Грузовой лифт - Марга Клод

Возможно, Ламбер, компаньон, старик и жильцы – лишь метафоры конфликтов, могущих разразиться между фразами, на которые отваживается повествующая единица в поисках самобытности, чудовищной зрительной оргии, за коей витает тень высокого Аргуса. В самом деле, есть одна очень краткая глава, в которой говорится, как писатель случайно направляется по трубе, ведущей к эмпирею, где боги, смущенные технологической ориентацией нашего столетия, решают отправить к людям незавершенное существо, способное принимать любую внешность; набросок их архаической памяти. Время – это читатель.

В стремительном развитии 22-й главы компаньон пишет, что, попадая в гигантский сундук, оплетенный ивняком, он ударяется головой о колени старика. Это неверно. В той версии этой главы, которую мы имеем, старик подвешен к потолку вниз головой. Компаньон (если он погиб в 5-й главе) или Ламбер (если он действительно убил компаньона), решив, вероятно, что столь неправдоподобная версия способна шокировать, сам подверг себя цензуре.

Опущен один абзац двадцать третьей главы – теоретический синтез всего произведения. В этом абзаце говорится о происхождении старика. Два желания, признается он нам, побуждают меня возвращаться на землю через каждые тридцать тысяч лет. Первое я объясняю своим нездоровым любопытством, а второе – температурой вселенской памяти. Всякий раз, перевоплощаясь, я прибываю одним и тем же ночным поездом, и затем, в волшебный час рассвета, все решается. В остальное время я летаю в облаках, которые проливают на землю обильные слезы мертвецов.

В другой главе компаньон обнаруживает, что он вовсе не автор дневника наблюдений, который сам составляет. Кто же тогда автор? Я погрузился в забвение, где меня забрал старик, утверждает писатель.

На страницах между 23-й и 24-й главами рассказывается об эксперименте, который проводит компаньон, следуя рекомендациям старика по поводу использования коробок для заполнения пустоты.

Припадая глазом к двенадцатой коробке, он обнаруживает там лягушку, чье пение, легко щекоча барабанную перепонку, проносит его сквозь пространство и время.

В другой версии 1-й главы все повествование стремительно развивается вокруг выражения «бумажный герой», которое обозначает Ламбера и сводит к нулю сам лабиринт и населяющих его персонажей.

Несвязанный элемент – ворон, появляющийся в середине 6-й главы, – это воспоминание Ламбера, которое новообращенный компаньон еще не может понять.

В версии рассказа, предшествующей той, что нам известна, компаньон перечисляет грубости и оскорбления, которым его подвергает Ламбер:

– удары дубинкой по затылку;

– булавки, втыкаемые в мышцы ягодиц;

– удары палками по пальцам и т. д.

Есть также абзац, в котором старый бес отчасти разъясняет компаньону метод использования и осуществления сна. Очевидно, речь идет о приемах, вызывающих вибрацию тела, что позволяет входить в резонанс с некоторыми вибрационными последовательностями физического мира. Опыт, который выражается в важных изменениях восприятия.

Есть также версия всего произведения, в которой компаньон обнаруживает, что Ламбер и старик – одно лицо.

Версия, в которой Ламбер вступает в союз со стариком, чтобы избавиться от него при участии компаньона.

Версия, в которой компаньон с самого начала рассказа обнаруживает, что он – старик и при этом раздвоился для формирования бессознательного Ламбера, стремясь раз и навсегда покончить со слишком громоздким сюжетом.

Версия, в которой утверждается, что ни компаньон, ни Ламбер, ни старик не являются вымышленными персонажами.

Версия, в которой речь идет вовсе не о лабиринте, а о путешествии одной группы по дикой стране в Южной Америке. Ее гостеприимные жители соглашаются научить самых внимательных туристов тайным методам путешествия глазами. Эта версия, в которой ничего не говорится о путешествии (кроме того, что оно состоялось), – компендиум описаний, посвященных предметам обихода.

Встречаются страницы, на которых компаньон сравнивает форму ушей Ламбера со схожей формой ушей старика.

Версия, в которой события имеют лишь символическое значение. Слова там состоят не из букв, а из пиктограмм и деталей, взятых из фотографий. Эта версия напоминает картину.

В 4-й главе опущено десять страниц. Упоминается второй компаньон, который якобы помог Ламберу убить первого. Этот человек – ренегат. Касательно сего персонажа сохраняется двусмысленность, поскольку он также включен в пацифистскую версию сюжета. Но и здесь остаются сомнения, так как существует еще краткий очерк о зрительном соединении, написанный в стиле компаньона номер один. А ведь этот очерк мог быть составлен только после упражнений, выполненных с помощью коробки…

Стало быть, наиболее правдоподобная концовка такова: есть лишь один герой или, если угодно, единственный персонаж, а все остальные – его забвения. На самом деле существует приложение, почти совпадающее с этой концовкой, которое завершается следующей версией событий: читатель, раздосадованный тем, что его принимают за другого, разбивает ногами коробку, которую ему передает тщедушный молодой человек в черной кожаной одежде, и наотмашь дает пощечину компаньону-призраку. В этот миг компаньон просыпается, сталкивается с самим собой и исчезает…

Примечания

1

Двойное виденье мои зрят Глаза,Двойное виденье со мною всегда:Вижу в душе я своей Старика,А наяву – стебелек Сорняка (англ.).

Здесь и далее прим. переводчика.

2

Кремальер (кремальера) – приспособление для плавного и точного передвижения части какого-либо прибора, состоящее из зубчатой пластинки с винтом.

3

Паралипомен – добавление к прежним сочинениям.

4

Сорт десертного сыра.

5

Почило утро, день почил.Меня встречает полная луна.Мне было одиноко, я грустил,И этого хватило бы сполна,Чтоб человек о бренном позабыл (англ.).