Открой свое сердце (СИ) - Алдар Алана

— Какого черта ты здесь делаешь? — действия ее явственно отвечали на глупый этот вопрос, но Алек все ещё держался, на чистом, видимо, упрямстве, усмехнувшись ее убеждениям.

Это она его уговаривает что ли? Ничего себе дела.

— Уверена? — если он что и успел узнать об этой взбалмошной особе, так это ее высшую степень неуверенности во всем, что делает и хочет. Так что переспросил, сам еле разобрав сиплый свой голос, на два тембра ниже обычного. Звуки прорывались сквозь стиснутые плотно зубы, пока первые неловкие поцелуи ее отдавались в теле мелкими разрядами тока. — Как раз хотел уточнить на счёт совершеннолетия.

Пресс напрягся ещё сильнее, мышцы рук и спины бугрились перекатами, вздрагивая под усилившимся напором пухлых губ. Девочке нравилось изучать его тело, медленно избавляя от одежды. Алек не мешал ей забавляться, пока не понял, что вот вот потеряет контроль над реальностью. Девчонка медленно скользнула назад, будто распарывая едва ощутимыми касаниями острых сосков кожу на правом боку. Алек дернулся в ответ, ловя юркий ее язык губами, жадно глотая воздух, смешанный с ее ароматом.

Диван, узкий, не предназначенный для двоих, вынуждал девчонку жаться плотнее. Ладонь его оказалась зажата между собственным бедром и едва прикрытым кружевом трусиков животиком. Алек закрыл глаза, когда дрожащие в нерешительности губы коснулись его собственных. С трудом сглотнув, ощутил, как дернулся вдоль горла кадык, едва сдержавшись, когда теплые, чуть шершавые от укусов губы легли поверх кадыка, махнув по натянутой, тонкой коже обжигающе горячим языком. Рука дернулась сама собой, задев кромку резинки на правой ноге, тесно вжатой в его бедро.

Пальцы ее, щекотя, дрожали в попытках расстегнуть пуговицы. Лестер смотрел с интересом, считая в уме, чтобы сдержаться и не прекратить томительную пытку. Стоило ее отправить назад, но разве ж он дурак вот так отказываться от того, что так откровенно и щедро предлагают.

"Пожалеешь же завтра", — неумолимым приговором пронеслось в голове, рука межой лежавшая между из телами, заскользила вверх, пальцы тронули тонкое кружево трусиков, не торопясь проскользнуть под него. Девчонка отозвалась сразу же, закинув ногу чуть выше, будто желая оказаться ближе к его пальцам.

Маленькая и податливая, даже сквозь ткань трусиков он чувствовал ее напряжение и жар. Повернувшись на бок, смял пальцами горошину соска, любуясь, как дернулась грудина, оторвавшись рваным полустоном. Оторвавшись от припухших под поцелуям губ, Алек проложил жаркую дорожку вдоль с готовностью подставленной шеи, к груди, продолжая настойчиво сминать сосок пальцами, поймал второй губами, жадно играя им языком. Гулкие удары сердца под левой грудью будто бились прямо ему в губы, Лестер поднял глаза на лицо Пенни, желая видеть, как нетерпение сладкой поволокой затягивает ее большие глаза, как дрожат раскрытые губы, выпуская рваные выдохи.

Хотелось сорвать с нее жалкий этот клок ткани и грубо толкнуться в жаркую плоть вот так сразу, но Алек сдерживался, пробравшись пальцами под чёрное кружево.

— Такая податливая, жаркая девочка, — найдя во влажных складках напряжённый бугорок, принялся поддразнивать его подучешкой пальца, подстраиваясь под ритм ласкавших грудь губ. Застонав, Пенни подалась вперёд, тут же всхлипнув, стоило пальцу соскользнуть глубже, раздвигая тесные складки. Такая влажная, она могла бы принять его уже сейчас, но Алек с завидным мазохизмом пробирался пальцами туда, куда отчаянно желал всадить напряжённый член. Пенни застонала, толкнувшись навстречу бедрами. Звук этот вибрацией прошёлся по телу, окончательно туманя рассудок, выбивая из головы решимость потянуть ещё немного, сполна насладившись возможностью ласкать это стройное тело, дразня, любоваться, как девчонка кусает в нетерпении губы, ощущать, как пульсирует под пальцами клитор, стоит нажать на него чуть сильнее.

— Таблетки? — она так соблазнительно кусала губы, что Алек не удержался, вернулся к ним, чуть прихватив губами. — Ты пьешь? — тяжело дыша выдавил Лестер, срываясь в черную пропасть разбивавшего тело дрожью кайфа, от ощущения, как плотно она обхватывает собой его пальцы. Его коробило даже просто от вида дрожавших ресниц, и судороги по плоскому животу, прижатому к его боку.

Пенни

Улыбнувшись тому, как отвечает тело мужчины на её прикосновения, Пенни запустила руку в его волосы, прижимая его к себе, углубляя поцелуй. Она с удовольствием вытянула шею, когда Алек спустился поцелуями ниже. И ещё ниже. Прижалась к нему крепче животом, прогнувшись в пояснице, когда его губы обхватили горошинку соска. Сладкий её стон пронзил тишину ночи, когда его пальцы коснулись самого сокровенного, нагло отодвинув уже намокшую ткань трусиков. Пенни подалась бёдрами вперёд по инерции, чтобы углубить его ласки, но мужчина будто нарочно не спешил, скользя пальцем между горячих и влажных складок кожи. Щеки Пенни вспыхнули от осознания того, что это происходит с ней наяву, с малознакомым человеком. Но на удивление, её даже больше заводил этот факт, чем тревожил.

Она снова нашла его губы, которые казались жёсткими, но на деле ласкали её так нежно, что она теряла связь с реальностью, полностью растворяясь в его поцелуях.

Таблетки? Пенни хмурилась, отрываясь от его губ и осмысливая услышанное.

Точно, таблетки…

Она утвердительно кивнула головой и снова прижалась губами к его губам. Даже сейчас он проявлял благородство и заботу, тогда как Пенни пришла к нему совершенно не заботясь о контрацепции. Дурочка…

Не в силах больше выносить его сладкую пытку, Льюис обхватила рукой его запястье и убрала руку из своих трусиков. Дыхание, ставшее частым и прерывистым выдавало её желание. Она хотела, чтобы он овладел ею сейчас…

Холодный пол будто немного отрезвил её, когда она вновь встала босыми ногами, скользнув с дивана, чтобы избавиться от ненужного кусочка ткани на себе. Она действительно это сделала? Спустилась к нему просто потому что ей хотелось, чтобы он её обнял? А как не хотеть его рук, если он с самого начала демонстрировал их красоту и силу? Пенни взглядом пробежалась по напряжённому мужскому телу, чуть задержавшись там, где ткань штанов натягивалась, показывая, как он желает её. Она судорожно вдохнула воздух, завела свои пальцы под резинку трусиков и приспустив их чуть ниже на бедра, отпустила, чтобы они свободно сползли с неё вниз. Он любовался ею и Пенни это нравилось. Она будто ощущала на себе его жадный взгляд.

Перешагнув через черную, теперь бесформенную ткань на полу, она шагнула обратно в жар тела мужчины. Пенни подцепила резинку его одежды и потянула вниз, освобождая такую твердую плоть. Диван был слишком узким и в голове пробежала мысль, что было бы куда удобнее, если бы это Алек к ней поднялся. Она улыбнулась краешками губ и посмотрела на мужчину из-под ресниц. Его глаза были готовы съесть её. Они будто спрашивали, чего же она тут мешкает?

Пенни обхватила возбуждённый член рукой и провела от головки к основанию и обратно. Она облизнула губы, борясь с желанием прикоснуться языком к члену, провести по головке, оставляя мокрый след, обхватить её губами и медленно протолкнуть глубже, крепче обхватывая губами пульсирующий от возбуждения ствол. Льюис вновь шумно втянула воздух и, перекинув ногу, оказалась сверху.

Не в этот раз

Она прижалась к мужской плоти своей, пульсирующей и изнемогающей от желания, а губы вновь нашли губы Алека. Она хватала их и покусывала, чуть двигая бедрами, но не пропуская мужчину в себя, прижимаясь, ставшим чувствительным от его же недавних ласк, клитором к члену. Постанывая, она находила его язык и сплеталась с ним в обезумевшем от страсти танце. Её руки упирались в диван, а волосы её скрывали их лица. Грудь, такая чувствительная к ласкам упиралась твёрдыми сосками в его горячую кожу. Руки Алека, блуждавшие по её податливому телу, ласкали каждый сантиметр кожи. Казавшиеся такими грубыми, они оказались теперь нежными и приятными.