Черный дар. Наследник старого колдуна - Татьяна Славина

Нора была настолько мала, что поместиться в ней можно было, только скрючившись в три погибели. И все же это оказалось спасением.

Толпа мертвецов пронеслась мимо так стремительно, будто они двигались не ползком, а бежали во весь рост. Еще некоторое время были слышны вопли, а потом и они смолкли.

– Уф! – Каррон перевел дух и осмелился расправить ноги-руки. – Я думал, ты бросил меня, Кроха.

– Вот еще! – обиделся чертенок, хотя на самом деле именно так и случилось. – Я искал дорогу отсюда.

– Ты нашел ее? – с надеждой прошептал Каррон.

– Не-а! Отсюда только два пути: в грот Кикиморы и в пещеру мертвецов. Остальные тоннели – тупики. Придется возвращаться туда, откуда ты только что удирал.

– Но там – призраки и новорожденное чудище – Эгон.

– А еще там – дорога в лабиринты гномов. Она начинается прямо под тем возвышением, на котором лежала роженица.

– Откуда ты знаешь? Ты был рядом – и не дал знать об этом!

– Если бы я цеплялся за край твоей рубахи и вытирал тебе сопли, я бы никогда не узнал того, что узнал. А узнал я достаточно, чтобы спасти одного неблагодарного трусливого мальчишку, который почему-то считает себя моим другом, – напыщенно провозгласил чертенок. – Короче, положись на меня – и мы выберемся отсюда.

Кроха вытолкал приятеля из укрытия и потащил его за собой: назад, в пещеру мертвецов.

Глава 13

За то короткое время, пока Каррон удирал от толпы нежити, в пещере все изменилось. Вернее, изменился новорожденный младенец. Чудище невероятно увеличилось в размерах. Теперь оно занимало всю пещеру – от края до края. Безобразное голое тело распухало на глазах, оттесняя бестелесных повитух к стенам. Привидения не решались переместиться куда-либо, хотя им и не составляло труда пройти сквозь любое препятствие, даже сквозь тело Эгона. А тот уже стоял на четвереньках, касаясь пупком ложа, на котором появился на свет, а спиной – свода пещеры.

– Смотри, как нам повезло! – прошептал Кроха на ухо Каррону. – Если мы прошмыгнем между ног «малыша» и не попадем под его «крошечную» ручонку, то сможем добраться до ложа.

– А привидения?

– А мертвецы? Они вот-вот вернутся.

– Ну что ж, рискнем.

Каррон опустился на четвереньки и пополз за чертенком под брюхом новорожденного чудища. Стоило тому чуть-чуть раздуть живот, либо свести вместе ноги – и приятели оказались бы размазанными по полу пещеры. Но все обошлось.

Вот оно – основание ложа роженицы. Каррон покрутил головой по сторонам: никакого входа в тоннель не было видно. Слова разочарования уже готовы были сорваться с его языка, но чертенок приложил палец к губам и поманил приятеля. В следующее мгновение его уже не было на месте.

Каррон на четвереньках обогнул ложе и увидел откинутую крышку люка. Из отверстия торчала радостная физиономия Крохи. Чертенок еще раз махнул рукой и скрылся с глаз. Следом за ним в подземный ход нырнул и Каррон, не забыв закрыть за собой крышку люка.

Приятели очутились в кромешной темноте, хотя и до этого трудно было назвать подземные тоннели освещенными.

– Я совсем ничего не вижу, – прошептал Каррон. – Может быть, я ослеп?

– А ты щелкни пальцами, приятель, – озорной голос чертенка послышался прямо из-под ног.

Каррон щелкнул – ни единого проблеска света!

– Да, наверное, ты должен видеть то, что поджигаешь, – разочарованно протянул чертенок.

– Знаешь, в селении остроушек у меня ничегошеньки не получалось, – пожаловался приятелю мальчуган. – Я уже думал, что совсем разучился делать это, но тут, в тоннеле нежити, мне удалось-таки подпалить ведьму.

– Ты видел старуху?

– Спрашиваешь! Да она почти уже схватила меня, когда я догадался щелкнуть пальцами! И потом – мертвецы. Они немного светились, как светится тухлое мясо. Поэтому, наверное, в тоннеле не было так темно, как здесь.

– Я придумал! – Кроха даже подпрыгнул от радости. – Сейчас я чуть-чуть приоткрою люк, а ты воспользуешься тем светом, что проникнет в щелку из пещеры мертвецов.

Сказано – сделано: чертенок с трудом приподнял крышку люка. Луч неяркого света блеснул всего лишь на мгновение, но и этого оказалось достаточно. Каррон щелкнул пальцами…

– Ай-ай-ай! – завизжал чертенок, отскакивая от вспыхнувшей огнем деревянной крышки люка. – Что ты натворил? Крышка сгорит – и нам крышка! Бежим!

Не дожидаясь, пока приятель поймет, что он сделал все не так, чертенок сорвался с места и понесся в темноту лабиринта. Каррон припустил следом. Позади догорала деревянная крышка, освещая им дорогу. На бегу Каррон выдернул из стены тоннеля какой-то корень.

– Вот и факел!

Мальчуган взглянул на корешок и щелкнул пальцами. Сырое дерево загорелось неохотно, затрещало, закоптило. И все же это был огонь. Он осветил своды тоннеля, спугнул стайку летучих мышей, вселил в душу беглецов надежду выбраться на поверхность земли. Или хотя бы куда-нибудь, где не окажется мертвецов.

Бежали долго. Каррон запыхался, сердце просто выскакивало у него из груди.

– Давай передохнем! – взмолился мальчуган.

– Не думал я, что ты такой слабак! – презрительно сплюнул чертенок, а сам был рад- радешенек передышке.

Приятели уселись прямо на землю, воткнув догорающий факел между собой. Каррон обвел глазами стены тоннеля, выискивая какой-нибудь торчащий из них корень. Увы, ничего подходящего для нового факела не нашлось.

– Что же мы будем делать, когда наш светильник догорит? – огорченно прошептал Каррон. – Наверное, мы спустились так глубоко под землю, что корни деревьев сюда просто не достают.

– Ага! – беспечно согласился чертенок.

– Тебя не заботит, что мы заблудимся в потемках? – возмутился Каррон.

– Можно подумать, мы знаем, куда идем! Не все ли нам равно, куда приведет тоннель? Даже если мы свернем с прямой дороги, все равно куда-нибудь попадем.

– Ты же говорил, что разведал путь!

– А разве нет? Кто вывел тебя из пещеры мертвецов? Я думал, что мы попали в лабиринт гномов.

– Это называется – из огня, да в полымя, – недовольно проворчал мальчуган. – Лучше бы ты нашел дорогу на поверхность земли.

– Не нравится – можешь вернуться к мертвецам! – обиделся Кроха. – Кикимора тоже будет рада снова увидеть тебя.

Приятели помолчали, слушая, как потрескивает факел. Первым не выдержал Каррон.

– Ну, прости меня, дружище! Давай не ссориться.

– То-то же! – чертенок улыбнулся во весь рот и весело взмахнул хвостиком. – Хватит отдыхать. Вперед?

– Вперед!

Однако вскоре стало совсем непонятно, идут ли они вперед, или уже куда-то свернули. Факел догорел, и путников окутала кромешная тьма. Чтобы не потеряться, чертенок взгромоздился на плечо Каррона и теперь путешествовал с полным комфортом. Он предоставил мальчугану и право выбора пути, и право набивать шишки, спотыкаться и падать в темноте. Мало того, время от времени обнаглевший Кроха отпускал в адрес Каррона замечания и даже принимался просто поучать его. В конце концов, Каррону это надоело. Он схватил чертенка двумя пальцами за хвост и, приподняв его до уровня своих глаз, прошипел:

– Если ты сейчас же не замолчишь, я сделаю из тебя превосходный светильник. Кажется, я виду твою физиономию даже в этой кромешной тьме. Ну что, щелкнуть пальцами?

Кроха задергался, заюлил, захныкал:

– Не шути со мной так, приятель. Если тебе не хочется, чтобы я развлекал тебя разговорами, я замолчу. Я буду нем, как рыба! Вот слышишь, я уже даже дышу бесшумно.

Воцарилась гнетущая тишина, которую не нарушали даже звуки шагов по мягкой земле. Уже через несколько минут Каррон почувствовал себя совершенно неуютно.

– Хорошо, что мертвецы не погнались за нами. Как ты думаешь, Кроха, почему они оставили нас в покое?

Ответом мальчишке была тишина.

– Может быть, Кикимора утопила всех в болоте, а, Кроха?

Чертенок молчал.

– А вдруг они встретят нас впереди? – нагнетал страху Каррон, невольно ежась от своих же слов.

Кроха безмолвствовал.

– Да отзовись же, наконец! – Каррон нащупал на своем плече чертенка и дернул его за хвост.

– То – отзовись, то – замолчи! Ты сам-то знаешь, чего хочешь? – обиженно фыркнул рогатый.

– Опять надулся? Не время нам сейчас ссориться. Я ведь и в самом деле боюсь эту нежить.

– Погони не будет, – изрек чертенок уверенно.

– Но ведь крышку люка мы сожгли! Мертвецы должны были понять, чьих это рук дело.

– Может, они и поняли, да что толку! Эгон, этот младенец их новорожденный, наверняка перекрыл собой все подходы к тоннелю. Видал, как он вымахал с момента рождения? Хотел бы я знать, как он выберется из той пещеры! Не для того же родилось это чудище, чтобы оказаться замурованным под землей!

– Не хотел бы я вновь встретиться с «малышом», – поежился Каррон.

– Ну да, встретить каменную змею гораздо приятнее.