, — ты тоже первый, кто забрался ко мне в окно.

— И я не хочу, чтобы это менялось, — в голосе Егора послышалась улыбка.

А потом он наклонился и мягко поцеловал Лику.

И божечки, Лика чуть не рухнула на пол. Ее колени просто подогнулись от того, как ее тело покинуло все то напряжение, что сковывало последние дни.

Егор подхватил ее за талию, удерживая прямо, и прошептал куда-то в висок:

— Детка, я знаю, нам очень о многом надо поговорить. И мы обязательно это сделаем. Но, пожалуйста, можно я тебя сейчас поцелую?

— Можно, — с немного истеричным смешком выдохнула в ответ Анжелика.

Ее губ тут же коснулись губы Дельмана. На этот раз Лика не упала. Руки Егора крепко держали ее, пока они оба целовались, словно сумасшедшие. Словно жили свой последний день на земле.

Целовались так, словно сильно-сильно соскучились.

Ночную тишину нарушали только звуки их поцелуев и тяжелого дыхания.

Замерзшие пальцы на босых ногах Лики поджимались от удовольствия.

Все